« — На самом деле мне очень не хватает семьи, — сказала Эвр на десятой минуте беседы с той толикой безразличия, которая позволила бы человеку понимающему внутренне воскликнуть «Аааа!! Она говорит что ей не хватает семьи, но на самом деле причина конечно не в этом. Но она слишком умна, чтобы скрывать истинные причины таким явным способом, и конечно предположит что именно так я и подумаю, а если так, то надо подумать иначе… Значит. Эврика! Ей не хватает семьи!».
"The five-minute rule", Eurus Holmes



Sherlock. Come and play

Объявление

Уважаемые гости и участники. В связи с загруженностью АМС игра уходит на хиатус до начала 2018-го года. Благодарим за понимание!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » Someone who cares


Someone who cares

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Время и место: 16 апреля 2010 года, кабинет мистера Нортона.
Участники: Godfrey Norton, Nichole Frost.
Краткое описание: Нортону требуется временная замена секретарши, а Николь - деньги.

0

2

Весь смысл сорока прожитых лет в случае Николь можно было уместить в одно слово "война": Фрост хорошо умела убивать и бесстрастно относилась к каждой жертве, будь то силуэт, падающий в прицеле винтовки, или остывающий часовой со следами гарроты на шее; Фрост хорошо умела выживать, что бы ей ни угрожало, от арт-обстрела до не стерилизованных инструментов торопливого хирурга. Оказавшись вдали от военных действий, лейтенант узнала для себя кое-что новое: жить она не умеет, а воевать больше не хочет.
Прошло четыре месяца с того момента, как у неё появился повод просыпаться утром. Прошло полгода с того дня, как её выслали с фронта. После того, как в уличной драке она вновь почувствовала себя живой, прошли всего сутки.
Это утро Николь провела перед зеркалом, и с каждой минутой шанс получить хотя бы временную работу казался ей всё более призрачным — спрятать разбитую губу и широкую ссадину под слоем косметики не вышло. Идея остаться дома и провести весь день перед телевизором становилась всё притягательней: позавтракав соком и двумя таблетками анальгетиков, Фрост даже набрала номер приёмной, чтобы сообщить об отказе. Но передумала. На организацию этого собеседования давний друг её отца потратил слишком много усилий, чтобы вот так просто послать всё к чёрту. И ей слишком нужны были деньги.

Сидя в приёмной в ожидании вызова, Николь пыталась понять, ради чего она здесь, втиснутая в лучший костюм из своего гардероба, тратит время, которое могла бы провести много продуктивнее. Например, сходить в аптеку за лекарствами или в супермаркет за виски. Или в банк за пенсией, которую стыдно даже пересчитывать.
Месяц работы здесь стал бы той строчкой в её резюме, что позволила бы ей обзавестись приличной статьёй дохода — стабильной, мирной службой где-нибудь в респектабельном месте. Сестра была бы счастлива, счёт в банке пополнялся бы, и в копилку плавно утекали бы деньги на обучение близнецов. Стоило ли это двадцати минут ожидания среди девиц модельной внешности?
— Мистер Нортон готов принять Вас, — хорошенькая, точно с обложки журнала, секретарша улыбнулась интеркому и поманила Николь ухоженной ручкой.
Да, безусловно. Стоило.
Бросив тоскливый взгляд на зеркало в медной оправе, Фрост поправила чёлку, подтёрла подушечкой мизинца смазавшуюся помаду и, удобнее перехватив тонкую папку с собственным резюме, решительно шагнула ко входу в святая святых.

Этот человек в составе Парламента решал судьбы миллионов людей. Он был одним из тех, кто отправил британскую армию защищать чуждые ей идеалы. За него — и из-за него — умерли её друзья.
— Мистер Нортон? — заставив себя улыбнуться, Николь прикрыла за собой дверь. — Меня зовут Николь Фрост. Я пришла на собеседование.
Если ей повезёт, он возьмёт её к себе на службу.
— Признаюсь сразу, опыт работы у меня небольшой, — в резюме Марк, старый друг её отца, лично вписал рекомендации, обелив два месяца жизни Николь. — Но я уверена, что справлюсь.
Возможно, ей даже понравится у него работать.

Отредактировано Nichole Frost (2014-03-23 23:25:22)

+1

3

Получив из отдела кадров официальную записку о том, что его секретарю давно пора взять отпуск, Джефф очень удивился.
С Патрицией они сработались с первого же дня: она не пыталась спорить, четко выполняла указания, помнила его расписание до последней назначенной встречи, умела быстро находить нужную информацию и готовила просто потрясающий кофе. А еще виртуозно игнорировала любые комплименты, если только те не касались работы.

Представить, что он останется без Пат, пусть всего лишь на месяц, было сложно.
Неделю он думал, прежде чем сообщить секретарю о надвигающейся катастрофе, но после третьей докладной сдался. Вызвал мисс Джонс, молча протянул служебные записки и чистый лист бумаги.
Никогда бы не подумал, что женщина, преданным цербером сидевшая в его приемной, способна на столь интенсивные эмоции: Патриция ознакомилась с документами, сверкнула глазами, и, не говоря ни слова, написала заявление. После, уже на пороге кабинете, как бы между прочим обронила, что подыщет себе временную замену до конца недели.

Всю серьезность заявления Джефф прочувствовал уже на следующее утро, когда обнаружил в приемной толпу женщин, преимущественно молодых и длинноногих; Патриция, отгородившись от них монитором, просто-таки сияла. Настоящая стерва, впервые позволившая заглянуть под маску образцового исполнителя.
Встречи, запланированные на утро, она уже отменила.

Принесла кофе и пригласила первую соискательницу.
У всех девушек были прекрасные резюме: высшее образование, заоблачная скорость печати; красивые лица, приятные голоса, но ни одна не дотягивала до уровня, к какому привык мистер Нортон.

Когда через два часа в его кабинет вошла очередная претендентка, Джефф готов был устроить мисс Джонс первый в ее жизни выговор. Стопка CV с номерами телефонов отклоненных кандидаток росла, а временная должность так и оставалась вакантной.
Женщина, которой жестом предложил занять одно из двух кресел по ту сторону стола, отличалась от остальных. Она была старше и, судя по всему, умела за себя постоять.

Дежурная улыбка политика получилась почти человеческой.
– Мисс, – на руке, протянувшей папку, не было обручального кольца, – Фрост. Неужели полиция Лондона не справляется со своей работой?

+1

4

Зря она пришла сюда — лучше было пойти продавщицей в супермаркет. В конце-то концов, там не требовалось ни высшего образования, ни умения обаятельно улыбаться, достаточно было только выучиться обращаться с кассовым аппаратом и спрашивать документы у тех, кто очевидно не достиг совершеннолетия. Марк так настаивал, пытаясь вывести её "в люди" — не попытаться права не было.
Заняв своё место на кресле напротив собеседника — на краю сиденья, спина прямая, руки сцеплены в замок на коленях — Николь позволила себе ещё раз осторожно взглянуть на мужчину.
Бесполезно. Пустая трата времени.
— Я не имею никакого отношения к полиции, сэр, — Николь попыталась смягчить дежурный оскал, добавив в свой хрипло звучащий голос увещевающих нот, но быстро догадалась, о чём шла речь.
Пальцы осторожно коснулись разбитой губы, и Фрост смущённо потупилась.
— Но, если Вы говорите о, — замявшись, она попыталась найти подходящее слово, но... — об этом, то это всего лишь случайность. Неудачно упала.
На чужой кулак. С кем не бывает? Николь напряжённо изучала собственный маникюр — один ноготь под слоем бледно розового лака был сорван почти до мяса об чужую куртку — и старалась не поднимать взгляда.
Насколько гармонично смотрелся Нортон в своём любовно обставленном кабинете, настолько Фрост чувствовала себя в нём лишней.
Анна была бы рада, получи она эту проклятую работу. Находиться в унизительном положении просящей... Неужели ради этого стоило выживать?
— Первый раз вышло так неудачно, — бросив короткий взгляд на Нортона, Николь безразлично пожала плечами. — И, впрочем, последний. Вы же говорили об этом? — И попыталась исправить положение шуткой, даже заставила себя улыбнуться. — Насколько я помню, плакаты "разыскивается" сняли уже давно.

+1

5

Визави, определенно, чувствовала себя не на своем месте. Неожиданно приятный контраст после череды молодых амбициозных женщин, большая половина которых мечтала вовсе не о карьере.
К тому же Джеффу надоело раз за разом задавать одни и те же вопросы и выслушивать шаблонные ответы. Работу никто не отменял, а ближайший месяц при любых раскладах обещал быть непростым.

Поставив Николь мысленный плюсик за серьезность и неловкую попытку пошутить, мужчина сосредоточился на содержимом папки.
Резюме многое объясняло – от прямодушия до ссадины на скуле.

Снял трубку:
– Патриция, принеси, пожалуйста, кофе. Два. – Вопросительный взгляд, адресованный мисс Фрост, возможно у нее будут какие-то пожелания.
Какой кофе предпочитают британские солдаты? Хотелось верить, что это не чашка Джо – отвратительная водянистая американская бурда – в погоне за количеством никого не интересовало качество: вкус, аромат, ритуал.

Где-то система очень сильно сбоит, если лейтенант, уйдя в отставку, вынуждена искать работу секретаршей.
Что он должен чувствовать: раскаяние, угрызения совести? Джефф знал об армии две вещи: та существует, и время от времени Парламент принимал решения относительно ввода, вывода, или перемещения войск.

– Николь, скажите, чем вы планируете заниматься после? Вы же знаете, вакансия временная и через месяц вам придется искать другое место.
Пат появилась с подносом, одарила соискательницу критическим взглядом, и скрылась, плотно закрыв за собой дверь.

+1

6

Пока Нортон изучал её — по содержимому тонкой папки, Фрост изучала его: осторожно разглядывала ухоженные руки, то и дело цепляясь взглядом за край торчавших из-под рукава часов, наверняка, баснословно дорогих, втайне любовалась прямыми — гордыми — чертами лица, показавшего ей несколько надменным, и никак не могла решить, заслуживает собеседник её презрения или нет.
На нём не было ни следа войны, и для Николь это было ново.
Спохватившись, она отвела взгляд.

— Я бы предпочла чай, если можно, — старая привычка военных лет, когда чай был на вес золота, а о кофе не смели и мечтать. — Я умею варить кофе, но не люблю его пить.
Можно думать, что жизнь для себя человек выбирает сам. Можно. Но на самом деле всё предрешено — Бог определяет, в какой семье человеку родится, и он же наставляет его на нужный путь. Попади Нортон на фронт, он наверняка бы остался на нём — в безымянной могиле.
Стоило ли винить его за то, что он жив и его судьба сложилась много лучше?

— Месяц работы здесь позволил бы мне без проблем устроится на хорошую должность где-нибудь ещё, — Фрост снова равнодушно пожала плечами. — Но на самом деле...
Прервавшись, Николь усмешкой ответила на придирчивый, но быстрый осмотр секретарши. Коротким кивком поблагодарила её за принесённый чай и вновь перевела взгляд на угол полки за плечом собеседника.
— На самом деле я не знаю, — признание далось ей тяжело и сразу после произнесения показалось лишним. — Но это не имеет значения.
Горячая чашка приятно грела вечно холодные руки. Не сделав ни одного глотка, Николь осторожно поставила её вместе с блюдцем на край стола.
— Я всегда внимательна и предельно корректна. Быстро печатаю. Быстро учусь.
Всё же, это было достаточно унизительно.
Всё же, ей нужны были деньги. Может, когда-нибудь Марк или Эндрю смогут точно так же принимать в своём кабинете претенденток на должность секретарши.

Отредактировано Nichole Frost (2014-03-24 17:41:41)

+1

7

Он попытался представить себя на ее месте – обычное упражнение, не раз выручавшее тогда еще молодого адвоката. Столько лет отдала службе родине и Ее Величеству Королеве, и что получила взамен: смешную пенсию и необходимость просить о чужом снисхождении.

Джефф видел это чувство униженности в устремленном на сложенные на коленях руки взгляде, слышал в подчеркнуто вежливых ответах.
Привычка подчиняться, выполнять приказы, мириться с ними, мириться с условиями жизни – существования.
Красивая женщина, но возраст угадывается в выражении глаз.
Она видела смерть, страдания, боль. Говорят, такое не забывается.

Мистер Нортон предпочитал не задумываться. Ему были по вкусу битвы иного толка, в них главное оружие – слова, правда и ложь, желаемое и действительное.
И Николь, если она займет вакантную должность, придется с головой окунуться в мир двуличия и полуправды – оттенки серого сложно рассмотреть тому, кто привык видеть окружающую реальность в черно-белых тонах.
Жестоко заставлять мисс Фрост наблюдать изнанку большой политики, не разменивающейся на судьбы отдельных людей.

– Я понимаю. – Джефф кивнул: хороший старт, приличное жалование сейчас и, возможно, в будущем. Но достаточно ли этого?
Ему было бы мало.
– Но, если бы у вас был выбор, чем бы вы предпочли заниматься?
Сомневался, что визави выбрала бы тихую жизнь: домик в деревне и сад, где выращивала бы розы. Люди, подобные ей, предпочитают действие пасторальному прозябанию.

+1

8

Неужели это действительно было так важно? Докопаться до сути, влезть, если не в душу, то хотя бы в разум? К подобному вниманию Николь была не привычна — особенно со стороны таких, как Нортон. Холёные — лощёные, лоснящиеся от собственного благополучия.
За вспышкой раздражения она не видела ни синяков под его глазами, ни тонкой сети морщин, испещривших его лицо.
— Не знаю, — вскинув подбородок, она покачала головой. Сжала губы, коротко поморщившись от боли. — Я понятия не имею, что мне здесь делать.

Первое утро в мире: квартира Анны, тишина, покой и навязчивый запах кофе. Дети отосланы к бабушке, сестра спрашивает про войну, и Николь нечего ей ответить. Сестра спрашивает о том, что будет дальше, и у Николь снова нет слов. Ссора: крики, мат.
Второй день в Лондоне: шум автострады за окном съёмной квартиры, запах бензина; Николь чудятся взрывы и кровь на песке. Одиночество, тоскливое и долгожданное. Виски: спокойствие, забвение.

— Но я знаю, что от меня требуется. Я должна найти нормальную работу и жить нормальной жизнью, — точно зачитав с листа, Николь проставила ударения, всматриваясь в глаза собеседника и крепче сжимая побелевшие пальцы.
На кой чёрт Нортону откровенность человека, которого он больше не увидит? Ведь дело к этому шло — Фрост чувствовала это, и с каждым вдохом становилась спокойней.
Если подумать, супермаркет — это не так уж и плохо.

Отредактировано Nichole Frost (2014-03-25 11:00:20)

+1

9

Не так давно вернулась – он ведь видел даты – не успела вырастить толстую шкуру, необходимую для выживания в мирное время. Это вам не война, где пуля или пробьет броню, или нет. Здесь люди убивают друг друга медленно, отравляя каждый день по капле, по слову.
Не ожидал так быстро коснуться нежной кожи, еще не зарубцевавшейся раны.
Профессиональная привычка докапываться до сути – иногда она сильно мешала.

– Простите, – примирительно улыбнулся.
Кажется, он нашел замену Патриции, но ирония в том, что понимал: женщине нужно другое место, другая должность.

Взял со стола мобильный, нашел нужный номер.
– Эзра? Это Джефф… ты, кажется, искал сотрудников…
И почему решил, что имеет право распоряжаться судьбой мисс Фрост? Хотя, не распоряжался, предлагал шанс – возможно, не столь простой и удобный, как место секретаря, но никто же ее не заставлял соглашаться.
– Не знаю, у тебя же есть специалисты, вот пусть и проверяют… Она тебе перезвонит… Да, она, не будь ханжой, Эзра. – Покачал головой в ответ на последнюю реплику и отключился.

– Что ж, Николь, ты можешь ближайший месяц заниматься бумажной работой, или позвонить по этому телефону – записал номер на листке бумаги и протянул его визави. Частная охранная фирма. Мне кажется, там тебе будет интереснее.

+1

10

Перед глазами маячили униформа продавщицы, бесконечный поток клиентов и звон кассового аппарата. Передёрнувшись, Николь медленно отвела взгляд. Не повернулась, услышав негромкое "Простите" — была слишком удивлена, чтобы среагировать хоть как-то.
Извинения застали её врасплох. Прогреми в кабинете выстрел, она бы знала, что делать, но в светских беседах ей всё было ново и чуждо.
— Ничего, — слова слетели с пересохших губ легко, и Фрост потянулась за чаем.

Но руки не слушались, и сердце бешено колотилось где-то в горле. Интуиция подсказывала: этот звонок может решить её судьбу. Не желавшая принимать подачек Николь горделиво расправила плечи, но терпеливо промолчала —  не то место, чтобы оценивать мир с позиции силы.

— Благодарю, — чашка звякнула о блюдце. Поднявшись на ноги, Николь забрала клочок бумаги и спрятала в карман пиджака, на мгновение позволив себе мечтательно огладить подушечкой пальца ровные края. — Я свяжусь с ними.

Переход на "ты" она восприняла спокойно — этот человек не заслужил её презрения, но заслужил благодарность. Уже закрывая за собой дверь, она позволила себе с улыбкой обернуться:
— И за проявленное участие — тоже спасибо.
Искренне Николь улыбалась совсем немногим. Чаще всего — племянникам, ведь только они платили ей взаимностью.

Через неделю курьер должен был доставить мистеру Нортону семь тёмных роз, перевязанных простой лентой. Внутрь была вложена новая визитная карточка Николь с эмблемой того самого охранного предприятия.

+1


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » Someone who cares