Sherlock. Come and play

Объявление

Великобритания, Лондон. Декабрь 2014 — январь 2015. Что-то приближается. 


«Единственный факт, который смущал Мэри, кроился в нахождении единственного в мире консультирующего детектива далеко не в главном городе всей британской нации. Шерлок, который пропустил бы что-то интересное? Шерлок, который не пошёл бы с Джоном на встречу с человеком, который так вежливо угрожал? Если младший Холмс ни о чём не знал, то, вероятно, и не должен был знать. »

Наш сюжет
Список ролей
Правила проекта
Занятые внешности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherlock. Come and play » Time is now » 14.09.2014 - "Appelle Mon Numéro"


14.09.2014 - "Appelle Mon Numéro"

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Время и место:
Сентябрь 2014, Нью-Джерси.

Участники:
James Moriarty, Irene Adler

Краткое описание:
Это ценная сверхспособность всех злодеев, а также тех, кто причисляет себя к оным.
Пули до них попросту не долетают или тратятся раньше времени.

0

2

[indent] Выследить ее было несложно, тем более, что объект слежки находился с Джимом на одном континенте. Сменит имя, личность, но не привычки; будет вести себя тихо, но натура возьмет свое. Вернется туда, где давно не была и посему не опасаясь опознания.
   Мориарти обнаружил Ирен в солнечном сентябрьском Нью-Джерси. 
[indent] Доминатрикс ведала грань между изысканностью и помпезностью. Кого-то выдает стиль, убийственная харизма и невероятнейшая скромность; кого-то — безупречный вкус, жертвовать которым мисс Адлер стала бы разве что под дулом пистолета, каталоги интерьеров, очередная коллекция с претензией на пятидесятые, чуть приумеренные запросы, но неизменно влиятельные поклонники и поклонницы. Нужно лишь собрать воедино все ниточки, ведущие к центру своеобразной паутины, сотканной из новых связей и старых предпочтений, и Джим, как опытный паук, цепко ухватил практически каждую из них. Потому и паутина — конец любой нити находился слишком далеко от, казалось бы, противоположной, ну а центр пребывал здесь, за закрытой дверью и современной системой охраны. К счастью ли, к сожалению, Эта Женщина редко где останавливалась надолго, посему защита была превосходной, но не совершенной.
[indent] Вопреки всем слухам и домыслам в Мориарти все же было нечто от джентльмена. Прежде чем повернуть ключ в замочной скважине и дождаться знакомой плавной поступи за дверью, экс-король преступного мира вежливо постучал.
   — Письмо для мисс Адлер, — ненавязчиво оттеснил плечом Доминатрикс, чуть шаркающим шагом входя внутрь помещения и попутно вкладывая в ладонь женщины пухлый конверт. Развернулся на каблуках, устраивая руки в карманах, безучастно скользнул нездорово блестящим взглядом по фигуре Женщины. Слегка качнулся вперед. — Здравствуй, Ирен. Соскучилась, я смотрю?
   Не по нему, нет-нет-нет, их отношения никогда не предполагали сильную обоюдную привязанность, кроме деловой. Здесь и сейчас — изящный укол вида "бросьте, Штирлиц, не только вы тоскуете по родине".
   — Немного старомодно, — неопределенное движение пальцев в воздухе, переведя взгляд на стены с интересом опытного дизайнера интерьеров или подрывника со стажем, как знать, — но мне нравится цвет. Всегда питал слабость к ретро и синему, именно в них обнажается талант сочетать несочетаемое, не находишь?
   Расслаблено, разве что не вертит в пальцы безделушки, что успел заметить, и держится на странно почтительном расстоянии, зная милые привычки мисс Адлер и ее опасные методы встречать незваных гостей. Мориарти не ждет, что та хлопнется в обморок или, что еще менее вероятно, покажет испуг при виде "призрака". Для обезглавленной в Карачи Ирен и сама выглядит возмутительно живой и целой, о чем несколько лет сообщил ей сам Джим, прежде чем пошел проветривать мозги на крыше госпиталя.

+1

3

Она отличалась. Заведомо ложная информация, перетекающая из уст в уста, всё время была лишь в её сторону. Ежеминутные изменения атмосферы и температуры в воздухе от накала грядущих страстей ощутимы всегда. Стоило лишь ей появиться в поле зрения присутствующих.
Её жизнь изменилась. Она пыталась её изменить, не жертвуя чем-либо. Но, как она любит говорить: «как ни старайся – это всегда автопортрет». Её всегда выдают туфли-лодочки на шпильке, сравнимой по высоте, разве что, с Токийской телебашней; идеально сидящее платье-футляр, длиной строго ниже колена, и локоны, убранные в пучок сзади. Конечно же, и локоны тоже. Ирен изменила лишь в одной вещи – в губной помаде.
Бордо 1855 года на её губах бросает вызов едва ли всему миру. Лёгкая ухмылка, таинственный взгляд – именно на это ведутся желающие почувствовать себя униженными. Под её каблуком вообще мало кто может устоять. Под красной подошвой её лакированных чёрных туфель прогибался весь мир, не меньше.
Но это лишь надежды на то, что её узнают. Стоит надеть чёрную шляпку с сеткой – и привычный образ доминантрикс превращается в траур.
Ирен в очередной раз в бегах. Отличная тактика для того, кто никоем образом не может больше себя защищать. Единственный способ – вновь собрать информацию на провокацию бренного мира. Кто владеет информацией – тот.. Может пострадать в Пакистане и будет вынужден бежать. Этот урок она запомнит надолго. Надеясь, что Великий Шерлок Холмс, детектив в забавной шляпе, вновь вторгнется в её личную жизнь с попытками взыскать компромат.
Ирен усмехнулась. Это она тоже запомнит надолго. Даже ту искру влечения – не любви, нет, влечения – она будет бережно хранить в сокровенном уголке всех тайн своей личности.
И какого было выражение лица Ирен, плавно переступающей с ноги на ногу уже знакомым будущему гостю лакированным туфлям? Она ведь редко изменяет своим привычкам и предпочтениям. Впрочем, она ничуть не удивилась. Встретив гостя на пороге своего, условно, скромного убежища мягкой ухмылкой, она сжимала в руках конверт.
– Джим, – мягко говорит Ирен, – вот так сюрприз. Ничуть не удивлена увидеть тебя живым.
Надо бы сказать, что она не ждала его, но тратить слова впустую, прекрасно осознавая, что ему это известно, она тоже не намерена. Он, конечно, знает перечень возможных секретов её убежища.
– Мода возвращается, а синий всегда занимает почётное в ней место. – Ирен закрывает дверь. – Если хочешь чай – только скажи: Кейт принесёт.
Вот она странность. Мориарти, должно быть, обратил своё внимание на это. Но даже Ирен может уступать своим принципам.
– Вряд ли ты пересёк океан чтобы передать письмо и выпить чашечку чая со мной. Я права? – Она усмехается. – Проходи, не хочу, чтобы король преступного мира рассказывал на пороге о своих причинах пребывания у меня дома. Я предпочитаю вести беседы в гостиной.
Она указывает рукой на первую дверь, а после, дефилируя на «Токийских телебашнях», проходит первая, усаживаясь на кресло и закидывая ногу на ногу. Властно и немного грациозно: дело привычки.

Отредактировано Irene Adler (2016-08-15 14:25:27)

+1

4

[indent] — Экс-король преступного мира, — поправил Джим не без явственно мелькнувшей на губах улыбки, откровенно отдающей самодовольством.
   При всей своей самоуверенности, Мориарти никогда не причислял Ирен к разряду придворных дам, хотя бы по той простой причине, что она не любит быть чей-то свитой — скорее, предпочтет завести свою. Да и доверять Той Женщине, при всех ее неоспоримых достоинствах и талантах, простительно лишь идиотам или влюбленным в нее идиотам, к коим Джим, пусть мгновенно вскипающий и почти физически нуждающийся в объекте или занятии, вызывающих нездоровую одержимость, совершенно точно не относился.
   — Минеральной воды без газа в закрытой бутылке и стакан к ней, — мимоходом заказал Мориарти, проходя следом. — Благодарю.
   Изящно опустился в кресло напротив и скрестил ноги. Кейт? Она жива?
   Предпочел не заряжать атмосферу провокационными или риторическими вопросами — кто как истолкует. Заодно не показал досадную неосведомленность в плане таких, казалось бы, мелких, но важных деталей.
[indent] — Я не пересекал Атлантику, ровно как и ты, я теперь здесь живу. Удивительно, как мои интересы и твои запросы избежали досадного столкновения. Смерть нынче тоже в моде, дорогая, — смешок на высокой ноте.
   "Смерть теперь сексуальна", мог бы сказать Джим, не звучи эти слова здесь как бред наркомана со стажем, да и лимит завуалированных приветственных угроз, что подобно конвейеру по производству хлопушек выдавал Мориарти на чистом автомате, на этот час был исчерпан. Как бы не было велико искушение записать мисс Адлер в список девочек/мальчиков для битья, Джиму слишком нравилось то, чем она занималась. Он даже находил трогательную общность в своем роде деятельности и в роде деятельности Ирен, которой хватило мудрости не припоминать Мориарти все грешки вида "это ты сдал меня террористам" еще на входе. В одном был уверен — подобное не забывается, вопрос лишь в том, прибавило ли Ирен это осторожности, а самому гению консалтинга — очарования в ее, бесспорно, не менее очаровательных глазах, что видели реальность несколько иначе, чем обычные люди. Быть может, Доминатрикс сочла логику "ты запорола мне дело — я запорю тебе жизнь" в достаточной степени справедливой или предусматривала возможность того, что некоронованный монарх уже успел сколотить маленькую империю взамен старой.
[indent] — А если бы и пересек, то именно ради того, чтобы отдать тебе этот конверт.
   Из серии "типичный Джим Мориарти", который осушил бы пресловутый океан, потребуй сего дело. Не сдержал очередного смешка и машинально потер мгновенно пересыхающие губы, скользнув взглядом по конверту, сжатому в чужих пальцах. Так и подмывает сказать "бум!", когда сорвется оберточная бумага, но не время для шуток — шутки будут позже.
   — Открой. Тебе понравится.

+1

5

Ну конечно. Она догадывалась, что Джим Мориарти сделает что-то подобное. Хотя надеялась, что поступила гениально, сбежав в Америку. Как бы она ни старалась быть на шаг впереди, Джим и Шерлок – это те два человека, которые могли практически без трудностей обставить её в два счёта. Разумеется, она помнит про террористов в Пакистане; разумеется, она ещё попытается припомнить об этом экс-королю преступного мира. Но это произойдёт не сейчас. Важнее всего то, что находилось в конверте.
Ирен проводит пальцами по конверту, несильно сжимает его. Там плотная бумага, вероятно, фотография. Джим Мориарти напоминал временами романтика, присылая ей подобные «подарки». Она к ним даже начала привыкать. Если бы не те самые террористы, то ей было бы жаль расставаться с Мориарти. Они, конечно, не пара, но интриги в их совместной работе хватило почти на всю жизнь. Возможно, Ирен бы даже не жалела, если бы ей отсекли голову.
– Да-да, конечно, – отвечает она. Хотя ей больше по вкусу титул без приставки «экс».
Разве что только этим Мориарти в очередной раз хочет подчеркнуть свою некоторую значимость в этом мире. В частности, преступном мире.
Джим немного не осторожен. Удивительно даже. Это заставило её улыбнуться. Можно подумать, что у Ирен не хватит ума отравить воду в запакованной бутылке. Особенно с её видом деятельности и скромными любителями-большими-головами это не было существенной проблемой. Новая жизнь, новый блэкберри и новые компроматы. Она, конечно, не мастер шантажа и никогда себя к ним не причисляла, но хаос устроить она вполне себе вольна. Рано или поздно она доберётся до него: всё равно доминатрикс уже, условно, мертвец после Пакистана.
Джиму Мориарти приносят воду, как он и просил: минеральную в запакованной бутылке, без газа. И стакан, конечно же стакан. Идеально чистый, блестящий, едва ли сияющий. Короли достойны не меньшего. Ирен улыбается, глядя на него. Если бы не старые обиды.. Ах, эти старые обиды. К чему лукавить, она восхищалась им, его поведением и толикой пафоса. Она только лишь ждала, когда он скажет свою коронную короткую фразу, которая перевернёт весь мир на уши. Всего три буквы, а сколько последствий.
Ради одного этого слова можно было ехать в Америку, спасаться от Мориарти. Любовь к приключениям и интригам – это, безусловно, здорово. Но не в том случае, если ты боишься повелителя криминального мира. Именно повелителя. Мало кто решит вступить в бой против Мориарти. А уж Ирен тягаться и подавно некуда. У неё нет таких глобальных связей, сетей террористических группировок. Лишь блэкберри, Кейт и женская хитрость.
Доминатрикс открывает конверт, тонкими пальцами оттягивая его язычок, и достаёт фотографии. Увлеченность на лице, какая бывает, когда она восхищенно произносит протяжно «о-о-оу».
– Экс-король пришёл ко мне, зная, что он мой клиент? Горячий и ненасытный мужчина. Я люблю таких. – Её улыбка становится шире. – И что же понадобилось тебе от Чарльза Томпсона?

+1

6

[indent] Самый лояльный, понимающий и нетребовательный шеф в лице Джима Мориарти относился именно к тем особям мужского пола, что имели склонность недооценивать представительниц прекрасного, насколько бы умны и изворотливы они не были. К чести мисс Адлер, она несколько выбивалась из общего ряда, учитывая, что с ней Мориарти предпочитал действовать жестко и в лоб, не размениваясь на попытки очаровать и пустить пыль в глаза, которые Ирен раскусит в два счета.
[indent] — Его голова.
[indent] Коротко ответствовал Джим в непривычно краткой и традиционно радикальной манере, отвинчивая крышку и плеснув в стакан прозрачную жидкость, попутно скользнув по уходящей Кейт неузнающим взглядом. Подался назад, откинувшись в кресле более расслабленно и рассредоточено взирая на открытый конверт. Недолгая пауза, словно раздумывая, стоит ли раскрывать мисс Адлер все карты или оставить ее в блаженном неведении касательно некоторых аспектов прошлого недосотрудничества с Томпсоном. В отличие от Ирен Джим не был с тем, славу небу, в близких отношениях, ввиду природной брезгливости и клинической непереносимости склонности Чарли к бытовому каннибализму, топорно прикрытому таким понятием как "амбиции" или "путь к успеху".
[indent] — Я мог бы заняться им сам, но он знает меня в лицо. Лондон забыл обо мне, Томпсон помнит, — Джим поморщился, словно проглотил что-то горькое, — один из старых, самых первых клиентов, всегда требовал личной встречи и отказывался от посредников.
   Вопиющая наглость. Только Моран наблюдал легендарные истерики шефа, получающего едва ли не приглашения на личный номер — тот единственный, что никогда не менялся. Но Томпсон к тому времени двигался вверх и Джим счел нужным обладание такими связями, а избавиться от высокомерного ублюдка было лишь вопросом личного пожелания Мориарти.
[indent] — Я не удивился, когда узнал, что он был и твоим клиентом. Как правило, самые беспощадные ходоки по головам только и мечтают, чтобы их как следует отымели, — со всей присущей ситуации тактичностью озвучил Джеймс очевидное, поднимаясь с кресла и неторопливо походя к туалетному столику. Взгляд ищуще скользнул по закрытому ящику. — Полагаю, он будет рад тебя видеть.
   Вопрос радости Ирен до поры до времени не поднимался. Джим коротко взглянул на собственное отражение в зеркале, отставив на столик нетронутый стакан, и развернулся на каблуках в сторону мисс Адлер, устраивая обе руки в карманах.
   — Мне нужно узнать, что он замышляет, а кто как не ты, умеет вытягивать нужную информацию. К счастью, он относится к тем немногим, кого ты не успела кинуть, так что завоевывать доверие не придется, — дернул уголком губ. — Как только я получу хотя бы приблизительный расклад касаемо его планов на ближайшие несколько месяцев, наши с тобой недомолвки и недопонимания можно будет счесть закрытыми.

0

7

«Его голова» — как бы невзначай спадает мысленно с её уст и с грохотом падает на паркет. Нет, она совершенно не удивлена желаниям Джима Мориарти. Экс-король вряд ли бы захотел другую часть тела  своего врага. Не номер один, конечно, нет. У Джима есть другой враг Номер Один и Ирен прекрасно догадывается об этом. Кудрявые волосы, острые скулы, глубокие как бездна глаза. Она прекрасно помнит каждую мимическую морщину лица Шерлока. Она не любит его. Она испытывает влечение и страсть. И если бы Джим был похож на Шерлока Холмса, то, безусловно, он тоже был бы её избранным фаворитом.

— Кто бы мог подумать, что Джим Мориарти откажется от других предложений, — у неё на лице ухмылка. Как бы ей сейчас хотелось стоять над ним и томно тихим голосом произнести: «Признай своё поражение, Мориарти», но нет. Не дано. От этого, возможно, могла бы проблеснуть искра разочарования в её глазах, но она не может её себе позволить. Это слишком дорогая цена за голову Чарльза Томпсона. В её глазах уже бывали искры разочарований, бывали даже слёзы, но в этот раз..
Ирен хотелось глубоко вздохнуть, показательно поправляя свою прическу. Улыбка на лице не спадала и только Бордо 1855 года гордо доминировало во всём макияже. Это было похоже на мисс Адлер: утонченность, в которой должен доминировать кто-то один. Не глаза, но губы. Не губы, но глаза. Джим, возможно, был глазами. И его хотелось не выделять. Впрочем, быть может, ей когда-нибудь удастся обыграть его; напомнить ему Пакистан, романтический взгляд и ложь в этот самый момент. За романтикой всегда скрывается нечто большее. Например, острозаточенный нож в руке за спиной.

— Возможно, — короткий ответ и еле заметный кивок головы.
Если Чарльз и был любителем кнута, то, конечно, только в её руках. Хрупких, но грациозных. Ногти которых всегда окрашены в кроваво-красный оттенок как вызов последствиям после удовольствия. До убийств на её постели, конечно, пока что не доходило. И она бы не простила Мориарти, какие бы он предложения не предлагал в четырёх стенах её дома. Пакистан и последствия остались невыводимым клеймом. Ладно бы, если бы только ей пришлось пожинать плоды последствий, но это коснулось и Кейт. Не для того она вытаскивала её из публичного дома; не для того она находится в руках доминатрикс.
— Джим, ты же знаешь, что я хочу больше. — Она берет конверт и кусает его белоснежными зубами в её свойственной манере. Впрочем, потом она убрала конверт через какое-то время, отстранив руку в сторону. — Я хочу встречу.

Отредактировано Irene Adler (2016-09-21 20:44:11)

+1

8

[indent] Разумеется, между ними был не только Томпсон. Ирен молчала на сей счет, но Мориарти мгновенно ощутил присутствие кого-то третьего в комнате, невзирая на то, что этот третий валяется сейчас в больнице. И Мориарти и мисс Адлер питали к нему чувства почти идентичной силы. Ирен хотела его — невероятно, но факт, — Джеймс в равной степени ненавидел, до боли в грудине, до короткой ярости, мелькнувшей во взгляде. Шерлок, сам того не зная, умел вызвать противоречивые чувства у сексуальных "большинств" с докторской степенью и, что странно, у меньшинств с тягой контролировать все и вся — тоже.
[indent] — Добавь к списку тот факт, что я всегда ненавидел этого ублюдка, — о Чарли, конечно Джим говорит о нём, — его смерть лишь вопрос времени. Не думай, что ты приложишь к этому свой стек, дорогая. Твои прекрасные руки останутся чистыми.
   Мисс Адлер слишком брезглива для чистого убийства. Она предпочитает прятаться за пистолетом, а Мориарти презирает пистолеты и в некоторой степени тех, кто за ними прячется. Если бы ему выпало выбирать свою окончательную смерть — едва ли она оказалась от пули. Впрочем, бОльшее удовольствие извечно доставляло планирование чужой смерти. К примеру, мисс Адлер прекрасно подошел бы яд — даже у Мориарти не поднялась бы рука искажать эти острые черты. А с Пакистаном... небольшое недоразумение вышло, скажем. Так бывает, когда не оставляют выбора. Мисс Адлер умела поставить в безвыходное положение, хотя Джим даже не являлся ее клиентом, браво!
[indent] — Ты всегда хочешь больше, — растянул губы в сладкой улыбке. Обычно не предвещающей ничего хорошего, и только потому что Ирен всегда нравилась эта игра, пресловутая улыбка не имеет трагических последствий. — Встречу с Томпсоном? Это само собой разумеется, Ирен. Ты же не телепат, чтобы читать мысли на расстоянии.
   Приятным голосом, с не сходящей с ясного лика улыбкой. Опыт научил обговаривать условия сделки до мельчайших нюансов, избегая недосказанностей и намеков на последующие услуги. Или прямо и сейчас — или больше никогда. Будьте деловой женщиной, мисс Адлер.

0


Вы здесь » Sherlock. Come and play » Time is now » 14.09.2014 - "Appelle Mon Numéro"