« — На самом деле мне очень не хватает семьи, — сказала Эвр на десятой минуте беседы с той толикой безразличия, которая позволила бы человеку понимающему внутренне воскликнуть «Аааа!! Она говорит что ей не хватает семьи, но на самом деле причина конечно не в этом. Но она слишком умна, чтобы скрывать истинные причины таким явным способом, и конечно предположит что именно так я и подумаю, а если так, то надо подумать иначе… Значит. Эврика! Ей не хватает семьи!».
"The five-minute rule", Eurus Holmes



Sherlock. Come and play

Объявление

Уважаемые гости и участники. В связи с загруженностью АМС игра уходит на хиатус до начала 2018-го года. Благодарим за понимание!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » 24.09.2011 - Cheating with you


24.09.2011 - Cheating with you

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Время и место:24.09.2011. Лондон. Ресторан.
Участники: Charlotte Roxford, Alastor Crawford
Краткое описание: Следя за уникумами в мире криминала и отдельно взятыми консультирующими детективами, все совсем позабыли о простых работящих полицейских, а ведь и среди них попадаются личности, способные на тонкие манипуляции и хитроумные уловки, ибо не всем блистать как инспектор Андерсен. Удастся ли задумка Аластора? Время и беседа с непринужденной демонстрацией сил правопорядка покажут.

0

2

Восемь часов вечера – время, крайне загруженное для всего персонала ресторана. Все уже закончили работать, успели навести марафет, а теперь отправились ужинать. Зал был полон, кругом сновали загруженные официанты, на небольшой сцене играла живая музыка - в общем-то, жизнь кипела. Столик надо было заказывать недели за две, поэтому такому скромному полицейскому, как Аластор, было довольно тяжело пробиться сюда. Но так как дело того стоило, мужчине пришлось подключить старые связи, совершить пару звонков, после чего он получил отличнейший столик в уголке, который сейчас служил полицейскому точкой обзора, ибо отсюда можно было наблюдать за всем заведением. Правда, для того, чтобы соответствовать этому месту, Аластору пришлось отрыть в шкафу свой лучший костюм, который сестра-модель заказала ему в подарок. Даже пришлось аккуратно подстричь бородку, а волосы до плеч хорошо высушить, дабы те не торчали в разные стороны. В этом ресторане Кроуфорд находился, разумеется, не ради того, чтобы поужинать в гордом одиночестве - у него было конкретное задание, ради которого приходилось сейчас тратить время в томительном ожидании. Здесь находилась его сегодняшняя цель – мисс Роксфорд, девушка, подозреваемая в чем-то крупном.
Не так давно в городе началась полная неразбериха, появлялись кучи преступных организаций, которые сразу же попадались. Поэтому полиции пришлось бросить больше сил на добывание информации, дабы вычислять группировки еще на фазе зарождения. Корни сегодняшней операции берут начало с одного факса, который мог пропасть в кипе бумаг на столе Ала. Сообщение, присланное американскими коллегами, рассказывало о том, что не так давно была задержана крупная группа контрабандистов, а один из основателей был убит в перестрелке. Когда американцы начали шерстить документацию, то один из номеров, привел не куда-нибудь, а в Лондон. Они хотели бы пробить и дальше, но юрисдикция не позволяла, поэтому копы отправили копию номера, а также связанные с ним документы в отдел Аластора, дабы они продолжили расследование. Мужчина буквально случайно заметил документ, решив пробить странный набор цифр по своим базам - какого же было его удивление, когда он увидел знакомое лицо. Шарлотту Аластор знал еще с 2009 года, когда трудился в должности инспектора. В то время его хороший друг из соседнего отдела работал над одним убийством, а отдел Ала пытался прижать одного преступника, приторговывающего похищенным антиквариатом. И вот, в процессе обсуждения дел в одном из баров, товарищ посоветовал ему обратиться к мисс Роксфорд - он как раз занимался делом, связанным с ее пропавшим мужем. Посчитав это отличным советом, инспектор обратился к Шарли, предложив ей халтурку со взятием на живца, во имя справедливости. Целью операции была поимка одного нечистого на руку продавца различных ценностей. Все прошло как по маслу, но мистера Кроуфорда что-то беспокоило: Шарлотта не внушала ему доверие. Аластор пытался поднять ее документы из налоговой, даже пытался уговорить отдел по расследованию экономических преступлений накопать информации, либо провести внезапную проверку,  но тогда к нему никто не прислушался. Даже сам инспектор в итоге скинул все на то, что просто заработался и забросил это дело.
Сейчас, являясь руководителем целого отдела, Ал быстро побежал в налоговую, поднимая всю документацию Шарлотты, благо теперь возможностей было намного больше. Тем более подсобили коллеги, за которыми был должок инспектору. Документы показали, что для простой владелицы антикварной лавки, у нее неожиданно появляется различное имущество, не совсем соответствующее доходам. В последние месяцы был замечен совершенно неожиданный скачок, ведь у Шарлотты появляются дорогие апартаменты в центре Лондона, а также новенькая спортивная машина, что фактически невозможно купить, являясь простым владельцем антикварной лавки. Теперь-то он понимал, что подозрения, которые были у него в свое время, небезосновательны. Однако, как и четыре года назад, совершенно не было никаких оснований для выдвигания обвинений. Да и в чем ее обвинить? Уж точно не в том, что она покупает дорогущую недвижимость. Поэтому Аластор решил повторить финт 2009 года, правда теперь с немного другой целью - вывести Шарлотту на чистую воду. Или же, если он все-таки ошибся, подтвердить то, что она чиста. И, в качестве "утешительного приза" получить вора, с которым у Шарли назначена встреча. Они заранее обо всем договорились, используя Шарлотту как живца, дабы она помогла в поимке Ангуса Рейли - человека, уличенного в продаже краденных драгоценностей.
И вот слишком затянувшееся действо подходит к концу - воришка поднимается со своего места, предварительно бросив на стол несколько купюр, извлеченных из пухлого, только что полученного конверта, и уверенным шагом направляется к выходу, где его уже ждут офицеры полиции. Кроуфорд провожает взглядом преступника ровно до двери, ибо дальнейшее его не особо беспокоит, мужчина уверен в своих ребятах. Зато не уверен в кое-ком другом. И этот кое-кто также неотрывно следил за уходящим Ангусом Рейли, по всей видимости, желая воочую увидеть то, что бывает с плохими парнями. Что ж, это показательное задержание вполне может сыграть на чувствах мисс Роксфорд, заставив ту, сболтнуть чего-нибудь лишнего.
И пока Шарлотта ещё наслаждалась зрелищем, что быстро было прервано резким закрытием парадных дверей, дабы не поднимать суматохи, Аластор, не желая выпускать вторую жертву, устремился к блондинке.
- Ещё раз добрый вечер, мисс Роксфорд, - присаживаясь за столик к Лотти, начал Ал, явно давая понять, что даме сейчас так просто не удастся уйти. Вежливо улыбнувшись, он продолжал. - Поздравляю, все прошло отлично, мое Вам уважение. Однако, я хотел бы задать несколько вопросов более личного характера, Вы не против?

+2

3

Ангус Рейли был препротивным человеком. Хотя как он мог вызывать положительные эмоции, когда от одного его имени Шарлотта морщилась так, словно перед ней выставили тару с кислым молоком или ещё чего похуже. Ангус Рейли – как не повтори эти два слова, а во рту остается горьковатый привкус, словно от какой-нибудь пилюли, которыми так любят пичкать заботливые родители детей в детстве. И все это, собственно, было не безосновательным, ведь мистер Рейли являлся скупщиком краденных драгоценностей, спекулянтом на рынке ценностей и просто очень амбициозным парнем. Настолько амбициозным, что он умудрился перейти дорогу Шарлотте, скромно подминавшую под себя не без чужой помощи весь сектор упомянутого рынка. Ушлый Ангус, по всей видимости, возомнил себя безмерно обаятельным или же решил, что все блондинки безмерно глупы и просты, раз Шарли спустя какое-то время ни с того ни с сего назначила ему встречу, перед этим долго рассыпаясь в комплиментах, словно юноша, уламывавший свою даму сердца на нечто большее платонической любви, и предлагая баснословные суммы за одну безделицу, которая была в наличии у жулика. И все это притом, что он увел из-под носа Роксфорд весьма выгодный заказ и настроил нескольких видных ребят против неё. О, да, мистер Рейли, сегодня вас несомненно ждет прекрасная сделка. Если, конечно, вы пойдете навстречу правосудию. Или оно вам, тут уж как получится.
Самодовольная улыбка не слезала с лица Шарлотты с того момента, как Ангус направился к выходу. Шарли даже было необязательно оборачиваться, чтобы своими глазами наблюдать за тем, как из ниоткуда появляются копы и скручивают не слишком удачливого мошенника. Крики и шум, раздававшийся с улицы и так переполошивший остальных клиентов, были музыкой для её ушей и бальзамом для измученной души. Помните сцену из «Молчания ягнят», когда доктор Лектер забил одного из своих охранников, а потом включил погромече запись одного из классических произведений и начал так мило покачиваться в такт, помахивая ручками? Шарлотта прибывала в похожем расположении духа, отчего ей захотелось также прикрыть глаза и, мягко изгибаясь, качнуться из стороны в сторону. Но приподнятое настроение умудрился испортить его косвенный создатель – собственной персоной явился Аластор Кроуфорд, которого Лотти заприметила ещё в начале вечера. Дама почти подозвала официанта, чтобы заказать бокал вина в честь маленькой победы, однако у офицера были явно иные планы. Этот коп уже в момент их давнего знакомства показался ей каким-то странным. Но если брать во внимание, что все открытые и честные люди казались мисс Роксфорд странными, то здесь нет ничего удивительно. Что, впрочем, не отменяло того факта, что непосредственного борца с организованной преступностью мошеннице, обзаведшейся целой подпольной сетью, не стоило бояться. Шарли вполне можно было бы назвать стреляным воробьем, если упомнить все те процедуры, допросы, которые она прошла, после обнаружения трупа Ромео, однако за свою деятельность, являющуюся прямым источником дамских доходов, она ещё прищучена не была. Но ещё недавно скрываться было куда проще, а сейчас значительно возросли ставки – опасаться всех и каждого надо в два раза больше.
- Мистер Кроуфорд, - отдающим официозом тоном более, чем этого требовалось в данной ситуации, ответила на приветствие Шарли, кивнув. Руки прекрасной леди борец с криминалом лобзать не собирался, что только шло на пользу улучшения статистики передачи герписа и здоровью самого офицера – вдруг его нежная натура не выдержит, узнав, какими грязными делишками изволит заниматься на досуге мисс Роксфорд.
- А у меня есть выбор, офицер? – Жеманная улыбка и вмиг потеплевший тон с претензией на нотки кокетства. Не нужно быть асом дедукции, чтобы заметить, что коп все ещё холост. Не нужно также обольщаться, что, не женившись к стольки годам, он так падок на женщин. Но, собственно, чем черт не шутит?

+2

4

— Мисс Роксофорд, выбор есть всегда... Я просто хотел отметить эту прекрасную операцию и, заодно, отпраздновать личную встречу. Сколько же мы с Вами не виделись, - с самой искренней улыбкой произносит Ал, смотря на блондинку. На две секунды задумавшись, он продолжил. - Точно, целых три года. Надеюсь, Вы не против выпить со мной?
После этих слов инспектор оглянулся вокруг, встречаясь глазами с официантом. Молодой паренек сразу же пошел к их столику, на ходу доставая небольшой блокнот. На самом деле, Аластор не очень-то и хотел выпивать, да еще и задушевно болтать, радуясь встрече, ибо общение с Шарлоттой не вызывало у него особо приятных эмоций. Но, ради благого дела, можно было потерпеть и постараться как-то разговорить эту немногословную блондинку, смотрящую на инспектора, слегка выгнув бровь.
— Добрый вечер, - поздоровался он с официантом. - Одну бутылку красного вина, по вашему вкусу.
Сегодня он мог позволить себе потратить определенную сумму. Чёткого плана, как же он будет выводить блондинку на чистую воду, Ал просто не мог составить, ведь дело настолько тонкое, что надо отталкиваться от ответов и реакции Лотти. При этом, он не сомневался, что она довольно быстро поймет, что Кроуфорд не просто так затеял этот разговор и что ее в чем-то подозревают. И именно тогда начнется самое интересное, ведь Аластор постарается подловить эту мадам. Нет, конечно, она может просто встать и уйти, сославшись на важные дела, но тогда у полицейского не останется сомнений в ее связи с преступностью. И мисс Роксфорд тоже это понимает. Вечер обещал быть интересным, главное, не облажаться. У мужчины было несколько "заготовок", тем для разговоров, которые надо будет использовать, дабы что-нибудь вытянуть из этой барышни.
— К слову, - он на секунду остановился, выдыхая, изображая некое переживание. - Ведь убийцу Вашего мужа так и не нашли? Мой хороший друг занимался этим делом. Он сказал, что никаких зацепок и идей нет, а посему, увы... Сочувствую Вам, Шарлотта.
Инспектор не врал - зацепок и, правда, не было. Однако, подозревая Лотти в криминальной деятельности, он начинал подумывать, что и она лично могла убить своего муженька. Хотя нет, не так. Вряд ли эта блондинка способна хладнокровно расчленить труп взрослого мужчины, затем засунуть в несколько пакетов и выкинуть рядом с Темзой. Скорее всего, если она с этим связана, то тут был подельник. Надо было отделаться от этих мыслей, а то и правда попахивало параноей, ведь теперь Ал чуть ли не обвинял ее в убийстве.
—Ох, простите мою нетактичность. Я не хотел задеть Вас, заставив все это вспоминать, - осекся Аластор, внимательно наблюдая за ее реакцией. Через пару мгновений официант принес вино.
Молча взяв бутылку, он приподнялся, наливая напиток сначала в ее бокал, а затем и в свой. Девушка нервничала, это было заметно по тому, как она непроизвольно сжимала салфетку, до этого просто зажатую в ладони. Именно в столь маленьких деталях и крылась истина. Вот только как воспринимать этот жест? Как переживания из-за старой раны, а может как обдумывание на неудобный вопрос? Проблема была в том, что определить это довольно сложно, надо продолжать разговор.

+1

5

Какая разница между Шарлоттой Роксфорд и Станнисом Баратеоном? Последний стискивает зубы до почти слышимого треска эмали с якобы спокойным лицом, Шарли же удавалось делать тоже самое, маскируя все за очаровательной улыбкой. Была ли в этом чисто женская магия? Едва ли, но вот стремления скрыть свои, казалось бы, правомерные претензии у блондинки было на порядок больше. К пущему сожалению, у последней не было и армии верных лордов, кучки одичалых, усатого-бородатого представителя не из Железного Банка, но Банка Королевства, удивительно напоминавшего бы небезызвестного Майкрофта Холмса, что также говорило в пользу того, что офицерам полиции стоит улыбаться, а не говорить: «Этот бизнес… Он мой по праву!». Собственно, к чему все это было? А к тому, что Шарлотта Роксфорд готова была поразить полицейского самым изничтожающим из своих взглядов, но инстинкт самосохранения подсказывал, что пока не стоит брыкаться, словно резвой кобылки на родео. Барышне совсем не нравился этот дружелюбный тон и улыбка, в которой блондинка видела лишь хорошую игру, пронизанную лицемерием и фальшью. Такие как Аластор должны быть тонкими психологами и для пущей убедительности актерами, чтобы качественно выполнять свою работу, отлавливая не каких-нибудь шестерок из подразделений преступных групп и организаций, но рыбок покрупнее. И она на каком-то животном уровне чувствовала, что его стоило опасаться даже в том случае, если он не такой умный, как успело намалевать девичье воображение.
И вот, вместо зубоскальства и прочих кривляний – милейшая из улыбок и напускная простота, которая и должна присутствовать у добропорядочной дамы с одним антикварным магазинчиком и образованием реставратора. Единственное, что могло бы выдать Шарлотту, так это сплетенные в замок пальцы и напряженность, выдававшаяся в этом жесте, стоит лишь приглядеться.
- Конечно, - просто, лаконично. Без уточнения, конечно не против или конечно против. Послав к чертям рассуждения о том, что выход есть всегда, Шарли затягивает на своей шее удавку потуже, сцеживает яд и старается не переигрывать с образом простодушной блондинки, которая во исполнение гражданского долга ввязалась во все это. Роксфорд попыталась вспомнить, что чувствуют обычные люди, представ перед блюстителем закона – немножко страха, внезапно прорезается совесть и мысль, что сейчас придет расплата за неоплаченный штраф за парковку. Что ж, пожалуй, едва уловимую нервозность Аластор может списать и на мелочную человеческую натуру. Ведь если бы у него что-то на неё было, он бы не стал рассусоливать, а сразу бы повел в участок – все правильные копы такие, не умеют извлекать удовольствие из собственной власти и сложившихся обстоятельств.
- Мужа? – Переспросила Шарлотта тоном, что был чуть выше положенного. Благо сам офицер подсказал, за какую ниточку лучше потянуть, и дама тут же состроила печальную гримасу. – Я так понимаю, вы говорите о Ромео, - женские руки как бы не произвольно тянуться к салфетке, которую несколько минут назад небрежно кинула со своих колен на стол Лотти, когда собиралась покинуть ресторан вслед за своим неудавшимся компаньоном. Своим ходом, разумеется.
- О, он не был мне мужем. Мы лишь собирались пожениться, - томный вздох, за которым последовала театральная пауза, а взгляд, пронизанный горечью и тоской, отведен в сторону, тогда как пальцы сильнее сжимают салфетку, - ещё бы четыре месяца и я была бы миссис Морган… И да, я весьма опечалена лишь тем, что Вы так и не смогли найти убийцу. Как бы я хотела отправить этого негодяя за решетку! А ещё лучше на электрический стул!
Медленная защита сначала переросла в тактичный перевод стрелок, сопровождающийся нужными интонациями для усиления обвинительного нажима, а затем обернулась словами, высказанным с внезапно появившемся пылом. Но что думала на самом деле Шарлотта? О, она мысленно самодовольно усмехалась: ещё бы не одной зацепки, она так старательно избавлялась от улик!

+2

6

Полицейский должен полагаться исключительно на логику и факты, отключая чувства и используя лишь мозг. "Никто не виновен, пока не доказано обратно" - презумпция невиновности известна всем и любой служащий закон должен помнить о ней в первую очередь. Однако, после многих годов кропотливой работы, после бесчисленного числа допросов и тонн изученных документов, определенно появляется такая вещь, как профессиональная интуиция. Аластор, являющийся сторонником всего рационального и логичного, все же позволял себе прислушиваться к этому голосу, обычно подсказывающему ему в работе. В данный момент он только и делал, что повторял "она виновна", а в унисон ему голос разума настойчиво твердил "не дай себя обмануть". Кроуфорд не мог объяснить, что такого подозрительного в Шарлотте, но абсолютно все в ее поведении казалось ему наигранным, фальшивым. Собственно, как и в его собственном поведении, ведь ему тоже приходилось притворяться. И вот черт знает, получается ли это у него или нет.
Мисс Роксфорд выглядела естественно, как обычная девушка, согласившаяся помочь силам правопорядка. Ее реакция на слова про мужа произвела на инспектора впечатление, заставив его интуицию ненадолго замолчать, словно обдумывая, а вдруг и она ошибается. Аластор, тяжело выдохнул, склонив голову и тяжело выдыхая. Ал отлично знал каково тяжело терять любимого человека, с которым ты планируешь брак. И тем более понимал как сложно жить, зная, что преступник остался на свободе. Когда возлюбленная Кроуфорда была сбита, никто не запомнил номера машины, отнявшей ее жизнь, поэтому найти его оказалось невозможно, пусть он и приложил все усилия. Сейчас в нем пробуждалось сочувствие к блондинке, ведь она, судя по всему, испытывает такие же эмоции.
— Я прекрасно Вас понимаю, мисс Роксфорд, - произнес Аластор, не поднимая головы. Очень забавно, ниточка, за которую он дергал, дабы увидеть реакцию Шарлотты, задела и его самого. Правда, в этом был определенным плюс. Изобразив скорбь, инспектор мог обмануть Шарлотту, заставив ее расслабиться. Сейчас надо было заставить себя продолжать эти игры разума. - Что же. Тогда выпьем за тех, кого с нами нет.
Приподняв голову, он встретился взглядом с Шарлоттой, после чего сделал глоток своего вина. Жидкость немного привела его в чувства, отгоняя скорбь и даже пробуждая интуицию, считающую, что блондинка виновна и подозрения обоснованы. Теперь надо было решить какую же стратегию использовать. Аластор защищался, осторожничал, а мисс Роксфорд, судя по всему, решила взять его наскоком, что у нее неплохо получилось. Шарли точно не была глупа, это понятно, но насколько же она была умна? Неужели разгадала план Ала и сейчас просто хочет скинуть с себя все подозрения? Но на ее лице не было и тени сомнения, когда она принимала предложения инспектора выпить с ним - это ведь большой риск. Умная, рисковая и коварная женщина эквивалента оружию массового поражения. Надо было продолжать разговор, дабы не затягивать.
— Ладно, не будем о грустном, мисс Роксфорд! - улыбается Ал, поднимая глаза. Он тоже может немного повалять дурака, пусть Шарли будет уверена в том, что у нее все хорошо. Приподнимаясь, он вновь налил вина в бокалы. Сейчас нужно было найти более нейтральную тему для разговора. - Помнится, у вас магазин и квартира близко к центру. Насколько знаю, такое дается либо очень богатым, либо у тех, чьи семейства давненько обосновались в Лондоне. Я вот не местный, часто переезжал, до сих пор могу найти какой-нибудь неизведанный закоулок, - после этих слов он чуть смутился, поняв, что, возможно сказал что-то лишнее, обозвав Лотти несамостоятельной. Однако, впрочем, это всего лишь констатация факта... или будучи вспыльчивой особой дама подаст вид, что не нуждается в средствах. Квартирка в центре - много ли скромных антикваров их имеют?
Аластор старался расслабиться, спокойно ведя беседу. Ему не нужно было сейчас ничего провоцировать или что-нибудь выпытывать - просто разговаривать. Ему нужен лишь один намек, одна фраза, незначительный жест - пусть только его подозрения подтвердятся.

+2

7

Тяжкий вздох, печальный взгляд – в отличие от Шарлотты, казалось, что инспектор действительно сожалеет о своей утрате и все еще находится в прострации. Собственно, за одиночеством особо правильных личностей в большинстве своем как раз-таки и стоят подобные слезливые истории о погибшей возлюбленной. Или возлюбленном, будем толерантны, господа. Не толерантная же Шарлотта, обладающая между тем большим запасом любопытства, хотела бы узнать получше всю эту историю, ведь поначалу дама разрывалась между версией трагичной гибели и не менее трагичного расставания, где в финале предположительная спутница Аластора побросала вещички в чемодан и ушла жить к любовнику (или любовнице, ох уж эта толерантность и женская безысходность). Кроме этого мисс Роксфорд была ещё и весьма зловредной барышней, что обуславливало одно стремительно разраставшееся в ее груди желание позлорадствовать. О, этот полицейский вздумал ловить ее на такие примитивные вещи, но сам попался в свои же силки. Однако торжествующий смех злобного гения и слова вроде: «Ну, ты еще заплачь здесь, тряпка», явно не соответствовали образу скорбящей дамы, поэтому для продолжения этого лицедейства скорее подойдет скупая мужская слеза, медленно стекающая по бледной щеке, которая явно придаст Шарли чуть больше очарования и скорей всего заставит даже закоренелого скептика ей поверить, сохраняя при этом долго наводимый макияж в видимой целостности. Но не настолько хороша была блондинка в актерском искусстве, как ей бы хотелось, так что слез по заказу было добиться сложнее, чем появления дождя от плясок с бубном. Оставалось лишь заливать «скорбь» вином и демонстративно хмыкать носом, якобы сдерживая нахлынувшую тоску и горечь.
- Да, да… Вы правы инспектор. Простите меня, я такая нетактичная в своей вспыльчивости… Просто мне до сих пор тяжело говорить об этом. Время, конечно, лечит, но как ни крути воспоминания тех дней все не становятся тусклей, чтобы в конечном итоге истереться настолько, чтобы не делать так больно,  - все было сказано тоном умирающего лебедя, и под конец дама пригубила вино.
«Кисловато. Вкус у официанта явно скверный. Хотя и не удивительно, откуда он у такой шушеры… А этот засранец явно решил меня споить. Как будто я такая дура, чтоб напиваться и чесать языком. Лучше бы он себе так малолеток в клубе снимал, и то пользы было бы больше. Может на мир бы адекватней стал смотреть, из полиции бы ушел. Да хотя бы взятки брать начал», - являясь инициатором затянувшейся паузы, рассуждала Шарлотта. Барышня вообще любила порассуждать на подобные темы и всегда была готова дать пару дельных советов о том, как лучше устроиться в жизни. Вопрос в другом – насколько они придутся по вкусу иным людям.
- Я тоже не из Лондона, мистер Кроуфорд, - без тени улыбки ответила Лотти, не желая слишком быстро скидывать так, по ее мнению, успешно деланый образ безутешной любовницы. Говорить подобное, с одной стороны глупо, ведь явно коп прошерстил её биографию вдоль и поперек (сама блондинка на его месте так бы и сделала) и лучше нее самой знает, откуда блондинка родом и как давно живет в Лондоне. – Так что я приму ваши слова как комплимент моей деловой хватке, которую я унаследовала, кажется, от своей бабули.
Вот здесь Шарли улыбнулась. Почти язвительно.
Привыкнув воспринимать все в штыки, ярая защитница прав женщин (ну, вернее своих прав)и ярый борец с мужчинами-сексистами, усмотрела здесь намек на собственную несостоятельность. «Ох, уж этот симулянт добра и искренности, так бы и съездила ему салфеткой по морде», - ну или как-то так:
- Вы переехали сюда с семьей? А откуда?
Теперь её черед был задавать вопросы. Возможно со слишком большой претензией на дальновидность – вдруг этот Кроуфорд настолько заинтересуется её, что Шарлотте придется интересовать им, например, семьей. И назначай нанять парочку головорезов, которые проведут воспитательную беседу с чрезмерно любопытными блюстителями порядка.

+1

8

Подсознание утомило Аластора. Внутренний голос хотел, чтобы Кроуфорд перестал валять дурака и забрал эту мадаму в участок и нормально провел допрос.  Только вот что ему нужно узнать и в чем ее можно обвинить? Этим вопросом Ал задавался уже в какой раз. Ему нужна, для начала, хотя бы небольшая ниточка, дабы можно было за нее хорошенько ухватиться и выведать абсолютно все, что возможно. Только вот эта девушка не давала ему никакой возможность узнать что-то полезное, важное или, хотя бы, интересное. Вообще, эта дама сейчас подозрительно напоминала печально известную королеву-регента из модной фэнтези-саги, что вышла из-под пера очаровательного писателя, на подтяжках которого резвятся языки пламени, причем сходство было не только внешнее. О, нет-нет, Аластор не оскорблял эту девушку и не имел ввиду то, что она известна своими... Просто Шарли очень искусно изображала траур, скорбь, продолжая попивать вино, которое, кстати, и правда было слишком кисловато. Однако, Ал даже не думал оскорблять официанта за дурные вкусы, просто у каждого они индивидуальны, а у некоторых специфичны. Не называть же из за это больными бастардами. Хотя...
—Ничего страшного, мисс Роксфорд. Я все понимаю, не переживайте из-за этого, - после этих слов Ал улыбнулся краешками губ. Правда, тон девушки заставлял задумываться о суициде.
Черт возьми, как же неприятна эта беседа. У Шарлотты на лице было написано, что она явно что-то скрывает и сейчас изображает из себя страдающую вдову. Аластор не мог это объяснить, не мог подкрепить фактами - просто ты чувствуешь все это после того, как проведешь несколько сотен допросов. После этого незабываемого опыта ты практически подсознательно чувствуешь ложь. Ах, как бы хотелось сейчас обрести виртуозные навыки доктора Лайтмана и узнать, что же эта девушка чувствует на самом деле. Все было слишком фальшиво и Ал не понимал, зачем же он пытается раскрыть свою душу и вложить хоть немного искренности в их беседу, ведь грош всему этому цена.
—Ох, я несколько раз переезжал и довольно долго не имел постоянного дома. Родился в Уэльсе. Затем с семьей переехал в Португалию, а после нее в Канаде. Получил там высшее образование и вернулся в родной Туманный Альбион, - после этих слов Аластор задумался, вспоминая детство, отчего как-то рефлекторно постукивал пальцами по столу - старая привычка.
Что же, если следовать темпу их беседы, а именно "атака-защита", то теперь должен "напасть" Аластор, задавая свои вопросы. Один из них был подготовлен заранее и ему очень было интересно, как же ответит Шарлотта. Откашлявшись, полицейский начал говорить не так, как раньше. В тоне уже не столь обманчиво мягком появились нотки решительности. Аластор мог быть не только безукоризненно вежливым, когда этого требовало дело, и мисс Роксфорд стоило бы подумать об этом не на досуге, а в самое ближайшее время.
— И вот ведь знаете, насколько же удивительна наша жизнь! - после этих слов полицейский пригубил вино, кажется, создавая образ подвыпившего человека, при этом оставаясь абсолютно трезвым. - Матёрый вор, которого мы несколько месяцев пытались поймать, так просто согласился с Вами на встречу. Какое совпадение, не правда ли?
Этот вопрос нужно было задать тогда, когда Ангус Рейли расколется и расскажет все, что знает об этом мамзели. Аластор лично позаботился, чтобы допросом занимался доверенный ему сотрудник, только вот результаты очень задерживались. Хотя, ладно, будем честны, за это время его ребятки успели бы довезти его только до дверей участка. Считающийся с буквой закона Ал запретил полицейским применять силу в отношении Рейли, однако, он и так обязан расколоться. Таких как Ангус, мелких воров-рецидивистов инспектор видел очень много раз. И каждый из них был готов сдать даже родную мать, лишь бы как-нибудь спасти свою... шкурку.

+1

9

"Ох, я в такой печали, такой печали", - примерно такой образ старалась поддержать Шарлотта на зло Кроуфорду и себе на радость. Правда, девушке приходилось себя вечно одергивать, ведь проявление хоть сколько-нибудь теплых чувств к кому-то было не по её части, поэтому блондинка в какой-то степени чувствовала себя не в своей тарелке, силясь показать, как же она тоскует по этому прощелыге, истрепавшему ей нервы и спустившему столько денег на свои чертовы скачки и бои. О, от одной мысли о бывшем ухажере Шарли приходила в бешенство, от которого голос повышался едва ли не до ультразвука, а руки чесались взять что-нибудь тяжелое и швырнуть хоть куда-нибудь. А желательно в кого-нибудь. "Но коль берешься играть безутешную вдову, то трясти должно не от гнева, а от горя, и если го нет, то вот сиди и не дергайся. Сама виновата", - такой наказ дала себе Лотти, почувствовав, как подкатывает ещё одна вспышка гнева. Поэтому дама вопреки расхожим гастрономическим вкусам приложилась к своему бокалу, который теперь был наполовину пуст. Поморщилась и отставила в сторону это бедовое вино - пусть совестливый инспектор теперь живет с мыслью, что довел бедную девушку до такого отчаяния, что она вынуждена запивать свою потерю такой дрянью, как старый алкоголик, которому уже не суть важно, что отправлять в свой организм.
- Очень увлекательно. А как с точки зрения опыта практично! - с поддельным интересом восхитилась Шарлотта, позволив себе постепенно стаскивать маску безутешной барышни, будто бы россказни Аластора и вправду возымели исцеляющий эффект. Покуда инспектор пустился не в слишком пространные объяснения, откуда же он все-таки родом, Блондинка боролась с зевотой. Конечно, биография полицейского заслуживала не только уважения, но и зависти от тех, кто никогда не покидает своих насиженных мест, однако в последнее время мисс Роксфорд настолько зачастила с разъездами, что Аластор едва ли поразил ее своими рассказами. Единственное, что было отрадно, - видеть, как постукивает пальцами по столу Кроуфорд.
"Нервничает?" - склонная судить по себе Шарли склонялась к тому, что Ал скорее просто задумался, но характер их разговора давал не только почву для размышлений, но и повод реально понервничать. И инспектор явно желал, чтобы и Шарлотта поддалась сомнениям и душевным терзаниям. Да, она все еще склонна к анализу ситуации в роли истинного параноика, но годы работы над собой, пара показательных допросов и еще больший чем этот страх действительно попасться сдерживали даму от истеричных вздрагиваний и бегающих глазок.
- Совпадение? Не думаю, - придавая своему тону непринуждённость, ответила Шарлотта, - коллеги мне рассказывали, что к ним периодически приходят подобные субъекты. Конечно, в том, что матерые воры не признаются, так что с кем-то у них такие аферы и проскакивают. Сами понимаете не все люди честно ведут бизнес, не всех заботит качество... Кхм... Товара, если так можно выразиться применительно к нашей сфере деятельности. Так что я не удивлюсь, что этот ваш Ангус просто решил, что ему повезло попасть на дамочку, которая не заботится о том, каким образом добыт тот или иной предмет. И увы, - Шарли развела руками, - он просчитался. Дамочка была на стороне закона.
И вновь улыбка. Роксфорд понимала к чему ведет Аластор. Но против слов вора - её, персоны кристально чистой. О, что-то подсказывало мошеннице, что закон будет на её стороне. По своему желанию или не очень, если потребуется.
- Поэтому не сомневаюсь, что такой озлобленный асоциальный тип попробует обвинить меня во всех грехах. Надеюсь, полиция не забудет, что я не просто исполняла гражданский долг, но еще и рисковала собственной репутацией. Подумать только, что может взбрести в голову клиентам, если они узнают, что я встречалась с этим рецидивистом... Инспектор, могу ли я надеяться на конфиденциальность? Я знаю, знаю, - спешно добавила Шарли, устремив взгляд на салфетку, которую в псевдонервозном состоянии принялась разглаживать и идеально укладывать, - что мы это обсуждали, просто я так переживаю, что нахожу в себе дерзость лишний раз напомнить вам об этом перед тем, как вы пойдете рассказывать прессе о случившимся.

0

10

Эх. Как приятно работать с мелкими бандами и их незначительными руководителями, у которых далеко не семь пядей во лбу. Подобные персоны раскалываются после пяти минут непринужденной беседы, так как  совершенно не умеют притворяться и врать в целом. Шарлотта умела и то, и другое, что создавало очень большие трудности. Как подступиться, если образ безутешной и скорбящей вдовы - это идеальная защита? Аластор возвращался к мыслям о том, что надо было ее задержать на 48 часов, после чего уже допрашивать, приводя какие-никакие, но факты. К этому времени раскололся бы мистер Рейли и, возможно, навел бы Ала на тех, кто более близко знает мисс Роксфорд. Единственный человек, который был с ней связан, сейчас лежал в гробу где-то в США, а его документы были чисты. Отвратительно.
— Что же, возможно, мне придется пообщаться с вашими коллегами тоже, мисс Роксфорд, - это должно было звучать как шутка. Выслушав ее до конца, Аластор продолжил. - Конечно, не переживайте, полиция не забудет вашу помощь. Мы слишком долго гонялись за этим типом, чтобы верить хоть одному его слову.
Ложь. Рейли, пусть и не был великим вором, но обладал знаниями, которые нужны полиции. К примеру, кто, где, когда, что и кому продает. Даже абстрагируясь от конкретной цели - Шарлотты - Ангус был бы полезен отделу Аластора. Или другому отделу. Кому-нибудь бы он точно пригодился, в этом инспектор был уверен. В крайнем случае, постараемся через него выйти на другую преступную сеть и через них найти подступ к Шарлотте.
— Я обещаю, ваше имя нигде не появится, - Ал кивнул, - я об этом позабочусь. Ваша репутация никак не пострадает, будьте уверены.
В идеале, репутация Шарлотты должна была не пострадать, а просто перестать что-либо значить - в случае, если получится ее посадить. За что? Кроуфорд, как уже говорилось, сам не знал. Будем считать это параноидальной интуицией, которая проявляется в моменты, когда Аластор утомлен и практически не имеет зацепок. Возможно, после этого вечера, за ней надо установить слежку - для начала на пару дней, а там посмотреть, будут ли результаты.
— Так что да, вам не о чем беспокоиться, Шарлотта, - подвел черту Аластор, дабы больше не возвращаться к этому вопросу. - К тому же, мисс Роксфорд, я теперь ваш должник и вы можете рассчитывать на мою помощь, если потребуется. В пределах закона, разумеется, - вновь улыбка, дабы разрядить обстановку.
Кроуфорд все же обладал  моральными принципами и не позволял себе безостановочно наседать на Шарлотту - она на самом деле потеряла близкого человека и это может делать ей больно. К тому же, напряженная атмосфера очень и очень мешает разговору, особенно такому, где Алу нужен прокол. В принципе, у него был один козырь в рукаве и ситуация как раз была подходящей. Буквально пару минут назад мимо них прошла небольшая группа музыкантов, спешащих в соседний зал, который, как знал Ал, был танцевальным. Изучив их репертуар еще вчера, инспектор узнал, что начнется представление с вальса.
— Несмотря на то, что я ваш должник, я позволю себе дерзость, - после этих слов Кроуфорд поднялся, застегивая среднюю пуговицу своего пиджака. Протянув Шарлотте руку, он продолжил уже с улыбкой, - Мисс Роксфорд, в соседнем зале чудесные музыканты, поэтому я приглашаю вас на танец. Надеюсь, вы мне не откажете? Тем более, я очень хочу рассказать вам одну историю, которая вас точно заинтересует.
После этого Аластор заговорщицки подмигнул, сказав, что история эта не для чужих ушей обывателей, которые сидят по сторонам. А уж Шарлотте грех не знать, что уши могут быть не только у стен.

+1

11

Быть может, в душе Аластор и расточал комплименты, но шутки его явно начинали потихоньку выходить за рамки своей милой невинности. Едва ли инспектор шутил о том, что наведается к «коллегам по цеху». Быть может, мистер Кроуфорд и хотел преподнести это как шутку, но Шарлотта это совсем не так восприняла. Девушка на мгновение застыла, прекратив свое увлекательное раскатывание некогда безупречно чистой салфетки по столу, глупо уставившись в пространство меж своих рук, а затем медленно перевела пристальный и вместе с тем настороженный, немигающий взгляд на Аластора. Прочитать блюстителя порядка, как открытую книгу не получалось, что, в понимании Роксфорд, не придавало остроты игре, которую оба затеяли, это лишь уменьшало шансы на победу блондинки. А такой расклад ей не нравился, ведь ввязываться в споры и пари было возможно тогда, когда победа уже маячит где-то на горизонте. Сейчас горизонт медленно затягивался тучками. Ещё пока маленькими и безобидными, но именно из таких небесных знамений, стоит им подплыть чуть ближе к наблюдателю, появляются черные, почти ощутимо тяжелые тучи, несущие за собой не просто гром и грозу, но настоящую бурю. У нашей Элли не было Тотошки, чтобы с оптимизмом смотреть на наклёвывающуюся перспективу, сменить место привычного обитания и поселиться в сказочной стране, от которой ключи есть только у стражей порядка. Нет, Шарлотта определенно не рассматривала слова об обходе своих коллег шуткой. Это звучало как вызов. Даже не звучало, а было засаленной перчаткой, брошенной даме в лицо.
Больной ублюдок.
Он бросил ей перчатку – она сбросит его со скалы.
Несколько секунд, моргнуть, и снова перед публикой безутешная вдова, на струнах чьей души беспрестанно бренчал Аластор Кроуфорд, то заставляя отвлечься от перенесенной утраты, то вновь бередя старые раны. Сейчас можно было бы укорить инспектора за то, что так настырно ведет деловой разговор, когда тут разыгрывается такая драма, если бы сама виновница неприятной беседы не завела разговор о гарантиях. О, как сладко Аластор пел, что также смачно хотелось сплюнуть наземь, стряхивая с ушей лапшу, которая и без того уже валилась на пол. Какое ж тошнотворное зрелище – наблюдать, как перед тобой так лживо лебезят. Теперь Роксфорд воспринимала все исключительно в штыки, отказываясь верить хотя бы единому слову Аластора, потому что полностью уверилась в том, что он не просто решил начать копать под неё, этот гнусный полицай явно решил выжить Лотти из её прекрасной жизни и отдать на растерзание волкам в судейских мантиях. Кроуфорд хотел вытянуть её на разговор, так она теперь вообще будет молчать, буравя его своим пронзительным взглядом, чтоб этому тщедушному законопослушному прощелыге сделалось совсем совестно и он убил себя под действием своего морального регулятора.   
«В седьмое пекло тебя и твои танцы», - хотела сначала выкрикнуть Шарлотта, однако слова о какой-то истории успели долететь до её сознания раньше, чем дама успела наговорить гадостей. Какая ещё к черту история? Он что, возомнил себя седобородым старцем, чтобы с умным видом рассказывать непонятные притчи, смысл которых в данной ситуации явно будет сведен к тому, что вор должен сидеть в тюрьме, добро побеждает зло, явка с повинной снижает срок и дает возможность заключить досудебное соглашение. Бла-бла-бла. Неужто Роксфорд похожа на девочку, которой интересны такие истории? А вдруг там нечто другое? Неужели у Аластора в рукаве спрятан ещё один козырь или это новая методика препровождения в тюрьму? «Здравствуйте, мы пришли вас арестовать, но сначала давайте потанцуем, а то вам ещё не скоро предоставиться такой шанс». А может, он просто тянет время?
Шарлотта мысленно попыталась прикинуть, сколько минут надо на то, чтобы добраться до ближайшего участка полиции и расколоть Ангуса. Немного, судя по тому, что пробок сейчас почти нет, а воришка едва ли будет держать рот на замке, когда дело отчетливо запахло жареным. Так что по всем признакам выходило, что пора подобрать полы платья и в ритме вальса утанцовывать домой, но… Что за история? Может, все-таки ничего не случится, если Шарли послушает один рассказ в исполнении инспектора?
Любопытство сгубило не одну кошку, оно же добьет и Шарлотту Роксфорд, если этого не сделают алчность или гнев.
- Только один инспектор. Думаю, времени хватит и на историю, и на то, чтобы я оттоптала вам ноги.
Блондинка неспешно поднялась, небрежно кинув свой клатч на стул, что только что занимала, и подала руку кавалеру, которому настолько надоело потягивать кислое вино. Шарлотта начала дерзко играть, бросившись в омут с головой, так негоже снижать планку. Передав инициативу в чужие руки, она вовсе не отказалась от притязаний на победу. Просто притаилась, выжидая удачного момента для нападения.
Быть может, броня из образа убитой горем вдовы и была безупречной, но кто сказал, что нельзя достать человека, скрывшегося за ней? Подберите ключ к этой персоне, и вауля, наблюдайте, как он, лишив себя собственноручно своей защиты, пляшет перед вами, весь такой мягкий и беспомощный, точь-в-точь как моллюск без раковины.

+1

12

Аластор перегнул палку - это стало ясно после того, как изменилось лицо блондинки. "Она знает," - шептало подсознание, которое редко ошибалось. Теперь у Кроуфорда было лишь два выхода, оба из которых подразумевали смену тактику. Первый - это перейти в глухую защиту, отмахнуться от своих слов и искать другой способ подступиться к Шарлотте, которая теперь вряд ли скажет ему предложение, содержащее больше трех-четырех слов. Второй способ, коим Ал и воспользовался - это "все или ничего", полное и отчаянное наступление с использованием последней козырной карты, которая должна была принести ему победу в этих играх разума. Его последним шансом была информация, обязанная заинтересовать мисс Роксфорд. Шанс был мал, но Аластор поставил все на один очень существенный фактор - на любопытство.
— О большем я и мечтать не смею, мисс Роксфорд! - улыбнулся Кроуфорд, взяв ее руку в свою. Теперь они направлялись в соседний зал, где музыканты уже заканчивали настройку  инструментов.
Что же, Ал не зря пошел  Какой бы коварной, хитрой и умной не была Шарлотта, она все же женщина, а это априори подразумевает любопытство(так, во всяком случае, всегда считал Аластор). Блондинка могла избежать этого, просто отказавшись, сославшись на больную ногу и сделав грустную мордашку, но сейчас она была на его крючке. Главное - заинтересовать, а дальше лишь дело техники. Пока они дойдут, пока станцуют - это все позволяет выиграть время, чтобы расколоть мистера Рейли, который уже должен быть в участке. Однако, нельзя было радоваться так рано - сделана лишь четверть дела.
Комната была довольно-таки просторной, здесь могло поместиться как минимум десять танцующих пар. Однако, сейчас, помимо Ала и Шарлотты, было лишь четыре человека, которые ждали, пока музыканты будут готовы. Еще раз осмотревшись, Кроуфорд заключил, что раньше здесь располагались "элитные столики", люди за которыми могли спокойно ужинать, слушая классическую музыку прямо с небольшой сцены. Отойдя ото всех метра на два, мужчина остановился, внимательно смотря на Шарлотту. Увы, прочитать ее было крайне сложно, но инспектор не особо переживал по этому поводу.
— Сразу хочу сказать, что узнал я об этом от непосредственных участников, так что информация достоверна и не может быть ошибочной.
Нельзя было выдавать все сразу. Возможно, Кроуфорд играл с огнем, но ему хотелось выбить Шарлотту из привычного для нее ритма, немного растормошить эту блондинку, считающую свою тактику непревзойденной. Поэтому информация шла порциями, слегка подогревая интерес. Все шло к гранд финалу, в котором и решится, кто из этих двоих победит. Пока Аластор собирался с мыслями, музыканты объявили о начале концерта.
Заиграла музыка, все начали понемногу суетиться. Инспектор же, нагоняя таинственность и интригу, остался беспристрастным.
— Историей поделились мои коллеги из далекого от нас Чикаго, - Аластор кладет руку девушке на талию, - они занимались одним странным делом - следили за довольно крупной группой контрабандистов.
Плавный скользящий шаг вперед, уверенная хватка, поворот. Медленная мелодия позволяла даме подстроиться под своего кавалера, принимая, как его главенство, так и стиль, которые инспектор задавал в щадящем режиме – не столько из жалости и сострадания, сколько сам неторопливо вспоминал то, чему обучался единожды в военной академии по случаю рождественского бала.
- Вы когда-нибудь были в Чикого? – Без издевки в голосе, которая так и напрашивалась, поинтересовался Аластор, отходя в сторону от разговора, что сам и завел.

0

13

Прогибаться под кого-то во всех смыслах столь неоднозначной фразы было не в характере Шарлотты, которая стремилась сама всех под себя прогнуть. Однако реальная жизнь преподносит не только полезные знакомства, но и людей, на голову выше, а то и на две во всех отношениях, стоя на каком-нибудь социальном пьедестальчике. Аластор Кроуфорд был по ту сторону баррикад, как бы Шарли не выдавала за чистую монету свою причастность к законопослушным гражданам, причем занимал должность, увы, не простого констебля, что давало ему к куче скучных обязанностей довольно обширные права и возможность дергать кого-то за нужные ниточки, прибегая к законным методам или не совсем законным, но последнее пусть остается на совести самого инспектора, Роксфорд же в наличии таковых в его биографии не сомневалась. К слову, инспектор был тем, кому, к превеликому неудовольствию мошенницы, приходилось улыбаться и на кого желательно смотреть с бесконечным восхищением, на которое способны глуповатые блондинки. Все это так низко и мерзко, но так необходимо. Только вот немного не подходило ситуации и настроению взбешенной Шарлотты  - блондинке сейчас было тяжело перестроиться на нужный лад в связи с лютым желанием размозжить Аластору голову. Поэтому мистеру Кроуфорду досталось лицезреть на дамском лице вежливое безразличие, сквозь которое при одном неверном шаге блюстителя закона могло промелькнуть истинные чувства. А едва ли Алe необходимо знать, сколько синонимов к фразе «Сдохни, мерзкий ублюдок» Лотти уже подобрала, не стоит, право, разрушать мирок мужчины, где все общаются как рыцари, а леди только томно вздыхают, раздают всем желающим кружевные платочки, повязывают на копья ленты и жаждут стать самой прекрасной дамой на турнире.
«Чикаго? Контрабандисты?», - мысленно переспросила Шарлотта, ощущая, как внутри все похолодело. В то, что коллеги из США так просто поделились информацией, мошенница не поверила ни на секунду – не настолько же у Кроуфорда плохо с фантазией, чтобы тянуть время таким образом, рассказывая рядовые случаи из работы дружественных отделов, пусть и с другого материка. Да ещё не из Нью-Йорка, Калифорнии или Лос-Анджелеса, а именно из Чикаго, где ошивался, пожалуй, единственный контрабандист, работавший с Роксфорд. Все это было слишком подозрительно, чтобы быть простым совпадением.
Шарли напряглась, сменяя ледяное спокойствие на небольшой прищур и чуть поджатые губы, что пока выдавало задумчивость вкупе с раздражением, уже игравшем на заднем плане. Заметит ли инспектор такую смену? Заметит. Да только Шарлотту начинает доставать разыгрывать весь этот спектакль, когда ей так открыто демонстрируют свое преимущество. И блондинке казалось, что именно это сейчас и происходит – Аластор показывает, как много он знает, как далеко может зайти и какие же у него длинные руки.  Шарли несомненно парировала бы высказыванием, что у настоящего мужика должно быть длинным, но ситуация пока не позволяла. Старуха eдача, казалось, только что помахала ручкой, кокетливо качнула бедрами и направилась куда-то по своим делам, иначе как объяснить, что Кроуфорду известно про Джеймса Адамса, второго Ромео в её жизни, избежавшего судьбы первого. А то, что речь сейчас зайдет именно об этом янки, Шарлотта же не сомневалась, ну не просто же так инспектор скорчил свою рожу аля «Моя хата с краю – ничего не знаю». Так что скорей всего отрицать знакомство с Джеймсом бесполезно – явно выведали от каких-то засранцев вроде Ангуса да подкрепили информацией о его перемещениях через океан. В том, что Ромео свою подельницу не закладывал, Шарли не сомневалась, но количество информации, что есть у Аластора, весьма интересовало девушку, которой надо было составлять то, что можно предъявить адвокатам и на чем основывать свою защиту, если дело совсем запахнет жаренным.
«Блеф. Все, что он сейчас может начать заливать – блеф. Блеф, блеф, блеф. Популярная штука, чтоб прижать, заставить говорить, сдавать других».
- И что же случилось с этими несчастными прожигателями жизни, инспектор? - Очаровательная улыбка, пропитанная добром и искренностью, – Шарли рисует в голове упоительную картину, как ломает инспектору руку, которую он положил ей на талию.
«Пшел нахер, не поверю ни единому слову твоему, пока сама не проверю».
Хочется отпрянуть в сторону, вырваться, но поворот на лакированном паркете заставляет лишь сильнее вцепляться в чужое предплечье. Надо поддаваться и здесь, следуя воле партнера, но тут уже нужно доверие, которое оба едва ли испытывали друг к другу. И она потянула за собой, перехватывая вожжи, заставляя чуть ускорить шаг. Раз, два, Роксфорд обходит его уже слева, вместо установленного инспектором негласного правила – маленькая гадость, секундное замешательство инспектору не повредит.
- Нет, не была. Говорят, там красиво, если вы любите урбанистические пейзажи. А вы там были, Аластор?
«Давай ещё погоду обсудим, времени ж вагон!».

+1

14

Кроуфорду надо было придержать коней, иначе все может выйти из под контроля. Нельзя наслаждаться ситуацией, надо работать, быть методичным и сохранять хладнокровие. Однако, Аластор не мог сдержать легкую улыбку на губах, которая, кажется, начинала раздражать Шарлотту. Или же, стоп, она возненавидела его еще раньше, в самом начале разговора? Откровенно говоря, мужчина этого не знал и не мог определить, так как не обладал способностью Ника Маршалла, хотя не был против ее обрести. Возможно, читать мысли женщин  - величайшая суперспособность в мире. Коварство, хитрость, таинственность - все это присуще именно дамам и невероятно сложно узнать, что же себе придумала барышня, сделав выводы на основе Великой и Ужасной "женской логики". Собственно, именно выводы и домыслы делают девушек тайной человечества.
Слова о контрабандистах сделали свое дело, Шарлотта напряглась – значит, информация не ложная и можно продолжать игру. Вот только Кроуфорд был уверен в умении девушки прятать свои эмоции. Это было крайне важно, но Аластор верил в то, что сейчас имеет огромное преимущество. Тем более, его коллеги уже должны допрашивать Ангуса. Оставалось надеяться, что инспектор сделал верную ставку и что его товарищи не подведут начальника. Рейли не мог отпираться – его загнали в ловушку словно лису, которая хотела полакомиться курами.
— Ох, они совершили ошибку и оказались не так осторожны, как должны были, - сказав это, Кроуфорд посмотрел ей прямо в глаза, игнорируя, кажется, искреннюю улыбку. Все фальшиво, кроме глаз. - А ведь они работали на всех континентах, представляете? Попались на глупой ошибке - провели неудачную сделку с человеком, который оказался завербован полицейскими.
Шарлотта точно знала этих контрабандистов, но, возможно, лишь одного - главаря, в документах которого и нашли все переводы на счета Шарли. И множественные звонки на ее телефон намекали на некие отношения. Дружеские? Любовные? Слишком уж частые они были и не совпадали с переводами. Однако, увы, это лишь домыслы Кроуфорда.
Аластор продолжал подавать ей информацию небольшими порциями, даже отходя от темы. Он продолжал следовать основному плану - выбить ее из привычного ритма, заставить показать истинное лицо без этой фальши. Собственно, для этого он и рассказал ей о том, что ее друзья(друг?) попались точно также, как сегодня попался мистер Рейли. Возможно, блондинка сумеет сделать из этого какие-то выводы для себя.
Лотти двигалась ловко и имела большую практику, чем Ал, отчего он случайно позволил ей себя обойти и нарушив изначальный план танца. Быстрый поворот и Аластор прижимает ее сильнее к себе, несколько ограничивая в движениях, дабы вернуться в привычный и изначально заданный ритм. Рука инспектора железно лежала в районе ее лопаток, продолжая слегка прижимать блондинку к нему.
— Жизнь кипит, все улыбаются, и, кажется, каждый счастлив. Интересное место, но Англия меня привлекает больше, - Кроуфорд говорил чуть тише, ибо расстояние между ними было уже меньше. Мужчина делал вид, будто ничего не изменилось, продолжая их танец.

+1

15

Ещё немного и она бы зашипела, словно дикая кошка, которую кто-то дернул за хвост и которая сразу же выгнула спину, вещая обидчику своим видом и утробным рычанием, что наводило страху чуть меньше, чем рык тигра. Однако, отсутствие сходства с кошачьими не делали желание, выцарапать или хотя бы просто выдавить Аластору Кроуфорду глаза, меньше. Периодически, когда гнев выходил из-под мнимого контроля, Шарлотта по своей жестокости могла сравниться с основателем испанской инквизиции Томасом Торквемадой, поэтому мысленная попытка лишить блюстителя порядка органов зрения ещё не самый изощренный способ насолить надоевшему полицейскому, который изволил стиснуть дамскую фигуру сильнее, дабы блондинка не пыталась вести даже в танце. Отчего барышня почти топнула ногой, словно бьющий копытом бык на корриде, дабы хоть как-то подсластить пилюлю и вдавить мужчине шпильку в стопу. Однако златовласка сдержалась, хватаясь за ускользающее спокойствие и хладкровие. Дамские пальчики сильнее сжали чужую кисть – ещё секунда и инспектору вывернут руку, после чего будет легко одним ударом сломать пару костей, а если повезет, то и открытый перелом получится. О, звук разрывающейся плоти и чужой крик были бы лучшей той музыки, что производят местные музыканты.
Шаг, ещё один, вновь поворот. Поначалу дама покорно усмиряет свои ноги так и идущие в пляс, но после вновь начинает тянуть не только поводья, но и мужчину на себя, увлекая за собой, словно Белый кролик Алису.
Шарлотта сверлила инспектора пронзительным взглядом прищуренных глаз, словно пыталась если не изрешетить его, то вытащить всю правда, которую мужчина скрывал, наружу, дабы разобраться с пристрастием во всем цирке, что здесь происходит и узнать о Джеймсе быстрее, чем сумеет вырваться от этого докопавшегося полицая и набрать номер янки.
- Оу, бывает, - как можно непринужденней произнесла Шарли. Она бы пожала вдобавок плечами, да положение не позволяло – ни танец, ни бульдожья хватка не оставляли единого шанса. Благо доступ к кислороду ещё не перекрыл. – Главное, что их поймали… Недавно была на одной конференции искусствоведов, одна дама приводила статистику, какой неоценимый вред наносится такими вот личностями миру прекрасного и просто сколько в материальном эквиваленте уходит из рук музеев, галерей и хранилищ. Надеюсь, у них успели что-нибудь конфисковать и тем самым спасти от продажи на черном рынке?
Выражение сочувствия миру прекрасного и сопереживания той истории, которую поведал Аластор, было столь же искренне, как пожелание от Шарлотты мира миру и любви, удачи и здравия одному отдельно взятому полицейскому. То, что они попались на ту же удочку, могло быть как удачным словесным ходом с каким-то двойным дном, так и банально отсутствием других действенных методов борьбы с преступностью. Поэтому про себя Шарли отметила, что отныне нужно дважды перепроверять всех своих партнеров, даже доверенных, если не уйти на время в тень и не начать совершать все сделки через посредников.
- А как дела у нас, в Старом свете? – Как бы невзначай поинтересовалась Роксфорд, интерес которой мог быть банальным и тривиальным. Достаточно много людей ныне возводят свои характерные черты в рефлексы, сравнимые с врожденными, реагируя на что-то молниеносно, как акула, почуявшая в воде вкус крови.

0

16

Аластор почувствовал, как  пальцы Шарлотты сжались на руке. "Что вы задумали, мисс Роксфорд?" - вопрошает сам себя Ал, непринужденно продолжая танец. О, неужели блондинке не понравилось, как Кроуфорд восстановил ритм, дабы своевольная девушка не портила вальс, который мужчина старался сделать идеальным, несмотря на то, что многие движения уже забылись. Собственно, инспектор не мог ни сделать комплимент - его партнерша чудесно танцевала, видно,  у кого-то было тяжелое детство. До таких подробностей биографии Шарлотты коп, увы, не добрался, да и не видел в этом особой надобности. В конце концов, детство уже отрочество голубоглазки выглядело более чем невинно.
Собственно, Кроуфорд даже не ожидал, что Шарлотта легко поддастся - уж слишком непокорна и своевольна была блондинка. Эх, если у Аластора получится ее засадить в тюрьму, то каково же ей будет в узкой комнатушке 4x4 метра, да еще и с тремя соседками, которые вряд ли будут настолько же утонченными и манерными. Собственно, если мисс Роксфорд туда попадет, то Ал совсем не расстроится и переживать за даму не будет. Надо бы поднять старое дело про убийства жениха, ибо теперь оно казалось еще более темной, нежели раньше.
Удочки закинуты, почва подготовлена, все готово к последнему акту - главной информации, ради которой здесь все и затевалось.
— О да, их документы помогли найти очень много контрабанды - множество предметов искусства, раритетов, о похищении которых никто даже не подозревал. Вот только жаль, что операция не прошла гладко. Представляете, началась перестрелка, - Ал внимательно смотрит на Шарлотту, совершая еще один поворот, соответствующий ритму музыки. - И даже есть жертвы.
Еще один ход инспектора. Информацией владеет лишь он, у блондинки лишь догадки и острый язык. Все начинает походить на игру "в одни ворота". "Безразличен ли тебе тот, кто был в этой организации? О чем ты сейчас подумаешь, Шарлотта?"  - все это в голове Кроуфорда. Разумеется, он помнит абсолютно все - рапорт о проведенной операции он перечитал несколько раз, поэтому знал каждую мелочь. Что уж говорить про имя убитого. Некоторое время Аластор молчит, да что там, даже не смотрит на мисс Роксфорд - пусть она на несколько секунд останется без его пристального внимания. Полностью увлекшись танцем, Ал начинает понимать, что вальс начинает подходить к концу, а у него лишь один танец. Увы, придется не увлекаться с напуском интриги и театральными паузами.
—При этом погиб лидер группировки, а не какой-нибудь рядовой член преступного сообщества. Подозреваю, что достаточно известная персона в узких кругах, - едва уловимый намек на то, что Аластор знает о якшаниях англичанки с бывшими поддаными Британской империи, - вот только как же его звали... А, да... - Аластор немного выжидает, а затем, когда музыка начинает затихать, он чуть наклоняется к ее уху. Следующие его слова будут тихими, но Шарлотта обязательно их услышит:
- Джеймс Адамс.
Собственно, на этом все. Музыка затихает, кто-то хлопает музыкантам, а те берут паузу. И только эти двое стоят. Последняя карта вышла на стол, теперь все зависит от его соперницы. "Что же вы предпримите, мисс Роксфорд?"  - очередной безмолвный вопрос, сопровождаемый вежливой улыбкой.

0

17

О, нагнетаемый сапиенс был не зря. Каждое слово гулом отдавалось в голове Роксфорд, а нетерпение, любопытство и прочие пороки, работающие на спойлеры, заставляли даму томиться от нетерпения. И это нетерпение отнюдь не было волнующим и радостным, как когда ты смотришь какую-нибудь комедию с элементами драмы, где в конце все равно всех ждет счастливый финал. Радостные вести от представителей со стороны «ангелов» однозначно не могли радовать тех, кто нарушал закон без угрызений совести, если не с упоением. Особенно в ситуации, когда радость полицейских слишком близко соприкасается с чужой сферой интересов. Аластор Кроуфорд подошел вплотную к мисс Роксфорд. Возможно, он ещё только догадывался о том, кто есть Шарлотта на самом деле и что кроется в мозгах под этими златыми локонами, возможно, кто-то методично толкал инспектора на верный след. Главное, что пока у него ничего на неё нет, что можно было бы предоставить в суде. Вызов был принят, и отсчет уже пошел – Шарлиз этим же вечером поломает голову над тем, как быть дальше. А пока… Пока её волновало, вопреки обыкновению, нечто другое, отличное от её собственной шкуры.
Если бы Аластор попытался довести свою роль хорошего копа, который по доброте душевной сообщает новости, доведя ситуацию до чего-то мракобесного и изрядно мерзкого путем добавления щепотки пафоса – обвести блондинку вокруг пальца в буквальном смысле и резко сделать наклон дамы, то мошенница вполне могла бы обмякнуть в мужских руках от избытка чувств, наконец-то сбросив всю напряженность, которая чувствовалась в каждом её жесте и движении. Можно было бы сравнить её с натянутой струной, что рвется от неловкого прикосновения любителя, однако тяжелое детство и мышечная память не давали довести все действо до малоприятного качания на негнущихся ногах. Но вот потом, когда Кроуфорд изволил наконец-то выпустить пташку на волю, та мгновение замерла, словно оцепенела, а на лице явственно отразилась гримаса недоверия вперемешку с ужасом. Шарлотте было страшно. Страшно, что слова о Джеймсе могли оказаться правдой.
«Мерзкий ты ублюдок, улыбнись ещё раз и я заставлю тебя жрать битое стекло».
Это звучало уже не как вызов, а как откровенное начало войны. Собственно, Первая мировая тоже началась с убийства всего лишь одного человека. Чуть более значимого, чем был Джеймс Адамс, но куда менее любимого блондинкой, чем янки. Инспектор зря раскидывался козырями, которые могут подвести и его самого.
Но тут, Роксфорд вдруг осознала свою оплошность – нельзя так просто выдавать себя с головой. Впрочем, если инспектор не такой дурак, как она надеялась, он уже все давно понял. Однако, вспомнив о роли чувствительной вдовушки, Шарлиз решила обернуть все это в более-менее мирное русло.
- Убили? – Тоном, полным сострадания и печали, переспросила барышня. - Надеюсь, он недолго мучился? Каким бы плохим он не был… Человеческая жизнь – ценнейшее сокровище…
Лотти, задумчиво отведя взгляд в сторону, покачала головой, тем самым словно бы выражая свое участие и крайнюю степень озабоченности в том, что где-то на другом конце света пал неизвестный ей боец.
- Не припомню, чтобы слышала о таком, - отвечая на безмолвный вопрос, вновь устремила взор свой к Аластору.
Чудесное упущение системы правосудия предоставлять обвиняемому все виды защиты, не запрещенные законом. За вранье можно покарать свидетелей, истцов и других участников процесса, но только не тех, кто защищается. И пока это допустимо, Шарлотта не собирается упускать шанс. И пусть самый умный инспектор попробует обернуть это против неё.
- Если у вас нет ко мне вопросов и предложений, позволите идти, офицер? С удовольствием бы посидела с вами ещё, но сегодня был чертовски тяжелый день. Так что, надеюсь, вы на меня не обижаетесь. А выпить вина и потанцевать я не прочь в другой день.
Она игриво подмигнула, уже развернувшись вполоборота, словно демонстрируя, что уйдет вне зависимости от ответа полицейского. Ну а что касается танцев… Шарлотта Роксфорд с ним ещё станцует.

0

18

Спектакль подошел к концу, но, увы, бурных оваций не вызвал. Да, реакция была, но не такая, какую ожидал мистер Кроуфорд.  Чуть позже он еще раз проанализирует все это представление, прокрутит в голове диалоги, постарается найти все ошибки, изучить бреши в сценарии, а пока надо с честью уйти со сцены. Конечно, как режиссер и актер, Ал чувствовал некое разочарование, но никак это не показывал. На губах полицая висела такая же вежливая улыбка. Как-никак, но инспектор ощущал и удовлетворение - главная цель была достигнута. Это Аластор прочитал на лице Шарлотты. Расширившиеся зрачки, дернувшиеся мышцы лица, непроизвольно приоткрывшийся рот - выражение удивления с оттенком ужаса. Кроуфорд не был доктором Лайтманом, не заснял это на камеру, не может никак использовать, но он доволен. Страх в глазах блондинки, который Аластор не пропустил, подтверждал догадки инспектора. И Шарлотта это тоже знает. Знает, что совершила первый прокол за весь вечер. Разве это не успех для дебютного спектакля?
— Мучился? - Кроуфорд сделал вид, что задумался. - Он истек кровью в машине медиков, на пути в больницу. Так что не очень долго.
Разумеется, Аластор постарался изучить все документы, которые смог заполучить и которые ему выдали. Благо, американские коллеги были щедры на информацию, причем, черт знает, по какой причине. Лишь бы не потребовали как-нибудь потом ответную помощь, а то ведь операции США на территории Англии всегда отличаются шумом и лишними трупами. Ладно, вернемся к нашим баранам... Джеймс Адамс схватил несколько пуль, которые не повредили жизненно-важные органы, но вызвали обильное внутреннее кровотечение. Шансов на выживание у него совершенно не было. Удивительно, что он вообще продержался до приезда врачей.
— Да, конечно, я ведь уговорил Вас лишь на один танец, - Аластор улыбается еще шире, проводя рукой по волосам. - Но я провожу Вас хотя бы до выхода, мисс Роксфорд.
Удерживать Шарлотту не было никакого смысла - упрямая мадама все равно уйдет. Вот только Кроуфорд успеет еще немного помозолить ей глаза. Вдруг его коллеги успеют "расколоть" мистера Рейли, пока полицейский не распрощался с блондинкой. К слову, счет за еду был заранее оплачен кредиткой Аластора. Причем сумму он внес такую, что мог бы захватить еще минимум одну бутылку хорошего вина себе домой.
— Мисс Роксфорд, надеюсь, я не сильно Вас вымотал? Вы мне очень помогли сегодня, - сказал Ал, когда они подходили к выходу. Портье вынес из гардероба пальто Шарлотты, которое Аластор, как истинный джентльмен, помог надеть.
— Еще раз благодарю за вечер, Шарлотта, - сказал Кроуфорд уже в след Шарли, которая быстро посеменила в сторону дороги, желая поймать кеб.
Надо же, сегодня она приехала не на собственной спортивной машине, а ведь  средство передвижение имелось в наличии. Ухмыльнувшись, Аластор развернулся и пошел в другую сторону - к своему дому. Идти было не так долго, чтобы тратиться на такси, тем более что инспектору надо было многое обдумать, а свежий воздух стимулировал мышление. Накинув на голову капюшон своей куртки, Аластор завернул за поворот, окончательно выходя из зоны обзора мисс Роксфорд, если она вдруг на него смотрит. А если очень повезет, то уже сегодня его будет ждать отчет.
***
Кроуфорд подкидывает небольшой резиновый мячик, ловит, затем сжимая его. Все получилось намного забавнее, чем Аластор ожидал. Откидываясь в своем рабочем кресле, мужчина чуть ли не закидывает ноги на стол. Пародировать доктора Хауса ему не хотелось, но эти чертовы мячи на самом деле помогали. Как инспектор и ожидал - отчет лежал в его кабинете еще с прошлого вечера. Вот только документ оказался намного больше, чем Ал думал. Мистер Рейли, несмотря на свою кажущуюся незначительность, оказался просто кладезем информации. Стоило только рассказать, какой срок ему грозит за все его преступления, Агнус начал умолять о помиловании и с чистой совестью поведал все, что знал, товарищам полицейским. А для того, чтобы уменьшить наказание, он пообещал дать номера парочки своих "друзей", которые знают о мисс Роксфорд еще больше, чем сам Рейли. "Фантастика", - думает Аластор, подкидывая мяч в воздух. Поймав, мужчина кладет его на стол, а затем еще раз перечитывает отчет. Шарлотта Роксфорд оказалась еще более крупной шишкой, чем подозревал старший инспектор. Фронт работ постепенно намечался: найти как можно больше информации о том, чем же занимается Шарли, кто ей помогает и на кого она работает. Назначить слежку, найти приближенных, а затем засадить ее по нескольким статьям. Для этой работы ему потребуется парочка человек, который сейчас более ли менее свободны и которым Кроуфорд может доверять. Полицейский возвращается в сидячее положение, открывает свой кожаный блокнот, находит чистую страницу, а затем начинает переписывать туда самое важное, что он нашел в отчете с допроса мистера Агнуса Рейли.

+1


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » 24.09.2011 - Cheating with you