« — На самом деле мне очень не хватает семьи, — сказала Эвр на десятой минуте беседы с той толикой безразличия, которая позволила бы человеку понимающему внутренне воскликнуть «Аааа!! Она говорит что ей не хватает семьи, но на самом деле причина конечно не в этом. Но она слишком умна, чтобы скрывать истинные причины таким явным способом, и конечно предположит что именно так я и подумаю, а если так, то надо подумать иначе… Значит. Эврика! Ей не хватает семьи!».
"The five-minute rule", Eurus Holmes



Sherlock. Come and play

Объявление

Уважаемые гости и участники. В связи с загруженностью АМС игра уходит на хиатус до начала 2018-го года. Благодарим за понимание!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » 03.05.2013 - I’ve learned the rule there are no rules


03.05.2013 - I’ve learned the rule there are no rules

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

Участники: Hollie Gardner, Sherlock Holmes
Время и место: май 2013, Прага
Краткое содержание: Карлов мост в Праге - одно из самых романтичных мест на земном шаре, но посмотреть на этот памятник истории, и, тем более, насладиться им успевает не каждый. Толпы туристов, карманники, торговцы, художники и музыканты оккупировали его вдоль и поперек.
Правда, некоторых этот мост совсем не привлекает. Экая невидаль. Мост. Подумаешь. У них романтика совсем в другом месте.

0

2

Стены нейтрального серо-голубого цвета. Над изголовьем кровати дешевая картина в дешевой раме – что-то абстрактное в абрикосовых тонах; на стене напротив что-то другое абстрактное в той же гамме. Круг света от торшера на потолке.
Часы на старой башне отбивают двенадцать. В Праге должно быть много старых башен с часами – Холли еще не успела выучить географию.
Сердце колотиться со скоростью сто восемьдесят ударов в минуту, и каждый отдает в висках сладкой пульсацией. Немного кружится голова.
Чужое сбившееся дыхание на губах, выбившаяся прядь щекочет щеку, ее собственные волосы разметались по подушке. Под ладонью сильные удары другого сердца – успокаивающий, умиротворяющий ритм.
Восхитительная звенящая пустота в голове: хочется смеяться и плакать от полноты впечатлений. Очень давно женщина не ощущала себя настолько живой – до мурашек вдоль позвоночника, до тянущего чувства в груди.
Давно не представляла себя героиней какой-то книжки – пусть не идеальной, пусть немного смешной, неуместной в крохотном номере недорогого отеля в самом центре старого города, всего в десяти минутах от Карлова моста – дорога, которой еще не ходила: широкие торжественные туристические артерии, маленькие, вьющиеся змейками, тихие улочки с уютными террасами крошечных кафе – места паломничества для посвященных.
Весь город уместился для нее в одном мужчине: в теплом прикосновении его ладони, насмешливых интонациях, ласкающем слух родном произношении, в пытливом взгляде серых глаз.
В ушах все еще звучит требовательный голос Шерлока, скрип кровати, собственный полувздох-полустон.
Запах распускающегося цветами мая смешивается с запахом кожи, ароматом ее духов, воспоминанием о букете выпитого вечером вина. Полночь. Пять часов прошло – в них целая вечность, сжавшаяся до пары мгновений, нескольких ударов сердца.
Вдох. Выдох.
Рука скользнула по обнаженной спине – под пальцами рельеф напряженных мышц. Скрытая в них сила завораживала.
Холли тихо рассмеялась:
– Без тебя жизнь была бы куда более скучным занятием.

+3

3

За пять часов до этого

Прага не очаровывала. Туристическими маршрутами Шерлок не ходил и за все три дня своего пребывания в городе ни разу не наткнулся на часы Орлий, что находились на Староместкой площади. Чехи поговаривали, что если прогуливаться по Праге без определенной цели, ноги обязательно приведут вас на эту площадь. А от нее можно выйти к Карлову мосту, если не потеряться в лабиринте пестрых улиц, следуя за разномастной толпой галдящих иностранцев.
Но не красивая обложка интересовала Шерлока. Он приехал сюда, чтобы познакомиться с малопривлекательной изнанкой благополучной на первый взгляд европейской столицы. Арабские кварталы подобрались к самому сердцу Праги. Для них европейцы были легким источником дохода. Они торговали всем, о чем только можно было подумать. В том числе и информацией. Меж тем, арабы отказывались работать лишь на одного босса. Один босс – одна оплата, два босса – две оплаты. Логично. Лояльности нечего было делать там, где деньги ставились во главу угла.   
Потратив немного времени на поиски нужного человека, он узнал много полезной информации о сети Мориарти, что нашла для себя пристанище в заброшенных пражских подземельях.
Еще некоторое время понадобилось на изучение этих ходов. И вот он был готов к встрече.
Никакой необычной маскировки. Удивительно насколько сильно может изменить лицо другая прическа. Тщательно выпрямленные волосы, темные джинсы, футболка Sex Pistols, купленная на блошином рынке за семьдесят крон, рубашка и черный плащ. Яркие цвета в одежде в этом городе привлекали ненужное внимание.
Ресторация, в которую захаживали миньоны Мориарти, ничем не отличалось от других: парочка игровых автоматов около входа, деловитый официант, ловко переходящий с чешского на русский, с русского на английский, с английского на немецкий и до бесконечности, ловко маскирующий жирное пятно на скатерти подставкой для салфеток и отпускающий дежурные шутки, а также хмурые и малоразговорчивые местные, пришедшие выпить кружку пива после тяжелого рабочего дня.
Никаких телевизоров, транслирующих спортивный канал, веселого смеха или криков столь привычных для английской столицы. Каждый посетитель не упустил возможности окинуть его подозрительным взглядом, стоило ему переступить порог. Но когда он обменялся парой фраз на чешском с официантом, они тут же потеряли к нему всякий интерес.
Он выбрал столик в углу, над которым тускло светила лампа, и откуда было удобнее всего наблюдать за входом.
Представление должно было начаться в ближайшие десять минут.

+3

4

Аэропорт, такси до отеля – путешествовать легко и приятно, когда финансовый вопрос не стоит, и в сумочке достаточно наличных в удобной валюте, чтобы скупить половину сувенирной лавки.
Холли прилетела в Прагу не за сувенирами – сбежала от размеренной лондонской жизни. Удивительно, как быстро стала скучать, несмотря на богатую событиями работу, а раньше довольствовалась буднями, похожими друг на друга, как близнецы-братья – дети какой-то сумасшедшей богини: почти три тысячи серых тоскливых дней.
«Савой» встретил безупречной предупредительностью – улетая на край света, в Восточную Европу, предпочла комфорт местной экзотике. Трезво оценивая собственные предпочтения, женщина поняла, что морально не готова жить в «хижине на берегу моря».
Англичанка оценила вид из окна, вместительность платяных шкафов, удобство ванной комнаты. Прическа, макияж, полчаса перед зеркалом, пока в честь теплого майского дня не остановилась на сарафане из тончайшего дымчато-коралового шелка: многослойная юбка чуть ниже колен, жесткий лиф оставляет открытыми плечи и руки. Туфли-балетки, сумочка на длинном ремешке, и на контрасте тяжелая кожаная куртка – весенняя погода может быть капризной – небрежно наброшенная сверху.
А потом были пражские улочки – в сторону, подальше от протоптанных гидами маршрутов. Церковь Девы Марии Снежной она посмотрит в другой раз, пока же хотела увидеть город таким, каким он был для местных: настоящим, а не верхушку айсберга, взбитые сливки, посыпанные сахарной пудрой – все для туристов – посмотрели налево, посмотрели направо, побежали дальше.
Бежала, трепетала в лабиринте улиц, словно бабочка, угодившая в паутину, пока не почувствовала приятную тяжесть в ногах – они не ожидали от хозяйки подобного вероломства. Оглянулась, выбирая наугад кабак – уже была готова на любые безумства, слишком далеко зашла для дорогих ресторанов с привычной европейской кухней.
Почти ослепла после яркого закатного солнца в полутемном помещении, выбрала столик у стены, сняла очки, заказала бокал красного, совершенно забыв, что Чехия, как Германия, как Британия, славится своим пивом. Так и не приучила себя любить этот напиток. Вино оказалось терпким и ароматным – не то, к чему привыкла, но интересно.
Одного Холли не ожидала – повышенного внимания к своей персоне со стороны представителей противоположного пола. Привыкла, что англичане понимают рассеянно-невидящий взгляд единственно правильным образом – не надоедают своим обществом человеку, желающему насладиться одиночеством.

+2

5

Они появились ровно в назначенное время: три лысых юных скинхеда, не изменяющие кожаным курткам даже в почти по-летнему теплые дни. Что-то показалось неуместно знакомым, что-то, что тут же было отсечено суровым самолюбием.
Стукнув по барной стойке, генерируя максимум внимания к своим персонам, мужчины заказали три кружки пива и заозирались в поисках подходящего столика. Они с нескрываемым удовольствием принялись обсуждать собравшихся, не стесняясь  «лестных» выражений в их адрес. Их язык – язык улиц, чешский сленг понятный лишь тем, кто живет им двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.
Шерлок понимал его лишь частично, но даже этого было достаточно, чтобы сделать вывод, кто здесь главный.
Местные завсегдатаи подтверждали его выводы, никак не выказывая своего неудовольствие полученной оценкой. Они даже не удостоили шестерок взглядом.  Их принцип был прост: меньше шумишь – дольше живешь.
Между тем, скинхеды начали проявлять нездоровый интерес к одинокой девушке, которая оказалась в этом заведении случайно, сойдя с популярных пражских маршрутов, петляя по многочисленным улицам. Англичанка без всяких сомнений. Не заблудилась – хотела увидеть оборотную сторону чужой столицы.
Мужчины шумно пододвинули  свои стулья, без разрешения подсев к ней за столик, положив локти на стол, гнусно ухмыляясь, раздевая ее взглядом, отпуская пошлые шутки.
Девушка терпеливо игнорировала их, завсегдатаи послушно разглядывали столешницы, а Шерлок выжидал.
Скинхэды позабыли обо всем вокруг, сосредоточившись на предмете своего вожделения. И вот один из них протянул к ней руку, желая припугнуть, заставить почувствовать, что будет с ней, если она откажется пойти с ними. Шерлок резко поднялся со своего места. Официант проводил его обеспокоенным взглядом. Драки в общественных местах Праги были не просто редкостью, а из ряда вон выходящим событием.
- Прости, дорогая, - произнес Шерлок по-английски. Он наклонился к ней и поцеловал в висок. – Не заметил тебя. Кто твои новые друзья?
Шерлок пододвинул еще один стул к маленькому столику. Впятером за ним было тесно. Плечом к плечу в «теплой, дружеской» компании. Вчерашние подростки при появлении лишнего участника событий помрачнели.
- А ты еще кто? Чего тебе надо? – подал голос один из них. На английском он говорил без акцента.
- Мне нужно увидеться с твоим боссом, - Шерлок перешел сразу к делу. – Слышали про ячейку в Словакии?
- Говорят, это русская мафия, - со знанием дела произнес самый младший из скинхедов.
- Это арабы! – воскликнул тот, что неплохо говорил по-английски.
- Да нет, же, это все английская разведка. МИ-6? МИ-5? Черт в них ногу сломит. Одного из них видели наши ребята в городе. Говори, что знаешь! – встрял третий.
- Скажу, но только вашему боссу и при условии, что девушку вы оставите в покое, - ответил Шерлок, переводя взгляд с одного преступника на другого.
- Это не тебе решать! И может ты сам этот самый шпион! Как ты докажешь, что свой?
Шерлок вздохнул и произнес на чешском:
- Кнедлики со сметаной и фазана не надо.
- Он знает пароль, - схватив товарища за руку, возбужденно заметил младший.
- Вот ты его и проводи, а мы… - молодой человек улыбнулся девушке, - ее до дома доведем, да, мисси?
-И слава достанется ему одному, - заметил Шерлок, разглядывая свою руку. – Что ж, дело ваше.

+3

6

Холли не планировала начинать беспокоиться, когда чужая рука легла на ее предплечье – так и не сняла куртку, ставную преградой между теплой кожей и настойчивой прохладой, веявшей от старых стен, а теперь еще и нежеланным прикосновением: бесцеремонно, но не мерзко. Всегда могла устроить скандал, привлечь внимание нарочито равнодушных завсегдатаев, начать шуметь, громко и надменно апеллировать к местной шпане и полировавшему пивные бокалы бармену. Общение с пражской полицией – не совсем то, что женщина планировала на вечер, но подобное знакомство ее не пугало: иностранка, она не сделала ничего противозаконного, и имела полное право апеллировать к послу – весомый аргумент в диалоге с представителями правопорядка.
Узнала голос прежде, чем смогла рассмотреть четвертого подошедшего мужчину. Сухое прикосновение его губ к ее виску – слишком осторожная игра, но мысли миссис Гарднер сосредоточились на другом.
Мистер Шерлок Холмс – видела репортажи с ним, читала о нем в газетах. Читала о его смерти в газетах – шагнуть с крыши Бартса – красивый ход, но слишком уж показушный. Пафосный. И вот мистер Шерлок Холмс сидит рядом с ней в безымянном – Холли не обратила внимание на вывеску – баре Праги, так близко – за столиком, рассчитанным максимум на двоих, слишком тесно – что их колени соприкасаются: в некоторых случаях длинные ноги превращаются в недостаток.
Можно потерпеть, тем более что разговор – отчасти на английском, отчасти на чешском – совсем не о погоде. Как бы собеседники не смешивали языки, некоторые слова неизменны, с поправкой на произношение: «босс», «русская мафия», «арабы», «МИ-6».
Холли не планировала работать – у нее был отпуск, а не командировка – но пройти мимо такого сюжета не смог бы ни один журналист, даже если криминальная хроника его интересовала лишь время от времени, исключительно ради разнообразия.
Знаменитый детектив, чья смерть потрясла нацию, оказывается жив, более того, расширил географию своих интересов на Европу, или весь мир – сложно угадать.
Миссис Гарднер не собиралась угадывать. В воображении уже выбирала заголовок для статьи на первой полосе. «Шерлок Холмс жив», «Шерлок Холмс и чешская мафия», «Игра продолжается на континенте».
Мистер Холмс, как настоящий джентльмен, пытался отвлечь внимание шпаны от ее персоны, но миссис Гарднер надоело играть настоящую леди без перерывов на обед, сон и приключения.
Улыбнувшись присутствующим, Холли проворковала:
– Мальчики, не ссорьтесь, мы можем пойти все вместе. – Бритоголовым достался кокетливый взгляд – всем троим.

Отредактировано Hollie Gardner (2014-05-02 15:16:55)

+1

7

Посетители все также неторопливо тянули  из бездонных кружек пиво, бармен осторожно выпустил рукоять биты и продолжил невозмутимо чистить бокалы серой от грязи тряпкой, мимо ресторации промчалась машина, и муха пролетела рядом с троицей, а затем деловито уселась на бутылку кетчупа, стоящую на столике ровно по центру. Насекомое сосредоточенно уставилось на девушку всеми четырьмя тысячами хрусталиков своих выразительных глаза. Под молчание собравшейся компании, она потерла задние лапки.
Шестерки не ожидали и выпали на время в осадок, а Шерлок просчитывал, что делать дальше. Женщина узнала его. Истории о скандальных смертях частенько живут дольше, чем участники этих самых историй. Но он не был политическим или культурным деятелем, не имел никакого отношения к представителям шоу-бизнеса, кроме того Майкрофт не любил шумиху вокруг своего имени, а значит о нем должны были вскоре забыть.
Шерлок так давно не был дома.
Кто мог так быстро распознать его? Полицейский, журналист, приближенная Джима Мориарти. Для полицейской – слишком утонченная. Для приближенной Джима… его история уже действительно закончилась бы. Значит, журналистка. Прекрасно. Придется взять ее с собой, пообещать эксклюзив, а затем предупредить Майкрофта и попросить об услуге.
- Так вы проводите нас в подземелье? – нетерпеливо напомнил Шерлок.
Обескураженные скинхэды, погруженные в радостные мысли, что вот, наконец-то, сегодня-то им перепадет, изумленно посмотрели на него, избавляясь от наваждения.
Все вместе они вышли из ресторации и зашагали по направлению к городским окраинам. Добравшись до расписанного от пола до потолка подземного перехода, ведущего к станции метро, они спустились туда. Пока шестерки разбирались с замком двери, ведущей в подсобное помещение, Шерлок тихо, чтобы они не услышали, пробормотал, обращаясь к девушке:
- Делайте то, что я скажу, и тогда доживете до выхода своей новой статьи. Как вас зовут?
Мальчишки провели их в комнату, которая оказалась и не комнатой вовсе, а узким коридором, заканчивающимся темной лестницей.
- Осторожно, башкой не ударьтесь, - добродушно предупредил младший из них, вытащив из кармана мобильный телефон и включив фонарик.
Где-то рядом капала вода. За стеной громогласно пронесся поезд. Шерлок взял девушку за руку, не дав упасть на скользких ступеньках.
Они продвигались все дальше. Звуки проходящих поездов становились все тише. Туннель все больше походил на лабиринт.
Единственное, что освещало им путь - редко встречающие фонарики и свет от телефонов скинхэдов.
- Давно ячейка спустилась под землю? – спросил Шерлок, ведя свободной рукой по неровному стенному камню.
- Почти с самого начала. Не удалось договориться с властями и завербовать кого-то среди них тоже. Здешних деньгами не подкупишь. Они все хотят светлого будущего для народа, - ответил парень, притормаживая у возникшей перед ними из темноты дверью. – У нас тут даже плантация конопли есть, так что, бизнес идет.
Он постучал. Дверь открыли тут же без каких-либо паролей. Добраться сюда, не зная дороги, было невозможно, поэтому все предосторожности казались излишними.
В комнате, где они оказались, свет был приглушен и исходил от четырех ламп, висевших по периметру. В соседнем помещении хрипло гудел генератор.
- Привет, мы тут шефу привели гонца с подружкой. Говорит, есть ценные сведения.
Хмурый привратник лет тридцати с длинными собранными в хвост волосами внимательно посмотрел на гостей.
- Обыскали? – спросил он.
- Нет, - покачал головой парень. – Сейчас все сделаем.
Привратник тяжело вздохнул и вытащил из-за ремня пистолет, направив его на Шерлока. 
- А ну к стене оба. Руки на стену и ноги расставьте, - приказал он.

+1

8

Он действительно хорош, даже лучше, чем писали – миссис Гарднер пыталась угадать, как же Шерлок вычислил ее профессию. Вроде нет чернильных пятен на пальцах, а в сумочке не уместился бы стандартный блокнот. Она не слишком внимательно следила за его карьерой, хотя бум его популярности попал на то время, когда делала первые шаги в профессии.
– Холли, – все остальные детали можно обсудить потом без свидетелей.
Его прозорливость нарушила ее коварные планы: сенсационная статья окажется либо заказной, либо не выйдет вовсе – неинтересно устраивать неприятности человеку, который их ожидает.
И ради чего она потащилась в эти катакомбы?
Была бы англичанка фанаткой мистера Холмса, попискивала бы от восторга – если не вслух, то мысленно – когда мужчина взял за руку, чтобы не споткнулась в темноте, но миссис Гарднер не подозревала, как удачно вляпалась. Думала, зачем Шерлоку пражские подземелья, и какие дела могут быть у него с бритоголовыми – неприятный типаж, в какой стране не происходило бы дело. Опьяненные силой и безнаказанностью подростки куда опаснее профессиональных военных, побывавших в горячих точках
Через девятьсот восемьдесят пять шагов туннель закончился дверью. Неприятности же только начинались.
Хуже молодых идиотов могут быть только старые… преступники, которые знают, как надо, знают, куда больнее всего ударить.
Холли хотела поинтересоваться, где она, по мнению головорезов, должна прятать пистолет – в чулке? Или нож в балетке… не героиня сказки, чтобы носить стеклянные туфельки – их можно было бы использовать в качестве оружия. А у нее и каблуков нет: бежать удобно, а вот драться – увы. Но прикусила язык.
Послушно повернулась, стена под ладонями оказалась неожиданно сухой и словно бы теплой, точнее не настолько холодной, как можно ожидать на такой глубине. Поморщилась – конечно, ее не преминули облапать. Иногда быть женщиной ужасно неудобно.
Была бы одна – стала бы хорохориться, но, Шерлок, похоже, знал, на что шел. Глупо было бы ему мешать.

+1

9

Ему не стоило брать ее с собой. Игра была сложной, и он чрезмерно увлекся.
Одни подвалы сменялись другими. Темные комнаты с плотно зашторенными окнами перетекали в шикарные офисы на верхних этажах небоскребов в городах из первой десятки коррупционного списка. Сигаретный дым, жадно втягиваемый в легкие, металлический привкус во рту, выхваченная из контекста фраза, стремительный бег по кругу без начала и конца. Однако же паутина распадалась на части под легким нажимом его пальцев. Без главного паука она потеряла всю свою мощь и былое великолепие. И хоть опасность все еще сохранялась, криминальная корпорация пала, лишившись движущей силы, став довольно банальным преступным сообществом.
Но полиция все еще оставалось бессильной против них. За время работы под торговой маркой Мориарти, его миньоны успели найти верных соратников в рядах власть имущих. Чтобы доказать  причастность группировок хотя бы к одному свершенному преступлению, нужно было обладать недюжим упорством и умом. Без ложной скромности.
Не оглядываясь, не тратя время на передышки, Шерлок окунался в новый поиск, меняя страны, имена, придумывая легенды, изучая новые языки и культурные особенности. Все, что было до этого, произошло в другой жизни, к которой он, казалось, больше не принадлежал.
Своим появлением журналистка Холли пробудила воспоминания и, сама того не ведая, стала связующей нитью между прошлым и настоящем.
Лондон, крыша Бартса, падение, тревожный голос Джона совсем рядом и спектакль, который необходимо доиграть до конца. Как бы то ни было. Смерть – дело одинокое. Имитация смерти – еще более удручающий процесс никак несвязанный с угасанием биологических и физиологических функций организма. Все считают, что потеряли тебя, а на самом деле, это ты лишился  их всех.
Впрочем, в его состоянии были свои плюсы. Ни каждому выпадает честь прижизненно  поприсутствовать на своих похоронах и услышать все «пламенные» речи друзей: Лестрейд, Молли (ей не стоит носить черный, не ее цвет), миссис Хадсон и Джон.
Он выглядел… печальным.
Привратник похлопал по карманам плаща Шерлока, и не обнаружив ничего хоть сколько-нибудь  опасного для жизни, сделал пару шагов назад.
- Ладно, пошли, - сухо произнес он. Мужчина открыл следующую дверь и стремительно зашагал по очередному коридору, позабыв про бритоголовых и не слишком заботясь о том, не отстают ли от него гости.
- Горак пустые разговоры не любит, - сообщил он на ходу. – Больше трех минут с вами беседовать не станет. Учти. Девка хорошая у тебя. Но зря привел. Томаш ни одной юбки не пропускает. Для него нет понятия «свое» или «чужое», он берет все, что хочет. Начнешь спорить – пристрелит. Нрав у него взрывной. Если решит, что время его впустую тратишь – тоже пристрелит. Он вообще пострелять любит. Бежать – бесполезно, коли дороги не разумеешь, - перед очередной дверью, привратник развернулся и оглядел обоих посетителей пустым взглядом. – В общем, удачи.
Он толкнул дверь рукой и пропустил Шерлока вперед, затем проследил пока Холли зайдет, после чего поспешил ретироваться.
Помещение напоминало обычный кабинет. Если не считать одного маленького нюанса, который редко становится украшением традиционных кабинетов – одна из стен была выполнена целиком и полностью из человеческих черепов. На вошедших уставилось сразу несколько десятков пустых темных глазниц.
Томаш Горак оторвал взгляд от экрана своего ноутбука и угрюмо посмотрел на вошедших. В чертах его лица угадывалось боксерское прошлое. На шее сверкала золотая цепь, а пальцы были усеяны драгоценными перстнями. Кожа у него была смуглая, как у цыганина. Надбровные дуги сильно выпирали вперед, придавая ему вид неандертальца, что весьма неплохо вписывалось в окружающую атмосферу. Разве что дорогой костюм, да компьютер напоминали, что это все же современность. Маленькие темные пытливые глазки стремительно изучали их.
- Ну? - вопросил он.
- Мое имя Эдвард Тич, мистер Горак, а это Холли, - представил их Шерлок. При взгляде на женщину выражение лица Томаша слегка смягчилось. – Я здесь, чтобы уберечь вашу организацию от участи ячейки в Словакии.
- Ну, - не отрывая взгляда от Холли, произнес Горак. 
В комнате была еще одна дверь, за которой, судя по всему, скрывалась спальня Горака. Он явно был не из тех, кто любит тратить время на подъем на поверхность, а судя по пистолету, всегда находящемуся под рукой, Томаш к тому же отличался паранойей, так что вполне мог заточить себя в четырех стенах.
Шерлок бросил взгляд на Холли. Поймет ли она? Согласится ли помочь?

+2

10

В каждой женщине живет блондинка – феерическая идиотка, умеющая хлопать глазками быстрее, чем колибри машет крылышками, делать губки бантиком, говорить несусветные глупости и отдаваться любому мужчине, который поманит пальчиком.
Холли становилось противно уже на уровне уменьшительно-ласкательных суффиксов, но слушая провожатого, она понимала – сегодня без этой дамочки не обойтись.
Интересно, стоил ли того Шерлок?
– Вау, – восхищенно, но тихо выдохнула блондинка, когда за англичанами закрылась дверь подземного кабинета.
«Совсем как в церкви Всех Святых в Седлеце», – мысленно добавила миссис Гарднер, но ее альтер эго не знало таких умных слов.
Серьезные разговоры, которые собирались разговаривать мужчины, блондинку не интересовали. Она медленно подошла к стене, выстроенной из черепов, касалась пальчиками костей, вглядывалась в пустые глазницы. Сколько их тут?
Холли отстраненно отметила, что ее блондинка не только дурочка, но и потенциальная клиентка психиатрической клиники. Иногда вредно смотреть на себя со стороны.
Между тем хозяин кабинета делал вид, что не заинтересован в помощи, и исправно раздевал взглядом гостью – как сытый кот наблюдал за птичкой в клетке и мысленно вылизывал лапы.
– Вау, – повторила блондинка, обращаясь к чеху, – это вы их всех?
Повернулась, шелк юбки заколыхался, внимание хозяина кабинета переместилось с ее вторых девяносто на первые.
Миссис Гарднер перехватила взгляд спутника – не зайди она в кабак, что бы он теперь делал?
– Эдди, ты такой зануда, – закапризничала блондинка, наметив следующим пунктом для исследования вторую дверь.
Но не рассчитала, попыталась пройти за спиной Томаша, и почувствовала, как его пальцы сомкнулись на ее запястье. Развернувшись в кресле, он дернул ее за руку, вынуждая сесть себе на колени.
Холли не подозревала, какие воспоминания эта картина могла вызвать у Шерлока, никакие посторонние мысли не отвлекали ее от оказавшейся удобной роли – аристократку возмутила бы мужская ладонь на своем бедре, но блондинка, казалось, не замечала грубого прикосновения.
– Вау, – скромный словарный запас компенсировали богатые интонации, – мистер Горак, он такой большой!
Рука скользнула вниз к поясу мужчины, пальчики пробежались по рукоятке пистолета в кобуре.

+1

11

-    Чума, - процедил Горак. – Оставлять следы – не наш профиль, - оказывается, он мог говорить предложениями длиннее одного междометия, но делал это так, как будто слова являлись его злейшими врагами: беспощадно чеканя каждое.
Чех внимательно следил за неторопливыми, наполненными чужой для этого места нежностью и кошачьей грации, движениями гостьи. Ее пальцы провели по выпуклым костным пластинкам черепов, и Горак в предвкушении шумно засопел, желая, чтобы она прикоснулось к нему также. И больше. Он же лучше обыкновенного пражского декора.
На первый взгляд могло показаться, что Томаш совсем забыл про существование второго гостя в комнате, но лишь на первый. Нормами криминального гостеприимства никак нельзя было пренебречь - правая рука всегда готова была посодействовать остальным частям тела, выхватить пистолет из кобуры и сделать один точный, стремительный выстрел по противнику. Как в американских вестернах. Люби женщину, сколько хочется, но помни о бдительности, или смерть вспомнит о тебе.
На одной из стен в темной спальне чеха висел плакат "Хороший, плохой, злой". И, должно быть, он считал себя всеми тремя ипостасями.
- Невероятно интересно, - сухо констатировал Шерлок. - Но, то, что я хочу вам рассказать не менее захватывающе и касается вашей собственной свободы. Хотя вряд ли перемена этого места на камеру сильно вас расстроит.
Мысли Горака были заняты Холли, а мысли Шерлока – водой.
Когда Влтава выходила из берегов и разливалась по всему центру города, наполняя туннели мощными потоками воды, куда бежала крыса по имени Горак?
Где-то здесь был скрыт тайный ход, куда короче того, по которому их вели подростки.
И пока Шерлок осматривал кабинет, Холли оказалась на коленях Томаша, и рука Горака по-хозяйски прохаживалась по ее бедру.
Холли не выглядела испуганной. Она, как и Шерлок, придумала себе роль, и поверила в нее, что помогло успешно вжиться в чужую шкуру.
Женщины – коварнейшие из созданий. А уж от журналисток следовало держаться как можно дальше.
Нужно было действовать. А для этого Шерлоку необходимо было добраться до компьютера Горака. И было бы куда проще, если бы Томаш оставался некоторое время в неведении, кто копался в его ноутбуке.
- Холли, какого черта, - негодуя, воскликнул Шерлок, сделав шаг вперед.
Рука Холли как раз скользнула к пистолету Томаша, но он выхватил его раньше, чем женщина смогла предпринять попытку.
Шерлок поднял руки, когда дуло оружия оказалось нацелено на него.
- Я пришел вам помочь, а вы решили отплатить мне подобной монетой?
- Женщина сделала выбор, - вздернув вверх квадратный подбородок, ответил Томаш.
И не поспоришь.
Томаш продавал порно. По всей стране были открыты его подпольные съемочные площадки. В коллекции Горака можно обнаружить фильм на любой взыскательно-извращенный вкус. Сценарий к некоторым из «шедевров» он написал лично. 
Холли могла получить весьма громкий материал для статьи. Если увела бы Томаша за собой в спальню. Минуты Шерлоку оказалось бы достаточно.

+1

12

Холли трезво оценивала свои шансы – те были, мягко говоря, мизерные. Отстраненно отметила, что в этой дыре хотя бы сухо.
На что рассчитывал Шерлок, напрашиваясь на встречу с этим психом? Адреналин в крови, обстоятельства, заставляющие думать за пределом собственных возможностей – его. Она не умела так планировать.
Сколько можно вляпываться, словно ей медом помазано везде, где кто-то один собирается убить кого-то другого. И даже на профессию не списать – в Прагу она ехала не за материалом, а за новыми впечатлениями. Ну вот, получила.
У каждого мужчины есть одна болевая точка, которую не нужно вычислять путем бесконечных наблюдений, доверительных разговоров и предварительного штудирования трудов Фрейда, Юнга, Павлова и Роршаха.
На ее стороне был фактор неожиданности и остатки маски глупенькой блондинки.
Правая рука скользнула вниз, пальцы сомкнулись – причинить боль, как можно больше боли и унижения. Оскорбить мужское достоинство Горака. Во всех смыслах.
Одновременно левая рука пошла в сторону, ударила по локтю чеха, отводя пистолет от официально мертвого детектива.
Насколько удалось отвлечь Томаша, женщина не видела – смотрела в налившееся кровью лицо, метающие молнии злые глаза. Слышала только, как что-то шлепнулось на пол – не могла вспомнить, что еще стояло на его столе, кроме ноутбука.
Блондинки, как все люди, не любят умирать. Трепыхаться, бороться до последнего, царапаться, кусаться, кричать – что угодно станут делать, лишь бы дать себе призрак шанса, продлить агонию.
Миссис Гарднер почувствовала, как чужие пальцы вонзаются в кожу. Если ее сегодня убьют, завтра не придется думать о синяке. Даже Билл, которому хватило духу нанять киллера, ни разу не поднял на жену руку.
Еще минуту назад Горак только и мечтал, чтобы она оказалась ближе к нему, а теперь отмахивался, словно от собачонки, вцепившейся в палец. Слишком сильный, чтобы можно было сопротивляться, слишком рассерженный. Оказавшись на полу, женщина только и могла, что пнуть стул – добротный экземпляр офисной мебели – на колесиках.
А потом прозвучал выстрел.

+2

13

Или можно было поступить так: разозлить Томаша Горака, причинив ему массу неудобств и серьезно задев мужское самолюбие, чтобы он забыл обо всем на свете, в том числе и об осторожности. Шерлоку такой вариант развития событий в голову не приходил. Впрочем, так близко к чеху ему приблизиться все равно бы не удалось. 
Горак был раздосадован и взбешен до крайности. И сейчас хватался за любую возможность отомстить Холли за нанесенное оскорбление, грубо впиваясь толстыми пальцами в руки девушки. Ведь как же так: вожделенное тело вместо того, чтобы дарить радость единения, не только посмело восстать против него, но еще и вцепилось в самое дорогое, что у него было.
За такое можно и убить.
Но пистолет выпал из его рук, и некий Эдвард Тич без лишнего шума его забрал. А дальше сработала трех месячная подготовка в МИ-6 (сокращенная программа по просьбе инструктора Шерлока, который сразу после этого тяжелейшего опыта уволился со службы по состоянию здоровья). Так как смерть Горака, как и смерть случайной знакомой не входили в планы детектива, он прицелился, сделал поправку на откатившийся чуть в сторону под отчаянным натиском Холли стул Томаша, и выстрелил.
Горак пронзительно закричал, еще не отойдя от предыдущей травмы, и рухнул на пол, к счастью, рядом с девушкой, а не на нее. Теперь все, на что распространялось его внимание – рана на бедре. 
Надо было бежать. Схватившись за спинку опустевшего стула, Шерлок докатил его до двери и заблокировал ее. На некоторое время их преследователей это задержит.
Спрятав пистолет за ремень джинсов (Томаш оказался беспомощен словно котенок, так что не было смысла держать его на прицеле дальше), Шерлок бросился к Холли и помог ей подняться на ноги.
- Ты в порядке? – спросил он, и не дожидаясь ответа, протянул ей свой телефон с уже включенным фонариком. Захлопнув ноутбук, Шерлок взял его со стола, прижал к груди и решительно подошел к декорированной человеческими черепами стене. Быстро смерив ее взглядом, он нажал на один из черепов. Ничего не произошло. Тогда он попробовал другой. Но снова ничего. Шерлок вздохнул, поджал губы и сделал третью попытку, чуть приподняв череп. Стена ожила под его рукой. За дверью послышались крики.
Приложив небольшое усилие, ему удалось сдвинуть искусственную стену внутрь открывшегося потайного хода.
- Скорее, уходим, - скомандовал он, пропуская девушку вперед. У него было еще одно маленькое дело в этом темном подземелье.  Он должен был убедиться. Вопрос чести. Заглянув в спальню Томаша, он нашел тот самый плакат над кроватью бывшего боксера. Улыбнувшись, Шерлок развернулся к Гораку, который как раз пытался подняться на ноги.
- Чертов убл… - договорить чех не успел, потому что Шерлок наотмашь ударил его пистолетом по лицу. В этот момент кресло не выдержало ударов с другой стороны двери и откатилось вглубь комнаты. Преступники ввалились в кабинет, как раз в тот момент, когда Шерлок исчез в темноте тайного хода.
- Я разберусь с боссом, а вы схватите этих гадов, - приказал один из них. Охранники достали пистолеты и двинулись к проходу.

+1

14

Только по голосу – надрывному рыку раненного зверя – Холли поняла, кто стрелял, и в кого попали. Почему так – самые сильные, самые уверенные в себе мужчины становятся абсолютно беспомощными, когда инициатива утекает у них сквозь пальцы.
Женщина до сих пор чувствовала на своем плече железную хватку, словно хотел сломать кости, раздавить, растоптать, как привык делать с каждым, кто был слабее.
Сегодня недооценил других, слишком привык переоценивать себя.
Удивительно, как опасность сближает людей. Лучше секса, лучше разговоров заставляет подстраиваться под партнера, чтобы двое действовали слаженно, словно близнецы, привыкшие угадывать мысли, чувствующие боль и ликование друг друга.
Холли не обольщалась. Просто здесь и сейчас детективу было крайне невыгодно оставлять ее заложницей у бандитов – как минимум, и как максимум тоже, она могла раскрыть им его инкогнито. И раскрыла бы, как миленькая, если бы потрудились спросить, мотивируя – умели, наверняка умели разговорить человека.
Обо всем этом она подумает потом, пока вложила свою ладонь в его, поднялась, убеждаясь, что сможет стоять на ногах, и даже бежать, если понадобится. А понадобиться скоро. Кивнула, взяла протянутый фонарик, с интересом наблюдала, как Шерлок ищет пружину, открывающую секретный проход. Затем послушно скользнула в темноту тоннеля и пошла вперед, подсвечивая себе путь телефоном. Через пару десятков метров коридор резко сворачивал влево, на углу женщина остановилась.
Насколько хватала мощности светодиодов, стены и потолок – ровные, и небольшой подъем пандусом. Может, выход не так и далеко – надеялась. Воздух был затхлый, пахло землей, Холли попыталась отделаться от напрашивающегося сравнения – словно в могиле.
Она обернулась. Прямоугольник двери, приближающийся силуэт, а потом – несколько бесконечно долгих удара сердца спустя – еще две фигуры.
– Давай, давай же быстрее, – шептала себе, не мужчине, который был еще слишком далеко, чтобы расслышать.
Миссис Гарднер пожалела, что пистолет остался у Шерлока – преследователи были вооружены, и вопрос времени, когда они начнут стрелять. И пусть ее скрывал поворот тоннеля, детектив был для преследователей легкой мишенью – женщина закрыла фонарик рукой, но коридор был слишком узким, чтобы петлять.

+2

15

Крысы чувствовали запах еды за несколько метров от своего пристанища и, спустя некоторое время, ради собственного выживания и жизни будущего помета им удавалось преодолеть непростой лабиринт.
Люди же давно растеряли  первобытные инстинкты в порыве развить свой интеллект до такого уровня, чтобы он позволял им праздно существовать в пространстве.
Но, несмотря на видимый прогресс науки и техники, большинство продолжало мыслить шаблонно. Мозгу куда легче начинать знакомство с новой информацией путем восприятия ее как верной или неверной. Сначала все принимается на веру, и лишь потом ставится под сомнения.
Так проще, ведь для более наблюдательного и склонного к анализу ума требуются время, энергия, и, несомненно, бдительность – все то, что ленивый мозг предпочитает экономить особенно ревностно и расходовать крайне бережливо.
Стена из черепов в кабинете Горака привлекала к себе внимание всех  посетителей без исключения, как единственное «яркое» пятно в этом темном царстве. 
Но Шерлок увидел не только мрачное средневековое украшение.
Так что же заметил Шерлок, находясь в кабинете Горака? Прежде всего, то, что у чеха запущенная форма диабета. Состояние его, судя по всему, стремительно ухудшалось, так как он все больше отсиживался в своих маленьких комнатушках, отказываясь пользоваться уже необходимой ему инвалидной коляской. Сил в Томаше было еще достаточно, чтобы он казался грозным противником, поэтому его мини-империя еще не подняла бунт против смертельно больного лидера и не свергла его в пучину  могилы.
Впрочем, эти туннели выглядели куда хуже могилы.
Томаш похоронил себя заживо, взяв с собой под землю женщин, наркотики и деньги - все, что скрашивало его угасание и еще приносило призрачное удовольствие.
Что ж, в скором времени его ждал переезд.
Если только не произойдет неожиданное.
Погоня по едва освещенным скользким подземным коридорам не входила в планы Шерлока. Предполагалось, что удастся сработать чисто и не засветиться, но история совершила крутой поворот, и все пошло по-мьянманскому сценарию.
К счастью, на этот раз Шерлок знал, куда ему надо попасть и откуда его путь берет начало. Это невероятно облегчало задачу.
Кроме того, в спальне Горака, детектив успел ознакомиться с планом этой части туннелей, висевшим рядом с дверью. Конечно, у него в наличие было всего пара секунд на беглый осмотр и фиксацию расположения коридоров в Чертогах. Ошибиться было легко, но такого права у него не было.
Влетев в туннель, Шерлок врезался плечом в стену, все еще сжимая в одной руке ноутбук, а в другой пистолет Томаша. Он бросился вслед за Холли, надеясь, что охране чеха не приходится каждый день ходить по этим коридорам в бар за пивом, тогда у него и журналистки есть шанс выбраться отсюда живыми.
Стрелять в лабиринте - было сродни самоубийству. Рикошет мог оказаться смертельным сюрпризом как для одной стороны, так и для другой.
Но никто не предупредил об этом чехов. А жизненный опыт сурово безмолвствовал, грозя замолчать навсегда из-за собственной глупости. Шерлок пригнулся, когда сзади послышались первые выстрелы. Только царящей в коридорах мрак и еще не привыкшие к  темноте глаза преступников спасли детектива от бесславной кончины. Пуля ударилась о стену впереди, следующая обожгла предплечье.
Добравшись до Холли, Шерлоку не пришлось ничего говорить, женщина бросилась бежать. Только бы она не свернула в неправильный коридор. Разделяться ни в коем случае нельзя. 
Чехи включили карманные фонарики и последовали за ними. В их задачу не входило сохранить жизнь беглецам. За себя же они совершенно не беспокоились. Шерлок и Холли представлялись им легкой добычей.
- Направо, - скомандовал Шерлок, когда впереди в тусклом свете, исходящем от его телефона, показалась развилка. Спрятавшись за углом, он выстрелил по фонарям чехов, но судя по топоту, все еще раздающемуся позади, не попал. На следующем повороте он повторил попытку, но вновь промазал, не различая цели. Только третья попытка увенчалась успехом. Судя по крику со стороны чехов, кто-то был серьезно ранен. Спустя еще несколько минут, погоня стихла.
Спрятав пистолет в карман, Шерлок перехватил ноутбук в правую руку и сбавил темп.
- За следующим поворотом должна быть дверь, - сообщил он и не обманул. Большая металлическая дверь действительно показалась впереди. Но она оказалось заперта, что, впрочем, не было проблемой. - Посвети мне, - попросил детектив. Он бережно прислонил ноутбук к двери и достал отмычки. Отпереть замок не составило труда, вот только левую руку было сложно долго держать на весу, поэтому прежде чем дверь поддалась, прошло не менее трех минут. За это время в коридорах позади снова послышались шаги.
Но они успели выскочить за дверь и вновь запереть ее (в чем было мало смысла, у преступников наверняка был свой ключ), прежде чем чехи появились у них за спиной.
Кое-как блокировав замок отмычкой, Шерлок огляделся. Они оказались в туннеле метро. Теперь осталось добраться до станции, не касаясь контактной рельсы. По крайней мере, здесь было больше света. А расстояние между станциями в Праге было не намного больше лондонского.
Спустившись по лестнице на пути, детектив указал Холли на рельс под током, которого нужно было избегать, и они вновь побежали.

+2

16

На каблуках Холли забег бы не выиграла. И без них дыхание сбивалось, кровь стучала в ушах, так что женщина едва слышала команды Шерлока. Направо, вновь направо, потом налево. Выстрелы, возня с замком и отмычками… что-то во всем этом было не так.
Она не успела разобраться – они снова бежали, теперь уже по туннелю метро. Воздух здесь был не такой затхлый, а посторонних шумов больше, чем проклятия на чешском и звуки выстрелов. Этот марафон напоминал о чем-то, но миссис Гарднер никак не могла поймать мысль, может потому, что бежала слишком быстро. Слушать, слушать, нужно слушать, но не шаги, а гул, начинающийся вибрацией рельс, к которым ни в коем случае нельзя прикасаться.
Как часто ходят поезда в пражском метро? У нее даже не было времени взглянуть на часы на запястье, да и не знает она, когда в чужой столице час пик, и какой интервал между составами.
Холли не хотелось повторять судьбу книжной героини, в ее жизни не было любви, трагической настолько, чтобы бросаться на рельсы. Да и Шерлок мало походил на Вронского, нет, если говорить об Анне, британский детектив гораздо лучше подходил на роль другого важного мужчины в жизни Карениной, если хотя бы часть новостей, приготовленных ее коллегами-журналистами о нем, были правдой.
Гул за спиной нарастал, на стенах тоннеля появлялись пока еще редкие блики. Справа темнел провалом боковой проход, во всяком случае, Холли на это очень надеялась.
– Эдвард, сюда, – выживут ли преследователи, ведь это первое ответвление, которое оказалось на пути, но лучше не оставить бандитам шанса узнать истинную личность человека, доставившего слишком много неприятностей сегодня вечером.
А потом перед их глазами мелькали вагоны поезда, в свете, сочившемся из окон, женщина рассмотрела порванный на предплечье плащ, края ткани уже успели пропитаться влагой. Миссис Гарднер достала из сумочки шарф – тончайший, почти прозрачный белый шелк – а потом движением, не предполагавшим возражений, стянула плащ с плеч мужчины. Ставила на то, что он не станет стрелять – если преследователи вдруг свернули не туда, слишком рано сообщать им об ошибке – в остальном же поступала так, как привыкла поступать с главным редактором, то есть делала, что считала нужным, а дальше пусть протестует, сколько душе угодно. Даже ослиное упрямство бессильно перед потерей крови, а мистер Холмс был ее единственной надеждой выбраться из туннелей живой. Перетянув рану прямо поверх клетчатой рубашки, Холли снова дернула плащ, теперь уже вверх.
– Куда дальше?

Отредактировано Hollie Gardner (2014-07-06 23:39:48)

+1

17

Время текло в прежнем ритме, но оно словно проживало свою собственную отдельную от них жизнь и казалось лишь ирреальным измерением, не способным коснуться их и хоть сколько-нибудь навредить.
Вот поезд несется на них на всех парах. Экстренное торможение не спасет – вместо двух человек пострадают сотни.
Вдох - они оказываются в безопасности едва ли не за долю секунды до неминуемой гибели. Машинист, проносящегося мимо поезда, не мог не заметить их, и должно быть испытал настоящий ужас, выместившийся на диспетчера пулеметной очередью из слов ненормативной лексики.
Выдох - Холли резким движением сдергивает с его плеч плащ под отсветы от летящих прочь вагонов подземки. Левая рука пульсирует от боли. Ткань рубашки на предплечье успела пропитаться кровью. Он этого не заметил, погрузившись в Чертоги, где хранились планы метро.
«Всего лишь царапина», - не успевает сорваться с губ, но даже если бы он возразил, слова потонули бы в гуле от стука колес. Сердце бешено колотится в груди. Как же некстати это ранение.
Ноутбук едва не выскальзывает из длинных пальцев, но он слишком непросто достался, чтобы потерять его в результате падения на бетонный пол пражского метро. Стена едва заметно вибрируют, когда спина касается ее под напором Холли. Он смотрит ей в глаза, пока она ловко накладывает импровизированную повязку. Похоже, будто бы она делает это не в первый раз. Шарф плотно ложится на рану, быстро теряя свою белоснежность.
Он ей должен.
Плащ вновь оказывается на плечах.
Поезд уносится в мрачную пасть едва освещенного туннеля.
Время приходит в норму.
- Спасибо, - произнес Шерлок, когда они вновь смогли услышать друг друга. Он бросил взгляд на часы на запястье. – У нас есть примерно 7 минут до следующего поезда. До станции около 500 метров. Нужно торопиться.
Он достал пистолет и прежде чем они вновь вернулись на рельсы, убедился, что их больше не преследуют. Погибли ли преступники, или же они просто отстали – дело второстепенное.
Спустя 4 минуты они действительно оказались на станции. Забравшись на пути, проложенные на случай эвакуации пассажиров и используемые персоналом метро, они, как ни в чем ни бывало, вышли на платформу.
Добравшись до длинного эскалатора, Шерлок устало ухватился за поручень.
- Боюсь, твой отпуск придется завершить раньше срока, - заметил он, стараясь не обращать внимания на бросаемые в их сторону скептические взгляды чехов.

Отредактировано Sherlock Holmes (2014-07-20 18:27:22)

+2

18

В тоннеле снова стало тихо, и они снова побежали, вслушиваясь в эхо собственных шагов. Холли никогда не выигрывала стометровки, но сейчас поезд, маячивший за спинами скорой опасностью, и преследователи, которые могли спастись, могли догнать, могли снова стрелять – на этот раз в нее – подгоняли. Как подгоняла высокая фигура впереди. Шерлок словно держал ее за руку, хотя на самом деле прижимал к груди ноукбук, увлекал за собой, не позволяя отстать, не позволяя сдаться.
Она едва не подвернула ногу, неудачно став между шпалами, но продолжала бежать, бежать, бежать, не обращая внимания ни на что, кроме показавшейся впереди светлой точки – станции пражского метро.
Они поднялись на платформу, и миссис Гарднер ловко поднырнула под здоровую руку спутника – просто влюбленная парочка, двое сумасшедших, решивших прогуляться по туннелям работающего метро. И только когда стояла на эскалаторе, на ступеньку выше Холмса, почувствовала, что дыхания хватит рассмеяться – громко и беззаботно, без слов объясняя невольным зрителям, свидетелями чего они стали. Обняла Шерлока – со стороны выглядело, будто они целуются.
Что взять с диких британских туристов?
– Ничего, – легкомысленно отмахнулась, – будет повод вернуться.
Холли сомневалась, что ее когда-нибудь еще потянет в Прагу – слишком богатым на приключения выдался первый же день в прекрасном старом городе. Ее могли убить, с ней что угодно могли сделать – адреналин в крови все еще мешал осознать всю опасность ситуации, мешал проникнуться, мешал по-настоящему испугаться.
– Я уеду, куда скажешь, и на чем скажешь, – по возвращению в Лондон надо будет связаться с отелем, и попросить отослать ее багаж, – но не раньше, чем удостоверюсь, что ты не истечешь кровью в какой-нибудь подворотне. Все равно ведь не пойдешь в больницу!
Эскалатор закончился, у выхода из метро стояло несколько такси. Женщина выбрала то, что только подъехало и высаживало пассажиров – молодая пара с ребенком лет трех, мирно дремавшем на плече у отца.
Выбор отеля оставила спутнику – все равно не знала города, а когда приехали, потянула сперва к мигающему зеленому кресту чуть выше по улице – аптеке. Попросила презервативы, густо краснея седому старичку, дежурившему у кассы ночью, витамины, аспирин, пластырь, бинты, антисептик… могла попросить завернуть ядерную боеголовку – фармацевт уже фантазировал на тему бурной ночи, предстоявшей молодым людям (почти не ошибался, кроме одного незначительного нюанса), и не обращал внимания, что еще они покупают. Холли старалась держаться так, чтобы за ней не было видно окровавленного рукава плаща Шерлока.

+2

19

Рука начала неметь и держать в ней что-либо казалось недостижимой роскошью. Но с ноутбуком можно было справиться и одной правой. Оставалось надеяться, что стрелять больше не придется.
Неторопливо сгибая и разгибая по одному пальцы левой руки, Шерлок невидящим взором рассматривал светлые аптечные полки.
В какой-то момент, должно быть в такси, а может быть немногим раньше, он потерял нить происходящего. Зачем они пришли в аптеку?  Из-за этой царапины?
Он бы мог справиться сам. В отеле наверняка нашелся бы алкоголь, а относительно чистые простыни пошли бы на повязку. В этой новой жизни не было времени на подобные мелочи.
Джон бы наорал на него и принудительно заставил лечиться. Его друг не уставал напоминать ему, что он бывший военный. И только после этого врач. Поэтому он может надавать детективу оплеух, а после вылечить.
Это все были пустые слова, но обычно они хорошо справлялись с упрямством Шерлока.
Джон знал какой-то секрет, неведомый всем остальным и даже самому детективу. 
Весь заказ Холли детектив пропустил мимо ушей, а от того на внимательные взгляды фармацевта, он лишь удивленно приподнял брови. Возможно, Шерлок прослушал какой-нибудь важный вопрос. Впрочем, будучи иностранцем можно было просто виновато улыбаться, делая вид, что не понимаешь, о чем говорит твой собеседник. В Иране это очень помогло.
На всякий случай Шерлок криво улыбнулся фармацевту. Тот улыбнулся в ответ и почему-то подмигнул. Пожалуй, это было странно.
- Не нужно было этого делать, - заметил Шерлок, когда они вышли на улицу. – Тебе опасно оставаться со мной. Как только мы окажемся в отеле, я позабочусь о твоей безопасности.
Отель находился в весьма живописном месте Праги-3 неподалеку от телебашни и трех кладбищ: еврейского, пражского и советского.
Регистрация не потребовала документов  - 100 евро сыграли свою позитивную роль в переговорах с администратором.
В лунном мерцании они смогли разглядеть свое временное пристанище. Комнатка была маленькой и скромной: стены выкрашены в нейтральный серо-голубой цвета,  над изголовьем кровати висела дешевая картина в дешевой раме – какая-то абстракция в абрикосовых тонах; на стене напротив что-то похожее в той же гамме. Шерлок поставил ноутбук на стол. Холли включила торшер. Круг света появился на потолке.
Детектив похлопал себя по карманам и вытащил флешку, подключив ее к компьютеру. Дождавшись, когда программа запустится, он положил пистолет рядом с ноутбуком и сел на кровать, стаскивая с себя плащ.
- У тебя есть мобильный телефон? – поинтересовался он. - Мой остался в другом пальто.

+2

20

Конечно, не нужно было этого делать. Нужно было бросить Шерлока еще у выхода со станции, взять такси, попросить отвести в какой-нибудь другой город, денег, заплатить за такую роскошь, у нее хватило бы, а потом арендовать машину и укатить куда-нибудь, в Польшу, в Краков, например, – выбрать любое направление, кроме западного, где ее могли бы попытаться искать, если у Томаша были хорошие связи в нужных кругах. А они должны были бы быть, едва ли детектив заинтересовался бы мелкой сошкой.
Мужчины такие мальчишки! Только игрушки становятся дороже, чем железная дорога в миниатюре в большой красивой коробке, перевязанной пестрой лентой и припрятанной под рождественским деревом.
– Конечно, телефон, – произнесла Холли, становясь за спиной мужчины.
Положила ладонь на правое плечо, скользнула ниже, к мелким пуговкам рубашки. Размотала шарф – уже окончательно испорченный – еще влажный от крови. Сняла с Шерлока рубашку, затем стянула футболку – так же как тогда, в тоннеле, не спрашивая разрешения детектива, не особо считаясь с его мнением. Сейчас она знала лучше, что надо делать. Правда не знала, как…
Миссис Гарднер прекрасно вышивала – гладью – знала множество техник, но не представляла, что делать с человеческой плотью. «Царапина» оказалась достаточно глубокой и снова стала кровоточить, стоило снять повязку.
Женщина отдала мобильный на растерзание Холмсу – пусть играется. Ей было чем заняться. Принесла из ванной воды в стаканчике для зубных щеток, стерла багровые потеки с бледной кожи, ближе к краям раны обработала антисептиком. Она даже нашла в тумбочке набор ниток и иголок – маленькая английская булавка, и еще пара пуговок прилагались.
– Шерлок, руку надо зашить, – вздохнула Холли, когда тянуть дальше было уже невозможно. – Мне бы пригодилась пара ценных советов. А тебе – немного алкоголя.
Хотя, детектив был так поглощен своими делами, что вполне мог бы продолжать не обращать внимания на ее манипуляции. Восхитительное умение концентрироваться на чем-то одном, совершенно не замечая все остальное. Может, потому из него получился знаменитый сыщик.
– И не надо снова о моей безопасности, – предупредила строго, – позаботишься о ней, когда будешь в состоянии это сделать.
Вот так вот, прячась за намерение помочь ему, убеждала себя, что ее вовсе не волнует чувство опасности. Что оно не заставляет сердце биться сильнее, и не от страха, а от предвкушения, ощущения угрозы, которая отступила, но не исчезла совсем.

Отредактировано Hollie Gardner (2014-07-28 16:34:10)

+1

21

Потребовалось некоторое  время, чтобы восстановить в памяти контактную информацию сотрудника МИ-6 в Праге.
Почти два года назад, когда Шерлок имел возможность ознакомиться с семистраничным списком агентов, с которыми он мог связываться в случае крайней необходимости (то есть никогда, как пояснил Майкрофт), ему дали всего несколько минут, чтобы изучить данные. Мнемотехническая модель  для их запоминания была довольно-таки простая – периодическая таблица химических элементов Менделеева подходила идеально – все сто восемнадцать связных заняли свои места в отведенных им клетках. Система казалась продуманной до малейших деталей. Но время все же имело над ней власть – Чертоги были не бесконечны, что-то приходилось прятать на мрачном плохо освещенном  чердаке.
Стоило разобраться там и избавиться от всего лишнего.
В Лондоне. Он займется этим на 221б на Бейкер-стрит, сидя в кресле у камина, когда за окном будет лить дождь, а миссис Хадсон принесет ему чай, болтая без умолку про больное бедро, соседку миссис Тернер и бардак гостиной. Джон, неспешно выискивая каждую букву на клавиатуре, будет привычно набирать новый текст в свой полной чепухи блог.
«Шерлок решил новое дело! Он гениален!!!111 До сих пор не понимаю, как ему это удалось!!!11»
Что-нибудь вроде этого. Бессмысленных предложений больше, фактов меньше. Джунгли эмоционально напыщенных фраз, через которые читатель должен был прорываться с чем-то посерьезнее, чем мачете, чтобы добраться до смысла.
Улыбка промелькнула на лице Шерлока, тут же уступая место дежурной сдержанности.
Потом. СМС-сообщение унеслось в пространство телекоммуникационных вышек, а Шерлок поспешно снял с телефона заднюю панель, вытащил аккумулятор и отправил аппарат вместе с батареей в мусорное ведро. Она журналистка и, как он успел оценить, достаточно умная, поэтому потеря телефона при таких обстоятельствах не станет для нее большой трагедией.
- Оставь, это ерунда, - ответил Шерлок, увидев нитки и иглу в ее руках. Боль  давала необходимый заряд энергии уставшему телу. Алкоголь мог свести эффект на нет. Поэтому об этом и речи идти не могло. – На это нет времени сейчас. Зашью позже, -  к его удивлению, футболки и рубашки на нем уже не было. Когда она успела? Это было немного внезапно. – Наложи повязку, этого будет вполне достаточно.  – К утру агент МИ-6 поможет тебе пересечь границу с Германией, а там сядешь на самолет до Лондона. Мой брат позаботиться о том, чтобы все прошло гладко. Это в его интересах, - несмотря на ее предупреждение, сообщил Шерлок, отстраненно рассматривая рану.
Казалось бы, за такой период он должен был набраться необходимого опыта. Но каждая новая ячейка давалась с трудом, словно все силы остались позади, а впереди было еще много работы.

+1

22

– Как хочешь, – пожала плечами женщина. В конце концов, это была его рука, его жизнь.
Как могла стянула края раны, наложила повязку, стараясь не перетягивать слишком сильно, чтобы не перекрыть приток крови.
Холли старалась не задумываться, что делает.
Шерлок все устроил, она была уже почти в безопасности. Зря он это сказал. Миссис Гарднер почувствовала, как навалилась усталость – она вымоталась. Сегодня, или уже вчера, выдался слишком насыщенный день: перелет, отель, прогулка по городу, кабак, в который не стоило заходить, пещеры, пальба, погоня по тем же пещерам и по туннелю метро. Ноги гудели, против такого с собой обращения.
Она поднялась, чтобы убрать нею самой и устроенный филиал больницы. Наверное, следовало настоять, и попробовал бы мистер Холмс протестовать, но зачем ей это? Ведь это он втянул ее в историю, он подсел за столик, сделав невозможным скандал с местными, он обманул этим ощущением, что контролирует ситуацию, обещанием приключения.
Ей всегда было трудно устоять перед подобным предложением, даже если на самом деле никто не предлагал. Нет, не всегда, последние несколько лет – с тех пор, как Билл пытался от нее избавиться. Наверное, нельзя взглянуть в глаза смерти и остаться прежней. У ее смерти были светлые серо-голубые глаза.
Нет, она не станет думать о нем. Не сейчас. Никогда.
Возвращалась из ванной, когда время снова ускорилось, сжалось до мгновения, которое наблюдала словно в замедленной съемке. Вот она идет – номер небольшой, так что от двери до стола всего несколько шагов, а вот уже Шерлок опрокидывает ее на кровать, вжимая в матрас своим весом. Тогда же раздается звон разбивающегося стекла и хлопок – пуля вошла в стену.
Холли смеется:
– Без тебя жизнь была бы куда более скучным занятием.
И шарит руками по его обнаженной спине, чтобы удостовериться, что стрелявший промахнулся.

+1

23

Программа закончила обработку, пока Холли перевязывала его рану. Царствование Томаша Горака подошло к концу, когда последние данные отправились в аналитический центр МИ-6. Шерлок слегка прибавил им важности, добавив гриф "приоритет номер один" - угроза жизни Королевы.
Почему бы и нет.
Привет, Майкрофт.
Всего несколько минут и Томашом заинтересуются крупнейшие службы общественного правопорядка мира. Даже у Интерпола появятся основания для встречи с паном Гораком в Панкраце*.
В век высоких технологий ничего не стоит в момент запятнать репутацию человека. В случае, когда репутация и так подмочена, период ожидания уменьшается в разы. Никакой фальсификации, только правда, неприкрытая толстым слоем приобретенной за деньги лжи.
Кое-чему он все же научился у своего противника.
Шерлок в задумчивости сложил молитвенно руки перед собой, забыв о ранении.
СМИ могут быть полезными союзниками, чем бы не оборачивалась их работа для людей. Он совершил ошибку в прошлом, которую больше не повторит - часть материала достанется и Холли. Если захочет, продаст сведения Гардиан, уже не рискуя расстаться с жизнью.
Кудрявая прядь выбилась из тщательно уложенной прически и упала на лоб. От образа Эдварда Тича не осталось и следа.
Так трудно отказаться от детских идеалов.
Генри Морган, Уильям Кидд, Фрэнсис Дрейк - его типичные псевдонимы, перемежающиеся с обыкновенными английскими именами.
Это его долгая дорога домой, как у мореплавателей прошлого, многие из которых обрели свой дом в море, навсегда связав с ним жизнь и смерть.
Завтра он заснет в очередном чужом городе под именем Уильяма Дампира или Вудса Роджерса, а  быть может Томаса Кэвендиша, которые не имеют ничего общего с Шерлоком Холмсом.
Возможно, имени не будет вовсе, что станет хорошим контрастом с его известным в узких кругах лицом. Это ему идет.
Пока он не вернется в Лондон.
Холли вышла из ванной. Шерлок собирался сообщить ей, что она может отдохнуть, пока не прибудет агент МИ-6, но очень вовремя краешком глаза заметил отблеск в окне напротив.
Рефлекс сработал мгновенно. Он кинул ее на кровать, прикрыв своим телом. Пуля разбила окно и врезалась в стену.
Холли нервно рассмеялась, водя руками по его спине.
Все закончилось, - пообещал Шерлок, аккуратно ложась рядом с ней на спину, всматриваясь в испещренный трещинами потолок. Он продолжал говорить, одновременно вслушиваясь в едва различимый шум на улице. Сказал, что ей нечего бояться. Что это лишь предупреждение. И оно не от Томаша, потому что он бы убил их, а не попытался напугать. Сообщил, что с Гораком покончено, и вскоре она забудет обо всей этой истории, как о страшном сне. Вновь шагнет на земли Англии, где обязательно поинтересуется у мистера Майкрофта Холмса, как его диета. И полюбуется выражением лица сурового британского правительства.
Съест фиш энд чипс, купленный в палатке где-нибудь в районе Тауэра, и ей неожиданно покажется, что это самое вкусное блюдо на свете, а затем она отправится в парк, где покормит птиц хлебом...
Он говорил что-то еще, отвергнув мысль проверить дом напротив. Киллера все равно там уже нет. Убийца испарился, оставив свою подпись на стене.
Шерлок слушал ее размеренное дыхание, не торопясь подниматься. Немногим позже он задвинет занавески и укроет ее одеялом, после чего извлечет пулю из стены и, возможно, убедившись, что канал безопасный, заглянет в блог Джона, привычно напишет комментарий, но удалит еще до отправки.
До рассвета оставалось еще несколько часов.

__________________
*район Праги, где расположена тюрьма.

The end?

Отредактировано Sherlock Holmes (2014-08-19 00:07:34)

0


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » 03.05.2013 - I’ve learned the rule there are no rules