« — На самом деле мне очень не хватает семьи, — сказала Эвр на десятой минуте беседы с той толикой безразличия, которая позволила бы человеку понимающему внутренне воскликнуть «Аааа!! Она говорит что ей не хватает семьи, но на самом деле причина конечно не в этом. Но она слишком умна, чтобы скрывать истинные причины таким явным способом, и конечно предположит что именно так я и подумаю, а если так, то надо подумать иначе… Значит. Эврика! Ей не хватает семьи!».
"The five-minute rule", Eurus Holmes



Sherlock. Come and play

Объявление

Уважаемые гости и участники. В связи с загруженностью АМС игра уходит на хиатус до начала 2018-го года. Благодарим за понимание!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » Vanish into thin air


Vanish into thin air

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

Время и место: 07.08.2010, локации меняются.
Участники: Sherlock Holmes, John Watson, Зонтик! NPS
Краткое описание: Рано или поздно, тут или где-нибудь еще, но все находит свой конец. Ничто не может длиться абсолютную вечность: не важно, об авторитете речь, о жизни или о терпении. Заканчиваются, казалось бы, вечные вещи. Заканчиваются влюбленные взгляды, декабрьские холода, старая дружба, сигареты, кофе в чашке, летние каникулы в школе, детство, юность, долги по кредитам, вера. Все встречает свое окончание. Здесь и сейчас же непогрешимость Великого детектива в чужих глазах находит свою идеальную, почти бесценную смерть.

0

2

Миссис Филимор сидела на диване и заламывала руки. Ватсон видел, что она очень чем-то обеспокоена, скорее, даже чувствовал это беспокойство на себе, физически. Она беспокоилась, доктор беспокоился из-за нее; впрочем, она пребывала в таком де состоянии, как и все те, кто когда-либо приходил сюда, на Бейкер-стрит: у Шерлока не было много посетителей среди товарищей (они вообще были?). Единственными, кроме жителей этой квартиры, кто пересекал порог дома с намерением увидеть Холмса, были его клиенты.
И это, определенно, был именно тот случай.
Джон не обладал абсолютной логикой. Но он хорошо чувствовал людей. И сейчас, оставшись наедине с этой несчастной и чем-то сильно подавленной дамой средних лет, он в полной мере чувствовал не только ее обеспокоенность, но и все то всепоглощающее нетерпение, которое она испытывала, то и дело поглядывая на часы: то на настенные, то на свои, наручные. Это был первый раз, когда доктор оставался с «клиентом» Холмса наедине. Данный факт подстегивал к волнению.
Дама в синем брючном костюме пробыла здесь не больше получаса. За это время доктор уже оставил попытки ее разговорить: миссис Филимор не сказала ему ничего, кроме своего имени и того, к кому она пришла. Все остальные выводы проистекали из наблюдений – и дальше наблюдений не шли.
Не отказавшись, впрочем, от чая, она настояла, что дело срочное, и осталась в гостиной, где сейчас сидела, потирая тонкие и некогда по-молодому изящные пальцы ладонью. Перед ней стояла нетронутая чашка чая, уже давно остывшего и подернувшегося тонкой матовой пленкой. Чай олицетворял все то время, что они тут сидели, оба напряженные, как две струны.
Джон расположился напротив нее, в кресле, и делал вид, что не нервничает вместе с женщиной, которая была всего лет на семь старше него. Для того, чтобы создавать иллюзию спокойствия и бытовой уравновешенности, у него на коленях лежала утренняя газета, нетронутая, а сам он держал в руках чашку с остывшим чаем. Тоже нетронутым.
Доктор успел позвонить своему сожителю уже раза два. И как минимум трижды набрать сообщение. Но набрать – это еще не отправить. Оно ушло в сотовые дали только один раз. И то, буквально минут пятнадцать назад.
Где бы ни был Шерлок, его телефон или не работает, или игнорируется. Что из этого – не важно. В любом случае, Джон не имел никакого понятия о том, как ускорить возвращение «великого детектива» домой.
А потому его сожителю сейчас приходилось сидеть здесь, в позе фиванского сфинкса, и задавать себе загадки. Две из которых превалировали, обернувшись вечными вопросами, и почти не имели никакого предположительного ответа: где Шерлок и когда же он, черт его возьми, вернется!
Ватсон был не единственным, кто, очевидно, волновался по этому поводу. Миндалевидные глаза женщины то и дело закрывались на несколько секунд, будто бы она отсчитывала драгоценные секунды про себя. Потом они вдруг открывались, вместе с аккуратным ртом, производился вздох, больше похожий на прочистку варильных мехов. При этом плечи ее крупно содрогались, но самообладание все-таки брало верх.
По-английски поджав губы в молчаливой решительности, она с укором смотрела на растерянного Джона, молча призывая его перестать накалять ситуацию  и без того не особенно для них обоих приятную. Тогда доктор Ватсон столь же решительно упирался взглядом в первую полосу утренней “Times”. Первая полоса кричала о сносе какого-то собора,  и это было совершенно не важно. Рано или поздно его взгляд все равно обращался к экрану мобильного телефона, он ждал звонка, сообщения, всего, чего угодно.
Сегодня талант успокоения кого бы то ни было почему-то не работал. Нужен был спасательный круг, все, что угодно. Пинта хорошего пива, клоун в полосатых штанах, удар головой об косяк, Шерлок, в конце-то концов!

+3

3

Неделя выдалась так себе. Если бы Шерлок вел (не очень-то полезный, ладно, просто бесполезный) блог (как Джон), а не сайт (со стоящими внимания статьями и монографиями), то, наверняка бы этот блог был похож на описание жизнедеятельности камня в каком-нибудь английском лесу.

Понедельник, дождь, сыро, атмосферное давление пониженное. Туман. Немного промок. Ничего не происходит.
Вторник, все еще сыро, но дождя уже нет. Тумана тоже. Ощущение влаги по-прежнему присутствует. Ничего не происходит.

...
Пятница. Солнечно. Сухо. Ничего не происходит.

Обычно по пятницам Джон работал в утреннюю смену (чтобы вечером пойти со своими приятелями, сослуживцами, однокашниками - откуда он вообще знает такую кучу народу в Лондоне, если большинство времени, отведенное на установление социальных контактов провел в редутах Афганистана?), но сегодня ему нашелся подменный (скорее всего, семейный человек и отец, которому нужны дополнительные деньги, поэтому что через несколько недель первое сентября - вряд ли бы Джон доверил свое место какому-нибудь юному практиканту, его уровень ответственности превышает средний), поэтому он остался на Бейкер-стрит, предупредив, что собрался как следует выспаться (будет сидеть в пабе до поздней ночи). Как вообще можно наспаться впрок? При должной концентрации алкоголя в крови и благодаря биологическим часам, Джон все равно начнет клевать носом примерно... примерно в половине третьего ночи.

Молли. Написала сообщение - привезли труп (мужчины), смерть наступила по относительно естественным причинам, хотя при жизни покойный страдал болезнью Паркинсона в третьей стадии (все еще был способен к самообслуживанию, но сильный тремор конечностей и обездвиженность некоторых суставов способствовали продолжению развития болезни), а Шерлок как раз затеял эксперимент, который давно откладывал: проверить, возможно ли на время восстановить хотя бы малую толику только-только пораженной нервной ткани при помощи некоторых (неразрешенных) органических веществ. Проще говоря, сможет ли человек с поражениями моторной системы при помощи определенных стимулирующих препаратов ненадолго овладеть своим организмом в полной мере? Тогда бы он смог раскрыть дело столетней давности. Старик, прикованный к креслу прогрессирующей болезнью Паркинсона (тогда она еще называлась "дрожательный паралич" сначала обвинялся в убийстве сиделки (удар тяжелым предметом по темени), но после суд перевел его из подозреваемых в свидетели, поскольку было сказано, что он почти не мог сознательно управлять верхними конечностями.
Следователями было отмечено, что перед убийством сиделка приготовила хозяину весьма крепкий кофе. Кофеин, как и никотин, провоцирует выброс адреналина. Могло ли это помочь подозреваемому поднять часы со столика и одним ударом обрушить их на наклонившуюся сиделку? Мотив понятен не до конца. С чего бы вдруг убивать единственного человека, способного о тебе позаботится? Эксперимент должен был многое прояснить. Правда, проводить вскрытие Молли отказалась (почему?). Придется самому.

Погода стояла прекрасная для августа, и для Лондона вообще. Солнце медленно жарило спину (пиджак нагрелся, несмотря на хлопковую ткань), люди высыпали на улице, как будто только и ждали сигнала от светила. Очевидно, всем есть дело до того, что происходит в космическом пространстве. Почему? То, что они знают, никак не поможет им повлиять на погоду, на атмосферное давление, на осадки, ну и так далее. Жарко.

Зайдя в дом, Шерлок отчетливо почувствовал ее. Точнее, его: запах. Достаточно дорогих женских духов, флер легкий (успели выветриться после того, как их нанесли). Без сомнения, сейчас на Бейкер-стрит, 221b есть женщина (не миссис Хадсон), с доходом выше среднего и среднего возраста (аромат больше подходит мадам, а не мадемуазель), которая не скрывает ни первый, ни второй факт. Женщина, с достоинством носящая свои года и (свои? чужие?) деньги.
Кто она? Подружка Джона? Вряд ли. Они не могли познакомиться: Джон работает в самой дешевой частной клинике округа, ходит в самый обычный сетевой супермаркет за молоком (хлебом, джемом, солью и макаронами), пабы предпочитает недорогие, с напитками, которые доступны его кошельку. Эта женщина не его круга, и он, скорее всего, не спускался, чтобы ее встретить.
Знакомая миссис Хадсон? Что она делает у Джона? Что тогда делает внизу миссис Хадсон (моет плиту)?
...О! О! Это клиент! Клиентка!
Шерлок быстро поднялся по лестнице наверх, чуть не выронив контейнеры с нервными волокнами, бережно позаимствованными у мужчины по имени Ховард Мюррей.
- Добрый день, - Шерлок кивнул гостье и отложил контейнеры на журнальный столик, прежде чем опустился в свое кресло. - Меня зовут Шерлок Холмс, а это мой друг и коллега, доктор Джон Ватсон, хотя, я полагаю, вы уже знакомы, и знаете, к кому и с какой целью пришли. Мы, - Шерлок воодушевленно обвел взглядом и женщину, и Джона, и комнату, и череп, и вообще, с этого момента ему стало нравится абсолютно все (даже то, что в течение ближайших сорока минут растаят ткани мистера Мюррея, которые он охладил в сухой морозильной камере, чтобы не дать умереть клеткам), - вас внимательно слушаем.

Отредактировано Sherlock Holmes (2015-03-07 01:41:38)

+1

4

прошу прощения за задержку

Когда твоя жизнь так хороша, как только могла бы быть, ты наслаждаешься каждым моментом, но изредка просыпаешься в холодном поту, когда снится, что все может измениться в один миг. Когда осознание хрупкости благополучия перекрывается уверенностью в завтрашнем дне, ведь ты обезопасил себя и свое счастье, ты наконец понимаешь, что такое жизнь и почему же на самом деле она прекрасна и удивительна. Когда эта защищенная, кажется, всеми возможными способами жизнь все-таки рушится, ты настолько к этому не готов, что не веришь, не понимаешь и не принимаешь. Когда понимаешь, что твой мир разрушен, но чужие - детей и близких - ты еще можешь сохранить, ты заставляешь себя поверить и дейстовать.
Именно поэтому миссис Филлимор после пропажи мужа не верила до последнего, что все образуется само по себе, не плакала в подушку в кабинете психолога, не выпала из реальности и не стала овощеподобным прямоходящим, тенью самой себя, а сидела в комнате на 221Б по Бейкер стрит и считала про себя, чтобы скоротать часы ожидания. На публике привычка держать маску помогала не поддаться чувствам, сейчас же, наедине с помощником детектива, Мерилин едва сдерживалась, чтобы не вскочить с дивана и не начать бродить по комнате, говорить самой с собой или нервно рвать ткань платка. Что поделать, привычка к постоянному присутствию в жизни дворецкого, водителя, экономки или охраны не позволяла её нервной системе реагировать на мистера Ватсона как на опасного её репутации человека. А может, дело было в самом Джоне - враче по профессии и соучастию_и_человечности дуэта "Шерлок Холмс и доктор Ватсон" по призванию. Он располагал к доверию, и сейчас Мерилин тихо проклинала эту его прекрасную, в общем-то, черту. Доктор периодически ловил её взгляды и спешно утыкался в газету. И снова все начиналось сначала: хотелось действовать, не контролировать себя так хорошо, как следовало бы, и миссис Филлимор начинала считать. Элементы узора на обоях - сорок три в ряд, если не поворачивать головы. Книги и газеты на столе - восемнадцать и еще около пяти полностью погребены под другими. Звон посуды из кухни - три, четыре раза переставила миссис Хадсон сковородки с одной электроплитки на другую . Взгляд Джона, который он спешил отвести - кажется, это уже восьмой круг. Стук закрывающейся за вошедшим двери - впервые после её прихода. Судя по тому, как оживился Джон - конец их мучительному ожиданию, да здравствует все же вернувшийся Шерлок Холмс. Топот - детектив поднимается вверх по лестнице, пять, шесть, да не важно, он здесь.
Усилием воли Мерилин подавила желание вывалить свои историю несвязным комком страхов и эмоций. Ей уже не один раз пришлось пересказать события трехдневной давности, поэтому женщина позволила себе неслышный вздох и начала рассказ.
- Меня зовут Мерилин Филлимор. Мой супруг, Джеймс Мартин Филлимор, пропал три дня назад.
О Шерлоке Холмсе говорили как о человеке крайне эксцентричном, и женщина не знала, какие именно детали могут интересовать мастера дедукции, но слишком долго она ждала в этой комнате, чтобы сейчас дожидаться вопросов. Да и сколько раз уже ей задавали все эти вопросы - в Ярде, коллеги, друзья. Да и немного она могла рассказать.
- У мужа был выходной, и мы решили вместе с детьми провести день в зоопарке. Было достаточно тепло, и мы отпустили водителя и собирались пройтись пешком, но погода резко испортилась. Чтобы дети не заболели, Джеймс решил вернуться за зонтиками и плащами, - Мерилин перевела дух, заново переживая минуты ожидания, информация о которых детективу явно не поможет, - и не вернулся. Наша экономка разминулась с ним в дверях, он вошел, она дошла до автобусной остановки напротив дома и долго ждала нужный. Она не видела, как он выходил из дома. И, - воспоминания об удивлении на лице миссис Дрейк, когда Мерилин с сыновьями и дочерью вернулась и стала звать супруга, нахлынули волной, и миссис Филлимор закончила тихим и вовсе не таким твердым, как раньше, голосом. - И никто не видел.
Женщина сделала паузу, собираясь с мыслями. Да, вот так все и было. Больше она ничего не знала. Что тут добавить? Разве что отмести самые банальные и нелепые версии, которыми засыпали их инспекторы Скотланд-Ярда.
- В доме нет запасных выходов, больные колени мужа не позволили бы ему выбраться через окно. Мы обыскали весь дом, я знаю каждый его угол, мы сами его строили. Зонтики, которые он должен был взять, лежали на своих местах.
Что добавить еще? Мерилин не знала, а потому перевела взгляд на детектива, тщась прочитать на его лице, что он обо всем этом думает. Она иссякла и вдруг почувствовала дикую усталость. Конечно, она все еще была готова отвечать на все вопросы Шерлока Холмса, но рассказывать ей было больше нечего.

+1

5

Джон, все это время с таким отчаянием изображавший спокойствие, тут же встрепенулся, как только внизу хлопнула дверь.
Не нужно быть гением, обладать дедукцией или безупречной логикой, чтобы понять: это Шерлок. Это он вторгся в это царство вечного молчаливого мрака, где, однако, светит яркое солнце, возникшее на пустом месте, – впрочем, и оно не способно ни на минуту рассеять эту катастрофическую пленку неловкости, которой уже покрылся чай в чашке Ватсона и которой уже заволокло его глаза.
Шерлок – как маленький вихрь. Даже отсюда, из кресла, уже можно быть обожженным яркой вспышкой его вдохновения. Чем оно вызвано? Клиенткой или странными контейнерами, которые он принес для очередного эксперимента? Тем и другим?
Джон ловит себя на том, что хватается за любую мысль, не связанную с элегантной миссис Филлимор с благодарностью. Сегодня – довольно странный день. Он не смог проявить соболезнование этой женщине – потому даже не смог, по большой такой совести, найти в себе силы спросить у нее, что случилось.
Но с появлением Холмса весь доктор как-то меняется в лице, он складывает газету вдвое и кладет ее на столик рядом с собой, ставит сверху чашку холодного чая.
Даже спина его, только что сгорбленная, выпрямляется совершенно рефлекторно. Да, конечно, его сосед социопат, с высокой колокольни плевавший на большинство привычных ценностей обыкновенных ничем не примечательных людей вроде Джона Хэмиша Ватсона, работающего за копейки в обыкновенном госпитале (стоит вспомнить только прошлое Рождество, и больше никаких доказательств не потребуется), но сейчас с ним в разы спокойнее.
Будто бы это у Ватсона крупные проблемы в коммуникации с людьми – и он пытается цепляться в этом за своего корректолога.
И все-таки сейчас Холмс не «та» фигура. Взгляд терапевта бюджетной клиники перемещается от детектива, к его клиентке и обратно.
- Но не мог же он просто… - начинает было Джон. Но вспоминает, вовремя, о вполне адекватном понятии «глупость», и предпочитает замолчать – раньше, чем ему скажет об этом Шерлок.
Доктор взглядом просит прощения у сложенной вчетверо Times. Times ожидаемо молчит – ну, а что ей, собственно, говорить, придавленной грузом безнадежно остывшего чая? Сейчас, кроме своих заголовков, она совершенно ничего не может.
Джон, как и миссис Филлимор, пытается прочесть что-нибудь в лице единственного в этой комнате, кто может – Ватсон уверен – помочь отыскать без вести пропавшего семьянина. 
- Испариться, – вдруг добавляет он, будто бы паузы, повисшей в воздухе, и так было недостаточно.
Доктор смешно и неловко прокашливается в свой кулак, обозначая хотя бы для себя: тут он закончил. И все же.
Куда делся мистер Филлимор?
Этот вопрос вдруг становится очень важным – Джон ощущает это физически. В нем всегда просыпается это необыкновенное чувство, как только у Холмса появляется новое дело. Чувство, которое он вынужден был оставить в «мирной жизни», похоронить его под грудой воспоминаний. Интерес. Азарт. Желание ускорить развязку и узнать ответ на сложнейшую головоломку. В такие моменты  проснувшееся в докторе чувство пробуждает в нем настоящего ребенка у первого в жизни калейдоскопа. 
И вот оно, всегда совершенно внезапно возвращавшееся, вернулось снова. Это было, на самом деле, ни с чем несравнимо. Сидя в слегка запыленном кресле со светлой обивкой, Ватсон почувствовал саму жизнь, что дышала ему в лицо перед перспективой снова стать свидетелем реализации потенциала его гениального товарища.
И все же Ватсон попытался это скрыть – потому, что это невежливо – торопить события, не проникаясь человеческим горем по-настоящему. И все-таки сегодняшний терапевт их торопит. Скрывает это под нахмуренными бровями, глубокими складками морщин на лбу, рукой у лица и общей позой, выражающей поддельную обеспокоенную заинтересованность.

+2

6

Шерлок чуть не взвыл от досады, когда клиентка представилась и сообщила о проблеме в двух словах. Он ожидал как минимум мирового заговора с участием нескольких радикальных группировок, ну или хотя бы интересную историю убийства, а оказалось, что мадам просто потеряла своего мужа. Черт возьми, это даже не тянет на тройку по шкале сложности дел! С ним может справится и Андерсон, хотя у него времени это займет в десять раз больше, чем у Шерлока.
Он усилием воли заставил себя не махнуть рукой на посетительницу и пойти убирать препараты из кожи мистера Мюррея в холодильник. В морозильной камере как раз освободилось место, когда пришлось выкинуть печень: Джон был (очень) недоволен (он купил стейк на ужин, и ему не было места), поэтому пришлось переложить ее на полки для продуктов, отчего она быстро растаяла, а повторная заморозка убила все необходимые бактерии, ради которых, собственно, Шерлок ее и брал. Однако, нетерпение всецело отразилось на его лице. Он сквасил унылую мину, от скуки успевая выяснить, что Джону рядом с клиенткой некомфортно (придает большое значение ее социальному статусу), и поэтому (чрезмерное) привычное сочувствие, кое он обычно выказывал всем (входящим в тип, привлекательных ему женщин) представительницам противоположного пола, появляющимся на пороге, отсутствует. Тем не менее, чашку чая он ей все-таки предложил, но она не тронула ее - что это? Волнение? Пренебрежение? Недоверие? В любом случае, Джону некомфортно, Шерлоку неинтересно - целых два повода бросить это дело.
Но неожиданно рассказ повернулся в другую сторону, и Холмс почувствовал легкий укол вины: он чуть не отказался от того, что обещало быть таким увлекательным. Кожа мистера Мюррея обречена была на таяние.
Миссис Филлимор достаточно подробно описала все события того дня. Получается, ее муж исчез в течение пяти-семи минут, исчез бесследно, а вокруг было достаточное количество свидетелей, которые, непременно, услышали бы выстрел или увидели бы машину (или любой другой транспорт), который призвал был бы похитить мистера Филлимора.
Джон теперь выглядел заинтригованным. Он весь подался вперед, будто боясь упустить любую крошечную деталь рассказа, нахмурился и чуть склонил голову к левому плечу, придерживая ее рукой. Даже допустил себе комментарий, но почему-то оборвал его на середине, продолжив только несколько секунд спустя (смущен, кашляет в кулак).
- Мне известны только два вида препаратов, которые могут сотворить нечто подобное испарению, но обычно их применяют на уже умерщвленных телах, - задумчиво произнес Шерлок, складывая ладони в молебном жесте и поднося их ко рту так, что кончики указательных пальцев касались нижней губы, - к тому же, у них есть побочные эффекты в виде стойкого запаха, от которого не так просто избавиться даже с применением химически активных соединений хлора, - он говорил увлеченно, не видя, как побледнела миссис Филлимор от мысли, что ее мужа могли растворить, как сахар в кипятке,  - но для того, чтобы это произошло, надо иметь труп, поэтому Джон прав, ваш муж не мог испариться в воздухе, - вынес свой вердикт Шерлок, игнорируя чуть слышный вздох облегчения, - по крайней мере, - безжалостно продолжил детектив, - он не мог этого сделать в момент своего исчезновения и на том месте, которое вы описали.
Шерлок не знал, мертв ли муж миссис Филлимор или нет. Его могли похитить и убить конкуренты, он мог сбежать сам от этой иллюзорной счастливой жизни правоверной британской семьи, которая имеет личного водителя и водит детей в зоопарк по выходным дням - он не мог ни обнадежить посетительницу, ни толком расстроить. Разве что как следует напугал, чего, разумеется, не заметил. Он ведь правду сказал.
- Миссис Филлимор, - Холмс знал, что Джон включится в расследование, и запишет все детали в свою маленькую записную книжку, поэтому не попытался зафиксировать ничего из того, что она ему сообщит, - расскажите, кем работал ваш муж? Место работы, должность, наличие конкурентов по службе, если вам о них известно. С кем из коллег он поддерживал близкие отношения вне работы? Знали вы кого-либо лично? В последнее время он не жаловался на что-то по этому поводу?
Немного подумав, он добавил:
-  У вашего мужа есть личный секретарь? Не замечали ли вы, что он тратит больше денег, чем обычно, если имеете доступ к его личным счетам? Как часто ваш муж задерживался на работе перед днем своего исчезновения? Скандалы, ссоры - что-нибудь?
Скорее всего, Джон скажет потом, что это некорректно - так вмешиваться в интимные дела клиента. Но Шерлоку все чаще приходило на ум, что мистер Филлимор, обладая достаточными средствами, но недостаточным поводом покинуть свою слишком идеальную жену и чудо-детей, просто сбежал с любовницей на континент, посчитав, что развод ему принесет больше убытка, чем мнимое "овдовение" его супруги.

+1

7

Опустошение.
Все закономерно. Мир непрерывен, каждый природный процесс - тоже, но когда его столпы начинают шататься и рушиться, появляются трещины, а за ними - дискретность. Вот сейчас у тебя есть силы бороться, идти, что-то говорить, делать, жить, а в следующий миг перед тобой снова пустота, и ты существуешь. Обыскать дом и ничего не найти. Прийти в Скотланд Ярд и увидеть кучку идиотов. Найти Шерлока Холмса и ждать его вердикта.
Стряхнуть оцепенение, не скатываться к существованию.
Не убить доктора Watson'а в порыве разочарования в роде человеческом.
На самом деле, Мерилин была очень спокойной и миролюбивой женщиной, и только поэтому сейчас не нашла выхода своему мрачному порыву, просто не сумел перегруженный мозг подобрать наиболее эффективную реализацию. Поэтому она никак не отреагировала на слова доктора Watson'а.
Ждать.
Пока Шерлок Холмс проанализирует её слова и начнет говорить, да так, что если доктор Watson вызывал сожаления о том, что Мерилилн решила потратить на них время, то детектив повергал в глубокий шок (благо, миссис Филлимор и без того в эти дни была к такому состоянию близка, так что никаких критических изменений в сознании не произошло, оно даже не отключилось). Женщина просто смотрела на детектива (все так же, во все глаза), бледнела, забывала дышать и ждала, ждала. Внутренняя система контроля требовала бы начать считать, но слетела к чертям и теперь только трепыхалась. Достаточно жалкое зрелище, должно быть, представляла собой в эти минуты миссис Филлимор.
Женщина не пыталась анализировать логику детектива, поэтому и успокоиться чем-то вроде "он начал с худшего и отвергает самые злосчастные финалы" не могла. Что же, минус одна фальшивая иллюзия, традиционно посещающая клиентов Шерлока Холмса, не сделала Мерилин чести. Этого даже никто не заметил, ведь смотрели вовсе не на неё. Детектив пребывал в своих размышлениях, а на Джона все еще не смотрела сама Мерилин. Просто не могла отвести взгляд, снова подчинить себе свое тело. Так и застыла, прислушиваясь к каждому слову, вспоминая о дыхании в моменты облегчения, любезно подаренные детективом.
А потом детектив начал задавать вопросы, и контролировать тело все же пришлось. Все еще сидя с неестественно прямой спиной, миссис Филлимор пыталась запомнить всё, о чем спрашивал мистер Холмс. Пауз для ответов он не делал, но, к счастью и одновременно неудовольствию женщины, вопросы его были достаточно банальны и логически связаны. Запомнить, о чем следует говорить, было несложно, отвечать - совершенно неинтересно, потому что ну кто бы об этом не спросил. Даже в Ярде записали координаты всех партнеров, сотрудников, друзей и домашних слуг. Хотя там глупых вопросов вроде "кем работает муж" не задавали.
- Джеймс работал, - женщина повторила за детективом глагол в прошедшем времени и чуть не подавилась воздухом, когда окончание прозвучало из её уст. Справившись голосом, она продолжила: "Джеймс Мартин Филлимор является владельцем и одновременно главным менеджером компании "British Airlines". Совет директоров всегда относился к нему благосклонно и с неизменным уважением, - чем дальше, тем крепче звучал голос Мерилин, гордость за мужа и привычные слова о нем придавали сил, - так как он достойно продолжает дело отца и всегда ведет дела честно. В мире много авиакомпаний, но столь крупные не конкурируют между собой, а разделяют сферы влияния. Это здоровый рынок, и никаких прецедентов уже много лет не возникало. Совет директоров существует в своем настоящем составе девять лет, всего директоров шестеро. С семьями всех мы в близких дружеских отношениях".
Мерилин перевела дыхание, вспоминая, что еще хотел знать детектив.
- До начала этого года я и была его личным секретарем, поэтому знаю, о чем говорю. Сейчас эту должность занимает старший сын одного из директоров. Муж взял его на службу не по протекции отца юноши, а за дело. Том исполнителен, ответственнен, честен и, разумеется, заинтересован в процветании компании. К его счетам доступа у меня нет.
А вот вопросы о ссорах и задержках с работы добавили голосу Мерилин ноту раздражения. Она привыкла к вмешательству в личную жизнь и даже была к ней готова, умом, наверное, даже понимала, что вопросы эти детективу задать необходимо, но разве она не рассказала бы об этом, если бы было, что говорить?
- Муж не всегда возвращается из офиса после окончания рабочего дня. Он главный менеджер, работает, пока нужен в офисе. Не сгорает на службе, но вполне может задержаться. Он никогда не забывает позвонить и предупредить. И с последней нашей серьезной ссоры прошло больше лет, чем наша младшая дочь живет на свете.

Отредактировано NPC (2015-07-07 00:38:27)

+3

8

Вопреки опасениям Джона, Шерлок не убил его за бредовое предположение. Он даже не окинул напарника презрительным взглядом, какой всегда был у детектива в запасе на случай очередной несусветной глупости со стороны несовершенного мира. Напротив, Холмс принял слова доктора во внимание и даже потратил несколько минут драгоценного времени своей жизни, опровергая безумную, как теперь казалось самому Джону, теорию. Да даже не теорию, просто фразу, вряд ли несущую какую-то смысловую наполненность кроме выражения недоумения.
Пока Шерлок говорил, Ватсон все же осмелился перевести взгляд на клиентку. Цвет лица миссис Филлимор был близок к тому, что бы конкурировать с белизной холодильника. Джон перевел умоляющий взгляд на детектива. Ему казалось, будто мысли в голове стали такими громкими, что удивительно, как это присутствующие в комнате не слышат их, и почему это Шерлок до сих пор не закончил терзать и без того уже потрепанные нервы клиентки. Впрочем, такое ощущение возникало довольно частно, но Холмс, вопреки ожиданиям, всегда доводил убийственную речь до конца.
Когда женщина уже, казалось, была готова исчезнуть совсем, слившись с комнатой (ибо последние пять минут она не произвела ни звука, даже, кажется, не дышала), Шерлок наконец прекратил издеваться над клиенткой и умолк. Но своей речью он не прояснил ничего, ну совсем ничегошеньки. Он не представил завороженным слушателям пятнадцать версий того, что могло произойти с господином Филлимором, в процессе речи опровергая половину своих же догадок, не углубился в описание жизни своей клиентки в течение последних двух часов, поражая ее гениальными дедуктивными способностями...
Он только опроверг и без того безумное предположение Джона. И не высказал ни одного нового. Врач почти томится в нетерпении, ожидая получить разгадку. Куда же все-таки исчез мистер Филлимор?
Однако Шерлок не спешит давать ответ. Впрочем, возможно, ему просто не хватает фактов? Да, так оно и есть, детектив спрашивает. Ему самому не терпится, поэтому он буквально забрасывает по-прежнему ошеломленную женщину вопросами. На лице миссис Филлимор начинают жить эмоции, она перестает производить впечатление застывшего ужаса, у которого глаза - единственный живой орган.
Холмс, как всегда, не предпринимает никаких попыток записать информацию, целиком полагаясь на свой безотказный жесткий диск. И на блогера. Поэтому Джон извлекает из внутреннего кармана небольшой блокнот, из другого кармана - ручку, и слушает.
Слушать - пожалуй, самая важная часть его работы, и той, и другой. Не выслушавв, не поставишь диагноз - а ведь слово сыщика - почти как диагноз: можно обнадёжить человека, пообещать найти преступника, а можно сразу утвердить, что жертва мертва и искать ее бесполезно, можно обнаружить лишь тело. От диагноза зависит и последующее "лечение", но что бы правильно все понять, целиком охватить кратину, нужно иметь ввиду каждую деталь. Диагнозами в этой комнате занимался Шерлок, но ведь и врачу нужен "секретарь". Поэтому Джон подался еще чуть вперед, положив книжку на колено, и слегка кивая на каждое утверждение женщины, произнесенное уверенно и четко, будто вбитое гвоздем. "Пока все гладко..." Проносится в голове мысль, а блокноте появляется лишь название кампании, должность Филлимора и его же фамилия. Пока клинтка рассказывает, в одном из уголков сознания вертится мысль о названии дела. "Исчезнувший муж"?.. "Пропажа миссис Филлимор?.. Последнее, уж совсем нескладное, заставляет доктора чуть улыбнуться. Однако он не теряет нить повествования, улыбка тут же пропадает с лица, когда речь заходит о секретаре, и сменяется сосредоточенным выражением. Ручка выводит тезисы, по которым потом модно будет восстановить слова женщины.
Когда она прекращает говорить, Джон снова переводит взгляд на Шерлока, ожидая вердикта. Теперь все внимание собрано на нем, четыре мары глаз - одни с испугом, другие с азартным нетерпением - прожигают детектива.
- Значит, ваш муж был уважаемым человеком, не имеющим особых конфликтов ни в семье ни на работе. - подытожил врач скорее для себя, стараясь разложить в голове всп описанное женщиной по своим местам, и найти прореха в этом идеальном существовании, ту, что должна была все объяснить, ту ложку дегтя, которая могла заставить человека самому попытаться исчезнуть, или других людей устроить ему это исчезновение.

0

9

Шерлок сомневался во всем, что говорила миссис Филлимор о своем пропавшем муже. Сколько в судебной практике было случаев, когда божьи одуванчики–жены ничего не подозревали о дельцах мужьях. Женщин вообще не принято посвящать в подробности ведения личного дела и финансовых вопросов.
Он уже собирался высказать миссис Филлимор свои подозрения, но наткнулся на недовольно-просящий взгляд Джона, настоятельно рекомендующий замолчать и вспомнить, что обычные люди, приходя сюда, ожидают хотя бы минимального чувства такта. Шерлок пожал плечами и чуть слышно фыркнул: как скажешь, Джон-знаток-человеческой-природы.
— Не слишком высокая должность для сына одного из директоров компании: чей-то мальчик на побегушках, тем более, работает не под началом своего отца, — прокомментировал пояснения женщины Холмс. Он по привычке собирался высказать все свои подозрения на сей счет, но покосился на Джона, потом на мертвенно-бледную клиентку и промолчал. — Благодарим вас за информацию, миссис Филлимор. Этого вполне достаточно. Вы можете идти домой, а мы —Джон Ватсон и я — навестим вас завтра в четыре сорок пять утра.  Пожалуйста, когда вы встанете, не включайте в доме свет и вообще, старайтесь не привлекать внимание к тому, что уже не спите. Вы можете идти. Мой коллега вас проводит.
Шерлок поудобнее устроился в кресле, сложил кончики пальцев вместе, едва прикасаясь ими к губам и принялся сопоставлять факты.
Счастливая семья (или видимость счастливой семьи — миссис Филлимор могла сама убедить себя в том, что у них с мужем нет проблем), престижная работа обоих супругов (но с недавнего времени — только мужа, значит, его социальный статус выше, чем у миссис Филлимор, что дает ему преимущество над ней), трое детей. Финансовая обеспеченность. Не может быть, чтобы у таких идеальных людей не было завистников! Шерлок даже фыркнул: это только в мелодрамах, на которые Джон водит своих подружек, бывают такие семьи.
Джон.
— Я полагаю, что если мистер Филлимор не взял ничего из дома, то рано или поздно он вернется за тем, что ему будет нужно: кредитные карты, наличные. Возможно, что утром он часто находится где-то поблизости от дома, чтобы уловить момент, когда его жена и дети уйдут. Или, если его похитили, за домом может вестись слежка. В любом случае, ранний приход рам будет только на пользу: мы не привлечем внимания посторонних, — Шерлок скривил губы так презрительно, словно весь род людской был ему противен. — Осмотрим место исчезновения мистера Филлимора — так будет понятно, как он мог про... Джон, ты вообще слушаешь меня? Миссис Филлимор, очевидно, слишком глу... — Шерлок вдруг притих, решая смягчить эпитет, которым хотел одарить клиентку, — ...наивна и ненаблюдательна, или чрезмерно доверяет своему мужу, поэтому не замечала, как он готовится к своему исчезновению или как к этому исчезновению готовится кто-то другой. Если это похищение, то за мистером Филлимором должны были следить не только на работе, но и вне ее, раз выбрали для преступления именно это место. Ты же не веришь, что у них такая совершенная семья? Так не бывает, — безапелляционно заявил Холмс. — Или она лжет.

+1

10

Шерлок явно собирался начать длинную тираду, скорее всего, не несущую никакого смысла кроме "вы все смотрите и не видите", или "как вы живете с таким крошечным мозгом". На такие восклицания Джону всегда хотелось ответить "примени дедукцию, и поймешь!". Но в последний момент детектив передумал, за что Ватсон был ему безмерно благодарен. Когда же Шерлок оборвал свою обличительную речь во второй раз, не вывалив на клиентку ворох своих предположений, догадок и логических цепочек, врач не знал, что и думать. "Неужели за последнюю неделю он научился имитировать чувство такта так, что бы другие ничего не замечали?.." Вопреки опасением, Шерлок не испортил впечатления, до последней минуты продолжая играть в "человека". Причем вполне приличного человека. Провожая клиентку до двери и помогая ей надеть пальто, Джон размышлял. Ради чего вдруг он стал так следить за своим словесным потоком? Неужели год увещеваний-таки возымел успех?..
- До свидания, миссис Филлимор. И прошу Вас, не волнуйтесь, мы сделаем все возможное. - почти на автомате проговорил врач, закрывая за женщиной дверь.
Как только Джон вернулся в комнату, Шерлок сразу обрушил на него то, от чего уберег миссис Филлимор. Впрочем, Ватсон ожидал каких либо догадок и предположений со стороны детектива все это время, и теперь его нетерпение достигло предела.
Однако по мере продвижения рассуждений Шерлока, доктор все больше рассредотачивался, ибо ничего нового, никаких умопомрачительных версий и догадок детектив не изрек.
- Я слушаю, но скоро перестану. Не делай из меня совсем уж дурака, Шерлок. Я прекрасно понимаю, зачем нам идти туда рано утром. Меня интересует другое, почему ты так уверен, что Филлимор исчез по своей воле? Ты рассматриваешь этот вариант в первую очередь и более подробно. - ответил он на вопрос, который должен был последовать, слегка подражая манерам самого детектива.
- Я не верю, но не вижу подвоха. - честно ответил доктор, еще раз прокручивая в голове рассказ клиентки - И зачем бы ей лгать нам? - вопрос прозвучал с такой укоризненной интонацией, словно Шерлок заподозрил во лжи всемирно почитаемую святую.
- Может, это как-то связано с отцом его нового секретаря... - скорее самому себе тихо пробормотал Джон, вставая из уже нагретого кресла и направляясь на кухню. Там он поставил чайник, ибо чай, приготовленный им для миссис Филлимор уже давно остыл, и немного повозился с чашками, что позволило ему оправданно задержаться на кухне и несколько минут побыть в одиночестве.
Обычно одиночества искал Шерлок, но сейчас Джон хотел тоже оценить ситуацию, а постоянное бормотание детектива не давало сосредоточиться. Впрочем, это ненадолго. Сейчас он все еще раз обдумает, снова не найдет прорехи в идеальном существовании Филлиморов, загадка останется неразгаданной и доктор снова побежит в гостиную к великому детективу за ответом на блюдечке с золотой каемочкой. Или поможет ему быстро найти этот ответ. Так всегда было.

+2

11

- Людям необязательно лгать, Джон. Им достаточно заблуждаться на чужой счет, оберегая себя от излишних эмоциональных переживаний. Так они видят в своих близких только то, что они хотят видеть, а не то, что есть на самом деле, - поделился мыслями Шерлок, положив руки на подлокотники кресла.
Жена не замечает, как муж стирает тыльной стороной ладони следы ее недавнего поцелуя, будто бы брезгуя ей, стоит ему захлопнуть за собой дверь. Или же отворачивается, когда чувствует ее несвежее дыхание, после утреннего пробуждения в одной постели, размышляя, как выносил это раньше? Торопится уйти, сгладить неловкую ситуацию. «Ты любишь меня» - «конечно, люблю» - отвечает ни секунды не задумываясь, не вкладывая в эту фразу никаких чувств. Просто он ведь должен. Она же его жена.
И в какой-то момент он видит возможность. Как в бизнесе. У замкнутого круга, колеса, по которому он бегал все эти годы, внезапно появляется выход. Он же может все бросить, начать заново. Но как хороший семьянин может прослыть плохим мужем, бросить жену, детей в один миг? Даже мысль об этом может показаться предательством. Что подумают люди?
Тогда возникает идея – исчезнуть. Им ведь будет проще, если он их не бросит, а исчезнет, словно Гарри Гудини из запертого ящика. И будет лучше, если они никогда не узнают, что с ним случилось.
И вот он входит в дом, вернувшись за пресловутым зонтиком. Но вместо того, чтобы взять его и вернуться к родным, он торопится спрятаться там, где его не станут искать. Возможно, это сундук на чердаке, про который никто не подумает, потому что там лежат старые платья тетушки Мардж, давно почившей и предпочитающей ужасно безвкусные наряды, которые и не отдашь никому, даже бесплатно. Он мог заранее убрать все содержимое так, чтобы это не бросалось в глаза. Заберется внутрь и будет ждать, когда близкие начнут его искать. Звать. Дети сначала решат, что это игра такая. Папа спрятался и хочет, чтобы его нашли. Но когда и через пару часов отец не объявится, первые слезы окажутся на идеальном паркете. А мистер Филлимор так и не шелохнется в своем убежище. Он сделал свой жестокий выбор и возвращаться назад слишком поздно, даже если они там внизу плачут и умоляют, вспоминая Бога, не оставляя надежды.
На месте отца семейства, Шерлок, выбравшись при первой же возможности, поспешил бы за границу. Счет был бы уже открыт. Туда откладывались деньги долгие годы. Нет, не на побег, а на тот случай, если в бизнесе дела пошли бы неважно.
Конечно, дело могло быть и не в семье. Не стоило оставлять без внимания сложности на работе, а также другие возможности.
- На самом деле, есть тридцать восемь вариантов, что случилось с мистером Филлимором. Пятнадцать я отбросил сразу. Осталось еще двадцать три. К утру будет не более десяти. Спокойной ночи, - произнес Шерлок и удалился в свою комнату, не взирая на то, что на улице еще было совсем светло.
Ровно в четыре часа утра, уже полностью одетый Шерлок, готовый к их ранней поездке, склонился над спящим Джоном.
- Джон, проснись, - тихо произнес он, не желая беспокоить миссис Хадсон. Хоть она и жила на два этаже ниже, слух у нее был отменный для ее возраста. – Джон, нам пора, - нетерпеливо и уже громче сообщил детектив, дотронувшись до плеча друга.

+1

12

На очередное безапелляционное заявление Шерлока Джону было нечего ответить. Действительно, люди часто лгут сами себе только ради сохранения нервных клеток, это как способ самозащиты. Сам Ватсон, наверное, делал бы так же, но ему просто повезло, что Шерлока очень трудно считать не таким, какой он есть. Просто невозможно.
Собственно, Джон сейчас вообще не был настроен спорить с детективом. За время своего пребывания на кухне ему в голову так и не пришло ни одной версии, как, впрочем, и следовало ожидать. Чашки не изъявили желания помогать в расследовании, поэтому доктор жаждал услышать наконец хоть одно дельное предположение, а не философский трактат на тему самообмана. Обычно от Шерлока философского взгляда на жизнь не добьешься, но именно когда ты сгораешь от нетерпения узнать реальные, действительно вероятные события, он, словно издеваясь, пускается в дебри устройства жизни.
Хотя, конечно, замечание детектива имело некое отношения к миссис Филлимор. Возможно, она действительно убедила себя в том, что их жизнь так благополучна, закрыла глаза на мелкие проблемы, которые незаметно могли вырости в большие... но неужели она такая невнимательная жена, что не замечает, скажем, беспокойство мужа? Ведь что-то же должно было предшествовать исчезновению главы семейства. Скандал, усиление давления, долги...
Врач, скорее на автомате, сделал сразу две чашки чая и вернулся в гостиную, устроившись напротив Холмса и поставив его чашку на видное место, дабы детектив, вынырнув из своих чертогов, не упустил ее из виду.
Однако, чаю не суждено было быть выпитым.
"Двадцать три варианта." Джону понадобилось некоторое время, чтобы переварить. Да, он, конечно, медленно соображает, ни черта не понимает в дедукции, но все-таки, как можно за каких-то пару (ну ладно, пять) минут придумать тридцать восемь вариантов произошедшего, и еще отмести половину, не зная практически ничего?! Впрочем, когда не знаешь ничего, работать как раз проще. Как только появляются новые факты, мелкие подробности, версий остается все меньше, все сложнее придумать достоверную. "Интересно, он и во сне дедукцией занимается?" Ватсон усмехнулся в чай, услышав про утренние десять версий, однако заявление детектива про "ночь" (а сказано это было именно с тоном заявления) заставило доктора удивленно поднять глаза.
- Постой, ты разве уже... - он перевел взгляд на окно, за которым еще проглядывало из-за облаков солнце, потом снова на детектива. Вернее, на то место, где он только что сидел. Теперь же Джон остался наедине с двумя недопитыми чашками чая, им же приготовленного, и кучей не заданных вопросов. Некоторое время док глядел в окно сквозь солнечно-пастельный пейзаж, пытаясь найти хоть одну целиком сформированную версию не из разряда детской фантастики. Наконец, когда его собственная чашка опустела, он вдруг припомнил, что Шерлок пообещал клиентке ранний визит, и нашел решение детектива пойти спать весьма здравым.

Вставать до шести - что может быть хуже. Даже летом, когда солнце поднимается рано, утреннее пробуждение не вызывает положительных эмоций, лишь вялое желание упасть обратно в объятия Морфея и не видеть этой лондонской серости за окном, которая сопровождает любое утро, независимо от того, солнечное оно, или нет.
Будильник Джон поставить забыл, так что проснулся лишь после второго тихо-настоятельного увещевания детектива. Опаздывать Ватсон жутко не любил, так что когда открыл один глаз и увидел Шерлока, полностью готового к выходу, им овладела легкая паника. Бесшумно вскочив с постели, отдавая себе отчет, что внизу спит их домохозяйка, он в ускоренном темпе выполнил все положенные утренние процедуры и только потом взглянул на часы и понял, что пока еще они никуда не опаздывают, благо Холмс разбудил его заранее.
- Ты завтракал? - поинтересовался врач, все еще стряхивая последние остатки сонливости. Впрочем, Шерлок выглядел полностью экипированным, так что Джон несколько поколебался и решил, что обойдется без завтрака. Во всяком случае, без завтрака дома. В конце концов, времени осталось не так уж много. Так что через пять минут блогер накинул куртку и встал у двери, демонстрируя свою готовность идти.

+1

13

Пропустив мимо ушей нелепый вопрос насчет завтрака (какой же тут прием пищи, когда люди исчезают без следа средь бела дня?), Шерлок быстро спустился вниз по лестнице. Джон не заставил себя долго ждать.
Несмотря на ранний час, кэб удалось поймать быстро, и ровно в оговоренный срок они были на месте.
Миссис Филлимор не спала. Судя по ее виду, она вообще не ложилась: на ней по-прежнему был тот же наряд, в котором она приехала к ним на Бейкер-Стрит, макияж лишь слегка подновлен, а под глазами залегли характерные круги.
Шерлок кивнул ей вместо приветствия и, не дожидаясь приглашения, зашел внутрь дома. По крайней мере, дети спали. Никто не будет крутиться под ногами, мешая расследованию. Однако, их спальни тоже придется осмотреть, а значит, велика вероятность, что они проснутся от шума.
С детьми у Шерлока были странные взаимоотношения. Он не видел никакой разницы между ними и взрослыми, поэтому его манера общения сохранялась. Дети же реагировали на него иначе, чем взрослые. Громче. Довольно трудно выносить их присутствие рядом в течение долгого промежутка времени.
Пожалуй, стоит отправить к ним Джона.
- Может быть, вы хотите кофе или чай? – любезно предложила миссис Филлимор.
- Нет. С вашего позволения, миссис Филлимор, мы все здесь осмотрим, - Шерлок коротко улыбнулся ей, направляясь вглубь дома.
Кабинет обнаружился быстро. Обстановка ничем не отличалась от других подобных помещений: стол, кресло, книжные полки, небольшой бар. На столе было чисто, ящики не были заперты, пароль на компьютере оказался невероятно простым. Ничего интересного. Кроме нескольких за последнюю неделю встреч с некой Кэтрин Л.
При этом писем от нее или ей в аутлуке не обнаружилось. Контакт явно был не рабочий. ЧТД.
- Миссис Филлимор? – позвал Шерлок. – У вашего мужа есть сестра?
Миссис Филлимор остановилась на пороге, обхватив себя руками. Она замешкалась, видимо, не совсем понимая, к чему был задан этот вопрос, но потом отрицательно покачала головой.
- Вы что-то нашли?
- Ничего конкретного, - Шерлок заблокировал компьютер и вышел в коридор.
- Полиция перевернула здесь все верх дном. Они искали следы борьбы и кровь, но так ничего не обнаружили.
- Обычное дело для полиции.
Место, в котором спрятался мистер Филлимор перед своим исчезновением, не могло находиться далеко от входных дверей. Скорее всего, он бы использовал дверь в сад, так легче стало бы скрыться незамеченным.
Джон о чем-то разговаривал с безутешной женщиной, но Шерлок их не слушал. Куда важнее было проследить путь мистера Филлимора к свободной жизни.
У него было пятнадцать минут, за которые можно было успеть все, что угодно. И уж точно он мог бы захватить карточки и документы, но мистер Филлимор предпочел обставить все как таинственное исчезновение? Зачем? Благородство? Чувство вины? Попытка переложить собственноручно принятое решение на третьих лиц?
Старинный сундук обнаружился в гостиной, недалеко от выхода в сад. Шерлок открыл его, едва не порезав палец о торчащий из крышки гвоздь. Кто-то до него был не так аккуратен. Внутри оказалось пусто.
Шерлок выпрямился.
- Джон, нам пора.
Ждать прихода мистера Филлимора не было смысла. Он не вернется.

+1

14

Видимо, что-то в мире точно остается неизменным, вне зависимости от ситуации. Шерлок всегда куда-то спешит, подгоняемый азартным желанием выяснить истину, а Джон всегда спешит куда-то в след за ним, подгоняемый... хотя, тут может быть несколько вариантов: подгоняемый желанием прибежать в итоге туда же, куда и Холмс, а не остаться двумя кварталами раньше в поисках нужного поворота, желанием успеть к месту назначения до того, как Шерлок наломает там немерено дров, желанием врезать детективу за очередной эксперимент на людях без предупреждения, и, конечно, желанием раскрыть дело. Сегодня лейтмотивом было в основном последнее, хотя все остальное где-то на периферии тоже имело место. Но жгучая жажда узнать разгадку (а в том, что рано или поздно Шерлок ее найдет, Джон не сомневался, ведь так было всегда) заставила доктора даже прогнать утреннюю сонливость и не отстать от детектива.
В дом Ватсон вошел сразу следом за Холмсом, и отдал дань вежливости, на которую так редко расщедривался детектив - поздоровался. Миссис Филлимор выглядела неважно. Даже хуже, чем вчера. Собственно, она имела на это полное право - тот срок, за который женщина успевает оправиться от потрясения, будь то гибель близкого человека, или потеря любимой шляпки, еще не наступил. Однако когда Шерлок уверенно зашагал вглубь дома, Джон немного задержался возле хозяйки.
- Миссис Филлимор, вам нужно поспать. Говорю вам это не только как сочувствующий вашему положению, но и как врач. А еще надо отвлечься, нельзя все время думать о печальном. Знаю, это непросто, но постарайтесь чем-то себя занять. Теперь вы передали дело нам, и мы, поверьте, сделаем все, что в наших силах, а вам нужно отдохнуть, иначе вы ставите под угрозу здоровье. - док говорил мягко, без нажима, но очень уверенно. Закончив, он улыбнулся и двинулся по коридору, осматриваясь. Шерлока видно не было, наверное, уже свернул в одну из комнат, и Джон здраво рассудил, что пока он там сам справится, так что сам зашел в опрятную дверь в конце коридора, выкрашенную голубоватой краской. Приоткрыв ее, док остановился на пороге, вслушиваясь в детское дыхание. Это была детская, где мирно спали трое младших Филлиморов. Только теперь Джон действительно ужаснулся, представив, до чего нужно дойти, чтобы вот так бросить по собственной воле семью. Если, конечно, Филлимор сделал это по собственной воле. Но вот как раз это им и нужно выяснить...
Тут из соседней комнаты раздался требовательный голос напарника. Он звал хозяйку дома, но Ватсон решил, что уже насмотрелся на детский безмятежный сон (может, его сюда интуитивно потянуло, от недосыпа?) и ему тоже стоит присоединиться. Подойдя к открытой двери док остановился и оглядел то, что можно было видеть из входного проема и из-за спины миссис Филлимор. Сестра? Может, Шерлок письма какие нашел... Однако времени на размышления не было, детектив уже был в коридоре и быстро шагал куда-то так уверенно, словно каждый день ходил по нему и знал этот дом как свои пять пальцев. Следовать за ним не было смысла: все равно пока не осмотрит дом он ничего не расскажет, а помощь ему сейчас вряд ли нужна. Так что Джон заглянул в проем, из которого только что вышел Шерлок, бегло осмотрел комнату, но, не заметив там ничего особенного, вернулся в коридор.
- Мистер Холмс, как видно, недолюбливает полицию? - рассеянно поинтересовалась хозяйка, видимо, просто чтобы не чувствовать себя неловко и чем-то заполнить напряженную тишину, оставшуюся после реплики Шерлока.
- А кто ее любит... - Джон неопределенно пожал плечами - А он... скорее презирает. Впрочем, он презирает всех, кто, как ему кажется, не обладает достаточным уровнем интеллекта, а таких две трети человечества. - "...это я еще преуменьшил." Ватсон сам не знал, к чему это сказал, наверное, просто не мог умолчать очевидное.
- Скажите, в последнее время ваш муж не заводил никаких новых знакомств? - спросил, опять же, чтобы заполнить неловкую паузу. Миссис Филлимор задумалась, казалось, всего на секунду.
- Нет, наша семья отличается постоянством в общении.
- Ясно... - голос детектива вывел Джона из полусонной задумчивости - Спасибо за помощь, миссис Филлимор, мы больше вам не помешаем. Как только появятся новости, обязательно сообщим. До свидания. - быстрым шагом пересек коридор и выскочил на улицу вслед за Холмсом. Влажный и холодный утренний воздух окутал его, заставляя поежиться.
- Так что ты там нашел? - док повернулся к детективу, стараясь подавить желание жалобно постучать обратно в дом в поисках тепла. - И куда мы теперь?

Отредактировано John Watson (2016-06-26 00:10:25)

+1

15

Наиболее вероятная разгадка казалась довольно разочаровывающей. Он бы предпочел нечто более увлекательное и закрученное, чем обыкновенный адюльтер и пропавшего, которому не хватило смелости взглянуть в глаза своей жене и рассказать всю правду.
Что ж, не стоило торопить события, пока он не найдет некую Кэтрин Л. в многомиллионном городе и не поговорит с ней.
- Кэтрин Л., - пояснил Шерлок, считая ответ исчерпывающим. Но не услышав никакой реакции и заметив смятение на лице друга, он все-таки пояснил. - Несколько встреч за последние пару недель. Остается лишь выяснить, стала ли она основной причиной, которая заставила мистера Филлимора оставить семью. Сомнительно, хотя и возможно, что он оказался настолько очарован этой Кэтрин, что бросил все. 
Увидев приближающийся кэб, Шерлок поднял руку.
- В этой истории определенно не хватает еще некоторых деталей. Может быть, все не так очевидно, как кажется, - задумчиво произнес детектив, когда кэб притормозил рядом с ним. - Но, - Шерлок открыл дверь. - как бы то ни было, - разгадка близка.
Холмс забрался в кэб и захлопнул перед Джоном дверь, открыв окно.
- Ты не едешь со мной, - безапелляционно поведал он и бросил взгляд на часы на запястье. - Слишком рано для работы, поэтому, стоит навестить помощника мистера Филлимора у него дома. Вот адрес.
Шерлок протянул доктору стикер, на котором записал всю необходимую информацию об ассистенте пропавшего, пока копался в его компьютере.
- Выясни, было ли ему выгодно исчезновение его шефа. Бэйкер-Стрит, 221B.
Только когда машина отъехала, Шерлок поймал себя на мысли, что так и не рассказал Джону, как мистеру Филлимору удалось исчезнуть из дома незамеченным. Что ж, поведает позже.
Найти Кэтрин Л. оказалось непросто. В Лондоне и в самом деле было много женщин по имени Кэтрин с фамилией, начинающейся на Л., но не все из них имели возможность пересечься с мистером Филлимором. В конце концов, список сократился до пяти возможных вариантов. А еще через час осталась лишь одна.
Отправившись к ней, Шерлок написал Джону сообщение, чтобы приезжал, как можно скорее. По оценке детектива, доктор успеет как раз к завершению беседы.

+1

16

Доктор вздохнул и поднял бровь, не сводя взгляда с Холмса. Интересно, за сколько гений дедукции сообразит, что его тупому напарнику не достаточно одного имени, чтобы составить картину преступления? Может, эта Кэтрин Л. всемирно известная преступница, похищающая мужчин, ну так у Джона в голове нет каталога Скотланд-Ярда. Но все, увы, оказалось куда прозаичнее. Ватсон разочарованно хмыкнул, удивляясь, как все-таки иногда слепы бывают люди. Где-то в глубине души пришлось признать правоту Шерлока (о чем вслух он, разумеется, не сказал бы и под пытками) на счет того, что люди видят лишь то, что хотят видеть. Послушать миссис Филлимор - так у них было идеальная семья, ни ссор, ни раздоров... Впрочем, может потому и не было их, что глава семьи не все время был с женой. Но, как бы то ни было, слова детектива порядком поубавили интерес Джона к этому делу. Шерлока он уже слушал в пол уха: какие еще нужны детали, что еще может быть не очевидно.
Погруженный в свои мысли и снедаемый праведным гневом на мистера Филлимора за измену, на миссис Филлимор за такой неинтересный случай, и на весь мир в целом за его несовершенство, док едва успел отскочить, поскольку дверь подъехавшего кэба захлопнулась прямо перед ним.
Ответить, возразить, и вообще выдать какую-то реакцию Джон не успел, да и возражать в целом было бесполезно, это он уяснил давно. "Ну хотя бы сегодня плачу не я." - слабоватое утешение, но все лучше, чем пустое негодование. Он машинально взял листок и уставился на него. Улица была незнакомая, а поскольку этот район Лондона доктор знал хорошо, можно было готовиться к увлекательному путешествию на другой край города. Хотя как к такому подготовишься... хорошо, хоть бежать не надо. Только тут в голове созрело более-менее здравое возражение.
- Шерлок, сейчас же шесть утра!.. - он поднял голову, однако было уже поздно, черный силуэт кэба почти растворился в утреннем тумане.
Доктору ничего не оставалось, как от души выругаться про себя, разрядив таким образом обстановку в собственной голове, а потом отправиться на поиски адреса, руководствуясь желтым листочком и последним напутствием великого детектива. Спустя где-то час блужданий по городу Джон все-таки добрался до места назначения и позвонил в дверной звонок.
Дверь открыл молодой опрятный мужчина, миловидная улыбка которого заменяла любое вежливое приветствие, а глаза, в которых еще читался отголосок сна, печально вопрошали в пустоту, кто придумал, что ходить в гости по утрам - это мудро. Джон представился, и хозяину пришлось его впустить. Впрочем, мог бы и выгнать... док на его месте так бы и сделал, пожалуй. Ну... каких-нибудь пару лет назад. Но за эту самую пару лет все так изменилось, что теперь он терпел вещи и похуже, чем ранние визиты.
Разговор длился недолго, минут двадцать. Ватсон почти сразу понял, что юноша слишком мало знает о своем начальнике, чтобы быть причастным к его исчезновению. Тем более что происшествие пользы ему никакой не принесло - скорее наоборот, вся работа, лежавшая до того на плечах Филлимора, толстой папкой бумаг свалилась на молодого секретаря. Возможно, это могло нести выгоду его отцу, но уж точно не самому юноше, который, судя по виду, был близок к подаче заявления об уходе. Если его папаша и имеет к этому отношение, пытаясь продвинуть сына по служебной лестнице, то без ведома своего отпрыска.
Словом, визит прошел почти впустую. Джон вышел из квартиры клиента мрачный и полный уверенности, что Филлимор просто сбежал к любовнице, и все его, доктора, похождения были лишь бесполезным тому подтверждением. Конечно, здравый смысл подсказывал, что немного найдется таких женщин, ради которых успешный мужчина с сложившейся семьей вдруг вот так все бросит и исчезнет, не попрощавшись. Но здравый смысл - это конек Холмса, а Ватсон предпочитает работать с живыми людьми, поступки которых подчас бывают этого смысла лишены.
Уставший и голодный (позавтракать-то он так и не успел), док вернулся на Бейкер-Стрит, однако напарника там не обнаружил. Зато обнаружил в спальне открытый ноутбук, свидетельствовавший о том, что Шерлок не только был здесь ради поисков этой Кэтрин Л., но и нашел ее. Через его, Джона, ноутбук. Боже, как всегда. Беспардонность детектива периодически просто выводила доктора из себя, тем более что компьютер самого Шерлока был в гостиной, что гораздо ближе ко входу. А значит дело не в лени, а в принципе. Если, конечно, сыщик не влезал в свою квартиру через окно спальни... а он мог. Ватсон вздохнул, и, наверное, руководствуясь тем же дурацким принципом, поставил на ноут новый пароль. Разумеется, обыграть Шерлока Холмса он и не надеялся, но, быть может, однажды до непутевого соседа дойдет, что гораздо легче воспользоваться своим компьютером, чем потратить пять минут (ну ладно, минуту) времени на подбор пароля. Совершив сей нехитрый ритуал, ставший уже почти традиционным, док с педантичностью истинного англичанина и наслаждением голодного скаута устроил себе завтрак. И только после этого задался вопросом - а где же теперь Холмс. Видимо, встреча на Бейкер-Стрит - уже не актуальная информация, но никакой записки с адресом детектив не оставил. Без особой надежды Джон позвонил ему. Разумеется, ответа не последовало. И зачем брать телефон, если все равно на него не отвечаешь! Однако спустя некоторое время пришла СМСка. Уже что-то.
И опять непутевому доктору пришлось сорваться с места и помчаться невесть куда, выполняя директиву "приехать как можно скорее". До места он добрался действительно быстро по меркам Лондона, но видимо все равно не достаточно.
- На телефон реагируй хоть иногда! - резко затормозил перед Шерлоком, который как раз выходил из дверей небольшого дома, который и был местом назначения. Ватсон мельком глянул в окно и успел заметить быстро исчезнувшее мужское лицо, озабоченно на них косящееся. - Это он?

+1

17

Кэтрин Лейтон работала баристой в кафе Paul неподалеку от офиса мистера Филлимора. Каждое утро по пути на работу Филлимор, не желая беспокоить своего помощника подобными просьбами, заходил в это заведение за чашкой кофе и непременно обменивался парой-тройкой фраз с приветливой миловидной девушкой.
Месяц назад Кэтрин покинула Paul и перешла в St. John. И если бы Филлимор не упоминал ее в своем ежедневнике, история осталась бы незавершенной.
Впрочем, официально так и будет. Полиции никогда не удастся выйти на ту самую Кэтрин Л., даже если им удалось заметить запись о ней.
- Я был занят, - что в переводе с формального английского означало: «твой звонок был совершенно неважен для меня». И это в самом деле было так. Джон наверняка звонил сказать, что ничего полезного не узнал. А затем попробовал бы выяснить, где сейчас находится Шерлок. Зачем тратить время на пустые разговоры, когда можно отправить простую смс-ку с адресом места встречи.
Обернувшись, Шерлок увидел, вместо уже успевшего спрятаться мистера Филлимора, Кэтрин. Девушка улыбнулась и кивнула ему на прощание, прежде чем зашторить окна своего жилища.
- Он и женщина, у которой он скрывается, - подтвердил детектив. Яркое солнце одолело силу привычки и важность образа – пальто он не надел, а перекинул через руку. К счастью лето в Лондоне имело скверный характер, и к вечеру теплая верхняя одежда могла вновь обрести свою актуальность. – Через пару дней стоит связаться с миссис Филлимор и сказать, что нам ничего не удалось узнать о ее муже, но мы, конечно же, не оставим поисков. 
Миссис Филлимор придется смириться с потерей мужа.
Потому что так будет лучше для всех.
- Как насчет завтрака? – как ни в чем не бывало, предложил Шерлок. Кэб, на котором приехал Джон, уже успел скрыться из виду. Вряд ли они здесь часто проезжают, так что их ждала небольшая прогулка, во время которой Джон сможет задать все интересующие его вопросы.

Отредактировано Sherlock Holmes (2016-08-14 00:04:26)

+1

18

Джон закатил глаза. Ну разумеется, он был занят, и не важно, что могло случиться что-то срочное, ведь его дела бесспорно важнее! Но доктор знал, что возражать этому человеку, доказывать что-то - бесполезно, он все равно сделает так, как велит его святая логика. А телефон с собой носит, видимо, чтобы во фронтальную камеру смотреться.
Отвлекшись от внутреннего потока возмущения, Ватсон снова бросил взгляд на окно и смотрел туда еще несколько секунд после того, как шторы закрылись. Сопутствующая реплика Шерлока разом поставила жирную черную точку в конце этого недоразумения, которое и делом-то назвать нельзя. Ватсон повернулся к детективу. На его лице - ни тени эмоции: ни гнева, ни разочарования, ничего, словно каждый день на его глазах столь многообещающие случаи выливаются в обычную любовную драму. Врач уже был готов услышать привычное холодное "дело закончено"...
Однако следующие слова Холмса заставили дока изумленно поднять брови. От такого поворота Джон даже на пару секунд потерял дар речи, лишь возмущенно буравил Шерлока взглядом, надеясь, что тот сейчас объяснит столь нелогичный вердикт. В голове взорвался фейерверк гневных возгласов, смешанных с недоуменными вопросами... Интересно, с каких пор Шерлок защищает неверных мужей, и с каких пор он вообще кого-то защищает?! Насколько знал Джон (впрочем, теперь он не был уверен, что знал так уж много), Филлимор не являлся детективу даже знакомым, о девушке и говорить нечего. Ну и с какой тогда стати он не хочет открыть правду? Если в вечно невозмутимом напарнике вдруг проснулись человеческие чувства (что маловероятно, но все-таки), то почему они велят ему встать на сторону изменника, который по всем законам морали должен быть осуждаем? Да к черту осуждение, но за что обрекать миссис Филлимор на страдания?! Если уж Шерлок по какой-то своей, недоступной для простых смертных, причине не хочет сообщать о Кэтрин, разве нельзя просто воссоединить пропавшего с его семьей, и предоставить им самим разбираться в своих супружеских проблемах?..
Но детектив, как обычно, проигнорировал все красноречивые взгляды и не пожелал дать более развернутых объяснений. Вопрос о завтраке, правда, тоже был более-менее своевременен: Джон как раз почувствовал неприятную пустоту в желудке, которая совершенно не способствовала поднятию настроения. Так что тут он возражать не стал, и напарники зашагали в сторону ближайшей забегаловки.
Док тем временем осознал, что все вопросы, которые вертятся у него в голове и, скорее всего, написаны не лице, Шерлок не видит или (что более вероятно) не желает видеть. Что ж, если ему так хочется, чтобы Ватсон произнес всю эту тираду вслух, пожалуйста. Однако расчет, видимо, был верный: пока Джон ждал ответа, мысли немного улеглись, и он решил не обрушивать на напарника шквал нечленораздельных восклицаний, а облечь их в более-менее краткую и доступную форму. 
- Шерлок, почему?! - спустя пару секунд врач спохватился, что это, пожалуй, слишком краткая форма для гениального мозга собеседника. На этот вопрос Шерлок может дать тысячу ответов, сделав вид, что не заметил контекста, и в итоге ни один из них не окажется нужным, так что мужчина поспешил уточнить - Почему ты не хочешь нормально завершить дело? Зачем ты выгораживаешь Филлимора? - Джон заглянул в лицо напарника и спросил, уже более тихо - О чем вы говорили?

Отредактировано John Watson (2016-08-09 13:37:43)

+1

19

Шерлок задумчиво шел вперед, щурясь от яркого утреннего солнца.
- М? – протянул он, в пол-оборота взглянув на друга. Вопрос был странный. Почему, что? Завтрак? Потому что всем нужно есть. Джон же сам радеет за то, чтобы детектив вел более здоровый образ жизни.
Все встало на свои места, когда доктор продолжил.
- А, это, - незаинтересованно произнес Шерлок, вновь устремив взгляд вдаль. – Нормально? Это как? Разве твои читатели не будут в восторге от того, что я с чем-то не справился? Ты же сам хотел, чтобы я выглядел более человечным. Как по мне, так это человечнее некуда.
Шерлок остановился, оглядевшись по сторонам.
- Ты был у его помощника. Уверен, он не в курсе всех дел. Хотя мистер Филлимор считает иначе. Предполагаю, это все задумка его отца. Конечно, куда удобнее, когда бизнес сосредоточен в руках семьи, без посторонних, - на лице Джона по-прежнему блуждало недоумение, поэтому Шерлок пояснил. – Кэтрин не любовница мистера Филлимора. Она приютила его, проникнувшись историей, которую он ей однажды в отчаянии поведал. Все дело в том, что совет директоров вступили в сговор. Они обещали лишить Филлимора всего из-за одной не вполне легальной сделки, заключенной даже не им самим, а одним из его подчиненных, за чьи действия несет ответственность, конечно же, генеральный менеджер компании. Подчиненный уже уволился, забрав с собой внушительный парашют, полученный, конечно же, от совета директоров. Они загнали мистера Филлимора в угол, не оставив выбора: или он уходит сам, отказываясь ото всего, или же отправляется в тюрьму, потеряв все.  Мистер Филлимор не мог обратиться за помощью, так как, если бы вскрылись обстоятельства той сделки, им бы немедленно заинтересовалась налоговая служба. Тогда он вспомнил о страховке жизни, которую должна была бы выплатить компания, в случае его гибели или исчезновения. Он должен был позаботиться о своей семье как бы то ни было. Если миссис Филлимор узнает правду, она не сможет сыграть свою роль правдоподобно. Тогда они потеряют все, а жизнь мистера Филлимора и в самом деле может оказаться под угрозой. Именно поэтому это дело останется не раскрытым, - пояснил Шерлок, направившись дальше. – Кстати, хочешь знать, как он выбрался из дома?

+1

20

- Нормально - это вернуть клиентке мужа. - Джон раздраженно пожал плечами. Будто бы его напарник каждый день выгораживает сбежавших семьянинов, и это может претендовать на "нормальное" окончание дела. - Человечным - это значит не высказывать клиентам все, что ты о них знаешь, как только они вошли, как минимум. - такое впечатление, что разговаривает с маленьким ребёнком, который не знает общепринятых человеческих понятий. Впрочем, у Шерлока значение этих самых понятий действительно сдвинуто в весьма странную сторону, что все же не мешает Джону регулярно подозревать детектива в изощрённом издевательстве. - ...А не выгораживать любовников и делать из элементарного дела, которое ты раскрыл за утро, великую загадку.  - последнее он сказал уже тише, и, вздохнув, позволил Шерлоку продолжить.
В начале объяснения Джон было хотел возмутиться, что Холмс отправил его на другой конец города выполнять в сущности бесполезную работу. Как всегда - он знал исход, но послал блоггера чтобы "проверить", а на деле - чтобы под ногами не путался... мог бы просто сказать. Но по мере того, как детектив рассказывал, гнев и недоумение не лице доктора сменялись пониманием. Он все чаще кивал, следуя мыслями за ходом повествования, а ногами - за напарником, и все отчетливее вспоминал, что некая догадка о причастности отца помощника посещала его в самом начале, когда миссис Филлимор поведала свою историю. Но ведь версии - дело Шерлока, поэтому док тогда отбросил её, как ненужный балласт, и углубился в метафизические рассуждения об испаряющихся мужчинах.
Когда Шерлок закончил, Ватсон ещё раз кивнул задумчиво, а потом взглянул на напарника, желая уточнить.
- То есть мы просто оставим все как есть? - мысль о том, что они первый раз не могут ничего изменить и ничем помочь клиентам, медленно прокралась в мозг, и доку понадобилось некоторое время, чтобы её осознать. Конечно, Шерлок снова все просчитал, выбрав наилучший вариант, но неужели нельзя хоть как-нибудь исправить ситуацию? - А вывести совет директоров на чистую воду никак нельзя... - это был уже не вопрос, скорее обречённая констатация. Впервые четкое деление на чёрное и белое, с которым Джон всегда выходил на бой с преступностью, вооружившись блокнотом, принципами и сочувствующим взглядом, дало сбой. Оно вдруг размылось, словно на лист с акварелью капнули водой, или клетки на шахматном поле вдруг поменяли местами, так что чёрное оказалось на стороне закона, а белое - по ту сторону. и вернуть все на верные места нет никакой возможности.
На вопрос Холмса врач только пожал плечами, уже не раздражённо, скорее печально.
- Подождал в укромном месте, пока все уйдут... - теперь ответ казался почти очевиден, так что сам вопрос даже не заинтересовал доктора. Шерлок, конечно, мог рассказать, где прятался Филлимор, сколько он там сидел и какого цвета пиджак был на нем в это время, но все это было уже неважно. Потому что никто, в том числе и драгоценные читатели, об этом уже не узнает.

Отредактировано John Watson (2016-08-18 02:14:30)

+1

21

Шерлок покосился на Джона, ощущая некое разочарование. За одно утро детектив фактически обнаружил иголку в стоге сена, нашел пропавшего в огромном многомиллионном городе, а все, о чем может думать доктор, так это о том, что правильно, а что нет. Неужели неясно, что в жизни не бывает верных или неверных решений? Есть лишь выбор, который человек совершает каждую секунду своего существования, способный привести к тем или иным последствиям.  Мистер Филлимор здраво рассудил, что деньги его семье нужнее, чем слабое утешение, что он находится в хрупкой безопасности в тюрьме, в то время как его жена вынуждена искать средства, чтобы прокормить их детей и оплатить услуги адвокатов.
Здесь нет черного и белого. Наоборот, все наполнено полутонами. И у мистера Филлимора еще много выборов впереди.
Например, он может связаться с миссис Филлимор, находясь за пределами Великобритании и пригласить ее и детей в свой новый дом.
Или забыть про них и начать все сначала.
Он имеет право поступать со своей жизнью так, как ему вздумается, помня, что за любое принятое решение ответственность несет только один человек – мистер Филлимор лично. И нравятся ли ему или нет результаты этих действий, все это его рук дело. Плюс некое внешнее воздействие, являющееся фактором помехой, но не оказывающем столь большое влияние, чтобы можно было переложить вину на третьих лиц.
Так считал Шерлок. А Джона интересовала лишь справедливость, которую можно было увидеть в мире черного и белого, но так непросто различить среди полутонов. Ведь она у каждого своя.
- Да, - коротко ответил детектив. 
Людей вокруг становилось все больше. Город оживал словно большой безропотный муравейник.
Шерлок поднял руку, останавливая первое попавшееся такси.
Им лучше вернуться на Бейкер-Стрит, Джон, наверняка потерял аппетит. А миссис Хадсон все равно приготовит им завтрак, неважно, есть они дома или нет. Так что кофе в напряженном молчании они могут выпить и у себя в гостиной.
Только бы центр города не оказался во власти пробок.

+2


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » Vanish into thin air