« — На самом деле мне очень не хватает семьи, — сказала Эвр на десятой минуте беседы с той толикой безразличия, которая позволила бы человеку понимающему внутренне воскликнуть «Аааа!! Она говорит что ей не хватает семьи, но на самом деле причина конечно не в этом. Но она слишком умна, чтобы скрывать истинные причины таким явным способом, и конечно предположит что именно так я и подумаю, а если так, то надо подумать иначе… Значит. Эврика! Ей не хватает семьи!».
"The five-minute rule", Eurus Holmes



Sherlock. Come and play

Объявление

Уважаемые гости и участники. В связи с загруженностью АМС игра уходит на хиатус до начала 2018-го года. Благодарим за понимание!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » Five days in the mountains


Five days in the mountains

Сообщений 1 страница 30 из 40

1

Время и место: 23 - 27 декабря 2010. Швейцария. Где-то в окрестностях Базеля
Участники: Esther Nichols & Sebastian Moran
Краткое описание: Дважды в одну реку не войдешь - это уже неактуально. Мистер М. вновь сталкивает лбами Себастьяна и Эстер. Опять проверка? Или общее дело? А может, просто рождественский подарок?

Отредактировано Esther Nichols (2014-03-16 02:11:41)

0

2

– Черт, черт, черт! – твердила Эстер, уставившись на перевернутый «рейнджровер». Не надо было пытаться переключить радиостанцию. Если бы она удовольствовалась спортивными новостями, то все было бы нормально. Но болельщик Манчестер Юнайтед просто не может спокойно слушать новости о Сити. Потянувшись, чтобы переключить, она на секунду выпустила руль из рук. К тому же Эстер даже не знала, что впереди поворот, – из-за снегопада уже в двух футах впереди не было ничего видно. Не вписавшаяся в поворот машина вылетела на крутой откос дороги и перевернулась на бок.
Еще повезло, что сама не пострадала, думала Николс. Она спрятала голые руки под мышки и уставилась на автомобиль.
Ну почему это не случилось несколькими милями раньше, пока она была еще на шоссе? Там довольно оживленное движение, и кто-нибудь наверняка остановился бы и помог ей, может быть, даже полицейский.
Эстер вспомнила патрульного, который остановил ее машину перед въездом в Базель. Он не выписал ей штраф, только сделал замечание. «Для такой погоды вы едете слишком быстро, юная леди», – вот что он ей сказал.
«Юная леди»! Можно подумать, что она – какая-нибудь сопливая девчонка лет двенадцати. «Юная леди»!
При маленьком росте Эстер давно привыкла, что незнакомые люди не сразу признают в ней взрослую женщину. Но привыкла не значит смирилась. К тому же этот полицейский проверил ее водительское удостоверение, а значит, точно знал, сколько ей лет, – и все-таки назвал юной леди. Его снисходительная манера страшно раздражала Николс. Она уже собиралась выразить ему свое возмущение, как полицейский спросил:
– Куда вы направляетесь?
– В Базель.
– Ого, вам ехать и ехать. – Полицейский с сомнением покачал головой, стряхнув снег с темных с проседью волос. – Может, вам лучше свернуть с дороги прямо сейчас? Здесь  можно без проблем снять номер в отеле.
– Я не могу, – возразила Эстер. Патрульный вскинул брови:
– Это почему же?
– Потому что меня ждут в Базеле и, если я не доберусь туда до завтра, будут волноваться. - Точнее, мне уже никуда не придется спешить, хотела добавить она, вспоминая, слова босса о последствиях, которые ожидают на нее, если там не появится. Будто это было сегодня: звонок, просьба заглянуть в почтовый ящик, билет на самолет к Женеве  и еще карта, где обозначен конечный пункт. На вопрос Николс, что это короткий ответ: рождественский подарок. Все. Эстер больше ничего не спрашивала, а Джим не возвращался к этой теме.
– Сдается мне, они будут волноваться куда сильнее, если вы не доберетесь туда вовсе, – заметил полицейский. – Чем дальше, тем хуже дороги.
Эстер сказала:
– Ничего, справлюсь. У меня четыре ведущих.
Мужчина только пожал плечами:
– Послушайте, я не могу вас задержать, власти пока не перекрыли дорогу, но женщине опасно ехать одной в такую погоду.
«По крайней мере на этот раз он не назвал меня юной леди, и на том спасибо», – подумала Николс. Тем не менее полицейский действовал ей на нервы. То, что она женщина, вовсе не означало, что она не способна справиться с машиной!
Сейчас, глядя на перевернутый «рейнджровер», Эстер утешала себя мыслью, что подобное несчастье могло приключиться с кем угодно. «Да, вот именно, в том числе и с мужчиной».
К сожалению, это случилось именно с ней, и в результате она очутилась на безлюдной, засыпанной снегом дороге как минимум милях в трех от города. Слишком далеко, чтобы идти пешком, особенно без сапог и перчаток. Вот почему она спрятала зимнее пальто на самое дно чемодана?Из верхней одежды у Эстер была с собой только черная куртка из тонкой кожи, но, выбираясь из «рейнджровера», она побоялась ее надеть: снег наверняка испортил бы кожу.
Николс задумалась, прикидывая, имеет ли смысл вернуться на шоссе. Трудно сказать. Она свернула довольно давно, но вряд ли ей удалось отъехать далеко.
– Они тут что, никогда не чистят дороги? – вслух пробурчала она, мрачно обозревая заснеженные окрестности.
В поле зрения следы ее шин были единственными. Возможно, пройдет несколько часов, прежде чем проедет кто-нибудь еще. А может, и дней…
«Если бы у сотового телефона не сел аккумулятор, можно было позвонить и вызвать помощь», – с тоской подумала женщина. Но, к сожалению, сегодня утром перед отъездом она забыла его подзарядить. И у нее нет этих штучек, при помощи которых можно подключать телефон к автомобильному аккумулятору.
«Надо обязательно купить», – запоздало решила. Раньше она об этом просто не думала. В конце концов, в Лондоне она не так часто пользовалась своей машиной, можно даже сказать, почти не водила ее. Каждый раз спускаться в подземный гараж под домом, а потом лавировать в потоке транспорта – слишком много мороки. Гораздо проще взять такси.
Смешно, но в прокате машин ее уверяли чтобы она не играла героя и взяла билеты на поезд, как сказал работник, сидевший за кассовым аппаратом: не надо нам увеличивать статистику пропавших туристов, но почему-то мысль отправиться одной на собственной машине, пуститься в этакое самостоятельное приключение, показалась ей очень заманчивой.
«Да уж, приключение, нечего сказать, – подумала Эстер, дрожа от холода. – А что, если я не выберусь из этой переделки живой? Если никто не придет на помощь?»
В это время года в окрестностях довольно безлюдно-  писали на одном из сайтов- туристы не рискуют добраться до города персональным транспортом. Как только с деревьев опадут последние листья, окрестности словно превращается в город призраков.
«Удачное сравнение, – подумала Николс, с опаской оглядываясь по сторонам. Вокруг – ни души, только снежный саван, покрывший все, включая ее саму. – Да я тут просто замерзну насмерть».
Может, имеет смысл вернуться к машине – по крайней мере, она заслонит ее от ветра. Но «рейнджровер» перевернут, так что внутри не устроишься. Кроме того, даже если она спустится с дороги, то проезжающие мимо могут ее не заметить. Снег и так уже почти замел борозды, оставленные шинами автомобиля. Еще немного, и не останется никаких признаков того, что здесь произошла авария.
Значит, к машине возвращаться нет смысла. Придется остаться здесь, на дороге. Но стоять столбом тоже нельзя, так недолго и замерзнуть. Эстер обхватила себя руками, пытаясь согреться.
Нужно двигаться… но куда?
Наверное, в сторону города. Если повезет, она наткнется на жилье, и тогда можно надеяться на помощь.
Вот только плохо, что она свернула с шоссе на старую грунтовую дорогу, вместо того чтобы доехать до следующего поворота на более широкое и оживленное шоссе.
От холода Эстер уже стучала зубами.
Решено, она пойдет в сторону города. Но сначала нужно достать из «рейнджровера» кожаную куртку. Что из того, что тонкая, тщательно выделанная кожа может испортиться? Впрочем, поиски модной одежды – не самая актуальная из ее проблем. Сейчас самое главное – выжить.
Эстер круто повернулась и стала спускаться по насыпи к машине, чтобы достать куртку. Она решила, что заодно достанет из чемодана какой-нибудь свитер, чтобы надеть его поверх. Можно было бы даже повязать на голову шелковый шарф, а на руки для тепла натянуть носки. И нужно обязательно сменить туфли на ботинки, благо у нее с собой две пары.
Она старалась не думать  на кого она будет похожа – замотанная в шарф, как старушка в шаль, и в носках вместо перчаток.
«Очень мило. Не хватало только…»
Эстер замерла, услышав какой-то звук.
Машина! Неужели кто-то едет по дороге? Так и есть!
Эстер повернулась и стала торопливо выбираться из кювета. Она успела как раз вовремя, чтобы увидеть, как из-за поворота выехала машина.
Выбежав на середину дороги, она закричала, размахивая руками над головой:
– Стойте, стойте! Помогите!

Отредактировано Esther Nichols (2014-03-15 22:39:38)

+2

3

Себастьян глухо чертыхнулся сквозь зубы, пытаясь удержать инстинктивно дернувшуюся ногу от попытки утопить педаль тормоза в пол - человек выскочил прямо перед ним из снежной пелены как какое-то гребанное привидение, абсолютно неожиданно и неотвратимо куроча нервную систему.

Первый тормозной импульс заставил взбрыкнуть антиблокировку, и он понял, что на расстоянии двух метров делать что-то смертельно бесполезно. Вывернул руль вправо, молясь про себя чтобы безумец отпрыгнул, хотя, боже, какая в принципе разница как убивать людей, а кого убивать тоже никакой не было: фотографией больше, фотографией меньше, в конечном итоге просто работа, но на выходных заниматься работой не хочется.

А были именно выходные. Отпуск начался дня четыре назад. Все как у всех: социальный пакет, почти три недели свободы, согласование с начальством, и запланированный автотур по Европе: от Цюриха к Рейнскому водопаду, а оттуда к Базелю.

Мысли тянулись раздражающе медленно, почти так же медленно как приближалась занесенная сугробами обочина. Ступня на автомате отбивала морзянку педали тормоза: коротко-коротко-коротко, плаааавно, коротко-коро... Главное не жать, не жать ни в коем случае. Время замедлилось еще больше. Казалось что сейчас можно закурить и расслабленно закинуть руки за голову. Адреналин по хозяйски взметнул вверх планку давления и сердце колотилось ровно, точно, на грани между тем, чтобы опомниться пока можно и заполошно взметнуться куда-то к горлу. Себастьян сглотнул комок, и машина почти интимно примяла рыхлый снег правым колесом, потерлась боком о сугроб как льстивая кошка, инерция, чтоб ее, поставила отметку ремнем безопасности через грудь, мягко выворачивая руль из ладоней и гася скорость. Три или четыре вздоха кажется. Погано когда за несколько секунд успеваешь подумать так о многом. Вот так и становятся философами.

Себастьян моргнул, выдохнул, поморщился, выслушивая собственные же экспрессивные выражения. Ощутил очень короткий блаженный момент когда понимаешь, что все кончилось - почти как оргазм, но намного круче: адреналин победил наконец сосудисто депрессорную систему и сердце запоздало колотилось, норовя выбраться через глотку на свежий воздух. Открыл дверь. Вывалился на этот самый воздух, запрокинул лицо, подставляя под холодную влажную ласку снега и зашагал обратно, намереваясь хорошенько врезать своему дорожному кошмару. Профессиональные инстинкты все же заставили сунуть руку под куртку, нащупывая ребристую рукоятку.

Окликнув вгляделся в лицо, и нереализованная агрессия вылилась резким:
- Какого черта вам здесь нужно?   
Эстер выглядела странно, очень похоже на чучело, но это была несомненно она.

Отредактировано Sebastian Moran (2014-03-16 13:19:47)

+2

4

Защитный инстинкт сработал на ура - Николс вовремя отпрыгнула с дороги и уже с безопасного для себя расстояния наблюдала за тем, как водитель пытается справиться с управлением.
«Только не перевернись. Умоляю тебя, только не перевернись »- шептало внутреннее я. Она в любой момент готова была бежать к своей машина за аптечкой, и вспоминать все, чего ее учили на уроках первой медицинской помощи. Но не понадобилось. За рулем настоящий мастер. Чтобы так справиться с коллапсом! Эстер точно так бы не смогла. Она бы впала в панику, пустила руль и читала молитву. «Надо будет взять у него несколько уроков экстремального вождения.»

Незнакомца отделяло от нее несколько ярдов, и сначала Эстер не могла разглядеть лица мужчины сквозь завесу снега. Но едва они сделали несколько шагов навстречу друг другу, Николс застыла: она его узнала.
– Себастьян, – ошеломленно пробормотала она.
Надо же такому случиться, чтобы на пустынной дороге в этой глухомани ей встретился не кто-нибудь, а именно Себастьян Моран!
Он выглядел точно так же, как при первой встрече в театре, – холодный взгляд, выдержанность и все такая же ненависть к ее персоне. Даже на расстоянии Эстер ощущала отрицательный поток эмоций от него.

- Красиво умираю! - На одном дыхании выкрикнула она, рассматривая его лицо сквозь пургу.
Только одна мысль о полковнике Себастьяне Моране вызывает у информатора неприятные чувства.  Она так и не разобралась, что это: ненависть, интерес, или то и другое? Почему, когда Джим вспоминает о нем, ей хочется оторвать боссу язык? На эти вопросы она ответа не знала и не сильно искала. Как только Джеймс вспоминал о неудачном походе в театр - информатор включала игнор.

Эстер колебалась. Конечно, ей нужно было срочно добраться до города. Здесь она может замерзнуть насмерть, уже замерзла. С другой стороны…
Насколько это опасно – ехать в кабине с субъектом вроде Себастьяна Морана? Судя по тому, что она о нем знала, этот человек вполне мог быть убийцей. Сесть к нему в машину означало бы нарываться на неприятности.

Николс посмотрела на полковника так, будто старались прочитать его мысли и понять, почему при упоминании о нем у нее столько эмоции. На секунду возникло острейшее желание повернуться и бежать со всех ног в противоположную сторону.
«Успокойся, – сказала она себе. – Нечего раздувать из мухи слона. Он наверняка безопасен. Кроме того, у меня нет выбора. Надо просить о помощи…»

- Я розбила машину, - Указала рукой себе за спину. - а мне очень нужно добраться в Базель. Ты мог бы меня подвести?
Странно, но где-то в глубине души, она молит, чтобы он отказался.

Отредактировано Esther Nichols (2014-03-18 02:10:31)

+1

5

- Я просто счастлив, что вы выбрали меня статистом к своей красивой смерти, - Себастьян раздраженно похлопал по карманам куртки, вспомнил что забыл пачку с сигаретами в очередном придорожном кафе и так и не удосужился купить, мысленно проклял все на свете и прислушался все же к тому, что пыталась донести до него мисс Николс после своего театрального вступления.

Театрального! Эстер и театр, театр и Эстер. И Мориарти. Который не упускал возможности ехидно ему напомнить при случае правила поведения в обществе.
Прокручивая в голове очередное такое воспоминание, он внимательно рассматривал помощницу босса. Как там сказал Джим? Правая рука? Информатор? Добудет что угодно откуда угодно. Может это очередная проверка? Вот мисс Николс жестом фокусника добыла себе Себастьяна в попутчики до Базеля.

"Все случайности", - говорил один из профессоров в их колледже, - "носят характер предопределенности, просто в силу того, что они уже случились и вам их не отменить"
Очень интересный был старик. Потом, много позже, Себастьян узнал что его убили года через три после их выпуска. Случайно, во время ограбления банка. Но необратимо.

- До Базеля? - переспросил он, внимательно рассматривая девушку.
Она явно боялась. И Себастьяна очень, просто жизненно, интересовал вопрос - почему. Он знал, что точно не похож на Квазимодо, был уверен в том, что во время их первой встречи не позволил себе ничего лишнего, и тогда.. почему?
Почему она боится и почему они встретились именно здесь, на не самом популярном направлении на Базель в такую пургу, надо признать.

- Конечно, мисс Николс, - кивнул Себастьян, - я подвезу вас. У вас есть какие-нибудь вещи в машине, или едем прямо так?

Было бы хорошо остаться одному, например под предлогом переноски чемодана, и позвонить Джеймсу, чтобы понять хоть что-то в этой чехарде. С другой стороны его паранойя утверждала, что оставлять Эстер наедине с единственной работающей машиной на много миль вокруг не самый лучший вариант. Но во всяком случае он просто обязан убедиться, что авария, о которой она говорила действительно имела место быть.

Отредактировано Sebastian Moran (2014-03-30 11:12:44)

+2

6

Что он так на нее уставился, будто в Эстер третий глаз прорезался? Ой, подумаешь, напоминает чучело, хотела бы она увидеть, чтобы делал мистер Я Настоящий Мужчина, если бы оказался на ее месте. Ах, точно, и как только она могла забыть о таком? Моран же служил и не просто на тумбочке стоял, а бегал под пулями, так что в первую очередь он найдет ночлег, разведет костер и убьет медведя, а потом чтобы не замерзнуть наденет на руки носки.

Такая картина вызвала прилив положительных эмоций и мысли о бабушке с косой, как рукой сняло. Она уже не боится, в принципе, если он должен ее убить, то сделал бы это сейчас, а не вез в город. Ну, какой уважающий себя наемник будет так возиться с жертвой? Нет, скорее всего, это случайность. В Базеле Эстер его поблагодарит, помашет ручкой и будет надеяться, что в ее жизни больше не появится полковник в отставке Себастьян Моран.
- Вещи на заднем сиденье. - Спокойным тоном сказала она, хватая спасителя за руку. - Ты мне поможешь.

Лезть в перевернутый, засыпанный до половины снегом автомобиль - не самое глупое, что делала Николс в своей жизни, а тем более не самое опасное. Она копалась в биографии Джеймса Мориарти и все еще жива! После этого и Сирия не страшна.
- Я тебе его передам. Стой здесь. - Расчистить вход - полбеды, открыть дверь - беда, а вот залезть внутрь, достать чемодан и передать его - беда в квадрате. Неудобно. Такое ощущение, будто она в клетке. Ни развернуться, ни нагнуться.

- Давай, шути на тему женщин, обезьян и гранат. - Отряхиваясь от снега, посмотрела она на полковника, а затем на автомобиль. Сердце снова на своем законном месте, а не в области печени, адреналин приходит в норму и становится снова дико холодно. Носки промокли, а в сапогах полно снега. Если они еще немного постоять на морозе чтобы сполна налюбоваться здешней красотой, то в Базель приедет Себ и большая сосулька, а не Эстер. - И не забудь в конце речи сделать вывод, что женщина должна быть под рулем, а не на месте водителя. - Лучше самой затронуть неприятную тему, чем ждать пока это сделает собеседник, или еще хуже - он промолчит и придется догадываться, какое все это сложило на него впечатление.

« В машину! - Кричало внутреннее Я. - А еще лучше в теплый номер, в постель, под три одеяла и в таком стане все пять дней.»

Отредактировано Esther Nichols (2014-04-04 02:21:52)

+2

7

Себастьян вздохнул. В принципе это тянулось с раннего детства. Почему-то как только женщина начинала чувствовать себя в безопасности рядом с ним, она сразу же хватала в свои тонкие, хрупкие ручки бразды управления и неслась сломя голову. Наверное  то же самое они испытывают за рулем внедорожника. Драйв что-ли?  Покомандуй внедорожником, подчини себе эту суровую мощь, покамандуй Себастьяном, под... Фу!
Он не выдержал, поморщился на очередную команду, сломав бесстрастную и безразличную маску и понадеявшись, что в снежной пелене замерзшей мисс Николс будет не до его эмоций. В конечном итоге это всего-навсего несколько часов до Базеля. Он мужчина, военный, он терпел допросы, тупоумие младших сержантов, и Джеймса Мориарти тоже терпел, с его тотальной манией вечного "а суну ка я нос не в свое дело", вытерпит и это, тем более вездесущие ушки босса торчат, торчат из этой встречи прямо как из кроличьей норы, только Себастьян не собирается никуда лезть и бесконтрольно жрать пирожки. Хватит с него. У него отпуск и политика невмешательства.
В ответ на предложение пошутить на тему того, для чего там еще годны женщины, он уставился на Эстер с легким любопытством:
- Нет, я конечно могу, - классическое образование, нарочито выделенное плавными, слегка растянутыми гласными, резануло слух даже ему самому, - вспомнить пару шуток на эту тему, принятых вероятно у театралов. Но я как-то мало бываю в театрах, Эстер.
Сочтя на этом словесную пикировку законченной, он поднял чемодан, довольно, надо признать, тяжелый, и не оборачиваясь пошел к машине. В политике феминизма он придерживался довольно простой позиции: дай женщине то, что она хочет, и до тех пор пока она этого хочет. В частности позволь самой лезть за чемоданами, открывать двери и вообще всячески облегчать тебе жизнь, а то не дай бог еще обвинят в неуважительном отношении к равным правам и попытке посягнуть на личные свободы.
В машине он, тем не менее, перегнулся через сиденье, покопался немного в своей сумке и достал запасной свитер. Бросил его Эстер на колени.
- Это на случай если у вас нет ничего теплого с собой. Я рекомендую вам перебраться назад, как следует порыться в своих вещах и переодеться, пока вы не подхватили простуду. Я подожду снаружи.
Он выбрался из машины, прислонился спиной к холодному боку, попытался прикурить, но быстро бросил эти попытки и раздраженно выудив из кармана мобильник набрал номер Мориарти. Абонент предсказуемо был вне зоны действия сети. На всякий случай он прозвонил охранке и убедился что объект на месте и чувствует себя хорошо, вытерпел издевательское "мамочка" со стороны Стивена, который ревновал его к месту, зарплате и, как он полагал, открывающимся возможностям, и в силу этого нес охрану с удвоенной бдительностью, надеясь что этим когда-нибудь сдвинет Себастьяна с занятого места. Рано или поздно это станет опасным, но еще нет, пока нет. Тем не менее Джим был в порядке. И это значило случайность. Наверняка случайность. Ну может же его сорванный отпуск хоть раз быть случайностью, господи?

+1

8

Театралов? Театралов?! И что это было? Это Себастьян так красиво намекнул на то, что она ничем не занимается только ходит в театр, то есть ведет богемную жизнь? Да за кого он ее принимает? Хотя ... не трудно догадаться, скорее всего, записал ее к секте тех леди, которые привыкли жить за счет других и слово работа воспринимают немножко в другой плоскости. Пусть. Хорошо. Она стерпит. Бессмысленно начинать сейчас дебаты, бить себя в грудь, доказывая обратное и этим усложнять и так натянутые отношения. Нет, она поступит иначе.
Эстер благодарно кивнула полковнику за помощь, устроилась на переднем сиденье рядом с водителем и вспомнив, что она католик (странно, но об этом она вспоминает лишь в такие моменты) хотела помолиться за то чтобы Себастьян Моран был трезвым и бдительным и они без приключений добрались до места дислокации, но парадом руководит не она, а полковник и он приказал лезть переодеваться.
«И как это до полного комплекта еще не обвинил в том, что нанесла ему снега в салон, и не намекнул, что по приезду в Базель, вынуждена буду пропылесосить в автомобиле?»
Эстер сдержалась на этот раз. Ехидное замечание оставила при себе, взяла свитер, открыла дверцу, продефилировала перед Себом, который выскочил из салона, будто там зона отчуждения, открыла заднюю дверцу, уселась возле чемодана, но не стала открывать.  У нее там идеальный порядок, вещи сложение по специальной системе, которую Эстер отшлифовывала годы. Все разложено по виду, по типу ткани, по цветовой гамме, от предметов, которые занимают больше площади в чемодане до тех, которые занимают меньше и сейчас лезть, нарушать гармонию и все складывать обратно? Нет, она не может так, у нее рука не поднимается, она лучше будет красоваться в свитере с старшего брата и непонятного цвета.
Быстро сменив верхнюю одежду, поменяв носки и обувь, освежив макияж, она снова вышла из машины, прижалась к холодному металлу, и полностью воспроизведя позу полковника, еще раз окинула взглядом окружающие красоты.
- Правда, здесь красиво? - Наконец нарушила тишину. - Давай сфотографируемся на фоне гор, и вышлем босу, пусть подавится от зависти. У нас здесь настоящее приключение, а он там томится в своем кабинете и заливается виски.
Она уже давно догадывалась, что Себастьян работает на Мориарти, а после того, как у одного из представителей охраны после третьего бокала скотча развязался язык - теория переросла в аксиому. Теперь ее интересует, что входит в его обязанности.
- Ты только что звонил Мориарти? Как он там? Не сказал, что за сюрприз ожидает нас в Базеле? Может, мы увидим фиолетовую альпийскую корову?

Отредактировано Esther Nichols (2014-04-21 08:55:05)

+2

9

Себастьян взглянул на мисс Николс с трудом удерживая на лице бесстрастное выражение. На всякий случай он еще раз прокрутил в голове ее слова и медленно очень глубоко вздохнул.
Значит сюрприз. В Базеле.
Значит этот мелкий черноглазый ирландский хмырь в хорошо подогнанных костюмах опять решил вмешаться в его отпускные планы и соврать их к чертовой матери?!? Прошлый раз это была поездка в Индию, и Моран до сих пор с сожалением думал какого... он не убил этого извращенца-работоголика сразу после того как вернулся из Хитроу после двенадцати часов ожидания и одного взрыва.
На сей раз Моран решил отправиться на своем авто, здраво рассудив, что если бы Мориарти хотел убить собственного снайпера он бы подослал к нему другого снайпера, а не дожидался бы смерти первого от переутомления, стресса и профессионального выгорания.
А теперь внимание - вопрос в студию: Эстер у нас снайпер или ... И что это за фиолетовая альпийская корова такая?
- Может и пьет, - буркнул Моран неприязненно и открыл дверцу. - Залезайте в машину, мисс Николс, если нам повезет ни одна фиолетовая корова не будет повторять ваш беспримерный подвиг и выпрыгивать под колеса моего авто. И тогда обезщанный базельский сюрприз вас дождется.
Дождавшись пока девушка усядется он завел матор и плавно двинул автомобил вперед. Поинтересовался не глядя:
- Почему вы здесь? Если не ошибаюсь, Ромео и его Джульетта почили близ Вероны, а не под стенами Базеля.
Он осторожно вел машину, внимательно глядя на дорогу и отведенными до автоматизма движениями переплавляя досаду и злость в выдержанное до вполне приличной крепости желание придушить кое-кого, когда вернется домой.

+1

10

Война закончилась, а полковник остался и никак не может привыкнуть к новой жизни, быстро поставила диагноз Эстер, уже во второй раз, усаживаясь на сиденье рядом с водителем. Ей жаль его. Моран привык к другому. Это он должен раздавать команды, с его мнением должны считаться и конечно для него идти на компромисс - преступление, но так было когда-то, а сейчас его поставил в удобную позу математик ирландского происхождения, и вертит им, как хочет. Мда ... терпению и выдержке Себастьяна можно только позавидовать, а вот Джиму только посочувствовать, ведь рано или поздно всему приходит конец и когда это произойдет Мориарти лучше быть там, куда полковник не сможет добраться, например, на Марсе.
- Почему вы здесь? Если не ошибаюсь, Ромео и его Джульетта почили близ Вероны, а не под стенами Базеля.
От неожиданности Эстер даже вздрогнула. Последние минут пять Себ молчал, и она полностью сосредоточилась на продумывании мельчайших деталей к фильму "Месть полковника"
- Для начала, я не так часто хожу в театр и Шекспира с недавних пор ненавижу больше чем ты мистера М. в данный момент. - Эстер начинала кипеть и готова была бить посуду на голове любого, кто хоть раз напоминал о неудачном походе в театр, а таких, до недавнего времени, было аж один. - А что касается, почему я здесь, ты будто не знаешь, как это бывает?- неохотно ответила Эстер.  Не то чтобы ей было так уж необходимо молчать, просто не  не хотела отвлекать водителя. - Звонок, никаких объяснений, билет и хвала небесам, если рейс завтра, а не через час. А ты здесь по делам или так? - Теперь поинтересовалась Эстер, без разрешения включая радио.
Реклама, Бритни Спирс надрывает горло, о! новости. Эстер сделала громче, но не так, чтобы пришлось перекрикивать радиоприемник. Диктор с приятным женским голосом поздоровалась, назвала станцию и перешла к экстренным новостям.

- Себ, она только что говорила о нашем шоссе? - Переспросила Николс, отходя от услышанного. У нее знания немецкого на уровне: я могу заказать себе завтрак в номер, но эту фразу она уже слышала не раз. «Дорогу перекрыто из-за большого количества осадков» - об этом сообщил диктор. - Накрылся наш Базель медным тазом.

Отредактировано Esther Nichols (2014-04-30 17:50:00)

0

11

Себастьян удивленно взглянул на женщину, раздраженно сверкавшую на него зелеными глазами. Нет, не везет ему как-то в последнее время на дам. Да и в принципе не сказать, чтобы он когда-либо умел читать их мысли, из разряда тех, что не поддаются деловой логике, конечно. В данный момент он предпочел успокаивающе промолчать. По крайней мере не лезть раздраженной женщине под руку он научился достаточно давно, еще во время первых свиданий. Поэтому даже замечания не сделал, когда Эстер самовольно разбавила тишину радиоболтовней. Везет он ее в Базель и везет. Или уже не везет?
Себастьян махнул ей рукой, призывая замолчать и сделал звук чуть погромче, диктор однако к тому моменту перешел на новости спорта, так что полковник покрутил тюнер ловя другую радиостанцию и наконец поймал неутешительное короткое сообщение о снежных заносах и аварийной ситуации на дорогах. В числе прочих была и трасса по которой они следовали в Базель. Себастьян в сердцах ударил по рулю и осторожно остановил машину, хотя они и так в силу погодных условий продвигались буквально черепашим шагом.
- Помнится, - мрачно сказал он своей вынужденной спутнице, - когда я был здесь пару лет назад где-то в этих местах был маленький полузаброшенный отельчик.
Себастьян промолчал о том, что в этом отельчике он отсиживался после очередного дела и полузаброшенность тогда ему была очень на руку, фактически тихие десять дней валяния на кровати и чтения книг. Для связи с внешним мира у отеля был только дышаший на ладан телефон и старик хозяин лично ездил каждые три-четыре дня за провизией в Базель, пригоняя к кованным воротам ограды старый, на последнем издыхании, минивэн. Вообще на месте отеля раньше вероятно был чей-то особняк, не так чтобы очень большой, два этажа да семь или восемь комнат, который теперь оказался на содержании у пожилой пары.
- Поедем?

+1

12

Будто от того, что Эстер с ним не согласится и все же настоит на поездке в город, что-то изменится? Мало верится, что полковник будет продолжать преодолевать расстояние и ехать в Базель, ибо так угодно Николс. Скорее всего, вручит лопату, покажет в какую сторону копать и, помахав ручкой, поедет в свой заброшенный отель и насколько безопасно продолжать путешествие? Видимо, сейчас настал тот один из редких моментов, когда стоит послушать и сделать так, как советует Себастьян.
Эстер только пожала плечами и утвердительно кивнула.
- Полузаброшенный отель? Пусть. Это лучше чем ночевать в машине посреди белой пустыни.
Снежные хлопья даже не думали переставать идти, дворники работали на максимуме своих возможностей, по радио снова и снова предупреждали о том насколько опасно сейчас выезжать на дороги, а их машину при всех водительских навыках полковника несколько раз сильно занесло, но понемногу они все же продвигались. Всю дорогу Эстер молчала, не хотела отвлекать водителя, хотя вопросов у нее к нему было слишком много. Почему он здесь? Почему отвечает только на выгодные ему вопросы? И что ему о ней известно? Но с допросом лучше подождать, если ей не хочется, чтобы все получилось как четыре года назад с Мориарти.

Над входом в гостиницу был выложен в камне год постройки дома – 1888 – и висела вывеска: «Дом 1888. Ночлег и завтрак». Старая деревянная дверь отворилась еще до того, как горе-туристы успели постучать.
Владелец пожилого возраста, который видимо здесь выполняет роль и администратора, и швейцара любезно улыбнулся, узнав полковника, пожал руку, рассказал насколько рад видеть его снова и только потом, переведя взгляд на его спутницу сообщил, что у них три свободных двуспальных номера и совсем не дорогие.  После такого заявления Эстер не стала сдерживать улыбку, и оценочно взглянула на полковника, не скрывая ход мыслей. Себастьян в роли Ромео со всеми этими серенадами под окнами, стихами и клятвами в вечной любви выглядел в ее фантазиях нелепо.
- Дорогой, - не без сарказм сказала Эстер, - я полностью полагаюсь на твой вкус.

Отредактировано Esther Nichols (2014-05-07 21:37:35)

+1

13

Себастьян не видел абсолютно ничего забавного в создавшейся ситуации, а тем более не видел необходимости делить свое одиночество с кем-то на достаточно узкой по его воспоминаниям кровати, учитывая что этого, эту, кого-то ему надо еще доставить до Базеля.
- Нам два разных номера, мистер Грей, - сказал он, припомнив имя хозяина, - и еще нужно вызвать аварийку на трассу, там перевернулась машина мисс Николс. Я дам вам координаты.
Слава мобильным технологиям и интернет-картам, координаты любого места в мире теперь не были проблемой.
Уже расписываясь в архаичной книге постояльцев за выданные им ключи Себастьян присвистнул удивленно:
- Да у вас сегодня наплыв гостей, а старина?
- Погода, - флегматично ответил хозяин, - но, честно говоря, мы с Эдной на это не рассчитывали, так что сейчас, как она соберется, закрою тут все и съездим вниз на ночь, возьмем продукты. В буфете есть холодное мясо и хлеб, включить ужин в стоимость?
Себастьян кивнул, доставая бумажник, в конечном счете достоинство еды заключается в том, что даже будучи холодной, она остается едой.
- Не советую вам выходить во двор после восьми вечера, мистер Моран, и вашей спутнице тоже, я на ночь выпущу собачек до нашего приезда. Остальных гостей я уже предупредил.
Насколько помнил Себастьян по прошлому визиту, собачками хозяин ласково называл двух шотландских догов, которых любил возможно больше даже чем жену. Псы отвечали ему взаимностью и чужих искренне не любили, то ли ревнуя, то ли в силу дикости нрава. Во всяком  случае смирными и даже несколько сонными они становились только в его присутствии. И провожали полковника полными ненависти взглядами, стоило хозяину только отвернуться. По саду ночами они бегали невозбранно и Моран не завидовал тем ворам, которые позарятся на "легкий" доход.
Старик, заворчав что-то про непогоду, ушел в смежную со стойкой комнату портье и через минуту вернулся оттуда с ключами от их номеров и еще одним, под старину, от буфета. По видимому романтика совместных ужинов обеспечивалась тут в принудительно-экономном порядке.

offtop

Предлагаю спародировать 10 негритят))

+1

14

Эстер сидела за столом и делала вид, что внимательно слушает Пьера. Это же надо, чтобы свободно было именно возле парочки из Франции. Николс ничего не имеет против французов, ей нравится творчество Хемингуэя и национальная кухня у них такая, что пальчик оближешь, но это слишком. Информатор надеялась, что просто выпьет чая и пойдет баиньки, но... всегда есть одно « но». Пьер решил, что негоже даме сидеть одной начал сначала рассказывать о том, как они с Фионом добирались до Базеля, и их на полпути остановил полицейский, а затем ознакомил со здешней публикой. В деталях рассказывая, кто, откуда и как здесь оказался и конечно не давал собеседницы даже слова вставить, но Николс не сильно и рвалась разговаривать. Слушала и запоминала. Все, как всегда, вот только Мориарти не пройдется все подробно пересказывать.
- А твой друг тоже Британец? - Наконец поинтересовался Пьер, заканчивая рассказывать о Филиппе и о том, как расстроится его мама, узнав, что ее дорогой сынок не смог добраться до Базеля.
- Друг? - Переспросила Эстер ,не понимая о ком они. У нее нет ни времени, ни желания заводить знакомства, а тут оказывается у нее друг есть.
- Я же говорил, что это не друг. - Толкнул его Фион и недвусмысленно улыбнулся.
Эстер начала понимать о ком они. Вот за это она хочет держаться от французов, как подальше. Не успели, еще хорошо познакомиться и выпить за Ла-Манш, как они уже влезли не в свои дела.
- Нет. Он не ... нет. Он ...
А кто для нее Моран? Знакомый? Коллега? Друг? Спаситель? Ни одна из этих версий не подходила идеально. Себастьян просто дважды появился в ее жизни при очень странных обстоятельствах. И все.
- ... Пойду, сделаю себе еще чаю.

Женщина лежала на полу. Эстер сразу подбежала к ней, проверила пульс и дыхание, но уже было слишком поздно. Приподняла веко, преодолела себя и прикоснулась к глазному яблоку - мягкое. Слишком поздно. Клиническая смерть уже наступила.
Замерла. Пришло осознание того, что, возможно, если бы она на минуту быстрее зашла сюда, то все могло бута не так фатально.
«Историю не перепишешь. Все. Конец ».

Она до сих пор находилась под эмоциями от увиденного. Попробовала улыбнуться новым знакомым, но вышл только оскал напоминающий скорее улыбку сумасшедшего.
«Что делать с телом? Надо кому-то рассказать. Французам нельзя. Нужен Себастьян »
Николс быстро дважды обежала комнату взглядом, ища полковника. Нашла. Попыталась скрыть страх и панику, но на этот раз совсем не получилось.
- Себастьян, - отведя полковника в тихое место, почти шепотом дрожащим голосом произнесла информатор, глядя прямо в глаза собеседника. - Там тело. Мертвая женщина. На кухне

Отредактировано Esther Nichols (2014-05-16 01:23:28)

+1

15

Себастьян отстраненно стоял у окна и смотрел на падающий снег. Люди, постояльцы, разбившись на пары, или по-одиночке исследовали оставшийся им на присмотр старый дом. Кто-то пришел сюда, в гостиную, как и они двое, кто-то остался в зале, кто-то в своих номерах. Спускаясь по лестнице Себастьян встретил странную женщину, в темном монашеском одеянии, она меланхолично перебирала четки и взгляд ее серых глаз казался тусклым, под-стать освещению.
- Сестра Агнес, - сказала она и протянула ему прохладную белую кисть.
Себастьян, несмотря на Итон и классическое до упора образование, не знал: нужно ли ему эту ладонь поцеловать, пожать или проигнорировать. В результате он замешкался, споткнулся на последней ступени и когда добрался до нее, она уже отвернулась, мягко ступая, под руку с каким-то мужчиной, полным, и по-смешному косолапым.
Эстер пристроилась к каким-то французам, судя по виду только что  с Марсовых полей. Их хотелось пристроить вместе на какую-нибудь рождественскую открытку и приписать сбоку: "Привет, мы тоже хорошо относимся к вам, сексуальные большинства ; )" в качестве образцово-показательной рекламы.
Еще в кресле, в тени, сидел сухощавый мужчина в военной форме, но Себастьян как ни старался не мог разглядеть его знаков отличия, а подходить ближе не хотел. Поэтому он стоял у окна, пил из большой теплой кружки чай, думал о Лондоне, своих обещаниях, и о том что нужно подыскать все миниатюрную модель пистолета, и совсем немного о человеке, который ждал его в Базеле. О том самом человеке, о котором, как он надеялся, ничего не знал Мориарти. Надеялся до той самой поры, пока перед бампером его машины не выскочила, размахивая руками мисс Николс.
Эстер подкралась сзади, когда он совсем этого не ожидал, и тихим, сорванным шепотом гаркнула ему на ухо, что не успел он оставить ее одну, как в комнате появился труп.
Почти одновременно за окном мелькнула смазанная черная тень и огромный пес навалился на стекло передними лапами, насмешливо скаля красную пасть.
Себастьян очень осторожно поставил чашку с чаем на подоконник, с некоторым усилием заставляя ложечку не дребезжать и обернулся.
- Тело, - повторил механически и оглядел комнату. Все было по прежнему. Двое французов щебетали что-то тесно прижавшись друг к другу. Монашка и толстяк тихо переговаривались, а мужчина в кресле дремал.
Все как один делали вид, что они не убийцы. Если кто-то и провожал Эстер в ее походе на кухню острым взглядом, то замечать это нужно было раньше.
Он встряхнулся и потер лицо ладонями. С Джимом он стал параноиком. Наверняка она умерла по вполне естественным причинам. От сердечного приступа например.
- Идемте, надо взглянуть.
Вместе с ней он прошагал на кухню и убедился, что кухарка, пожилая, толстая итальянка,  действительно лежала на полу и не подавала никаких признаков жизни.
Рядом на столе стояла чашка кофе, от которой едва слышно пахло миндальной эссенцией. Он наклонился и принюхался. От бледных губ миндалем пахло более явно. Пробовать он не решился.
Кухарку Моран не знал. Она появилась, вероятно, уже после того как он уехал.
Он вытащил Эстер обратно в гостиную, крепко держа ее за запястье. Как же чертовски не везет. Совсем не везет. Окончательно.
- Господа, - начал, - прошу вас всех оставаться на своих местах, - в доме совершено убийство.

Отредактировано Sebastian Moran (2014-05-17 20:26:22)

+1

16

Эстер ожидала от полковника другого. Она думала, что он забаррикадирует дверь на кухню, выбросит тело в окно или вручит информатору кухонный нож и скажет, чтобы она сделала из одного большого куска мяса много маленьких, в конце концов, вызовет полицию, но к такому повороту событий она не была готова, как и все присутствующие.
- Мог предупредить, что в Шерлока Холмса захочешь поиграть. - Эстер еще раз потянула Морана за руку.

Началась паника. Кто-то нервно начал бегать по комнате с мобильным, ища сеть, кто-то схватился за сердце, и все как один начали подозревать парочку детективов - неудачников в убийстве. Полковник сделал очень неудачный ход.
- А может это вы ее и убили? - А вот и первое подозрение. - А теперь строите из себя невинных овечек, чтобы отвернуть подозрения.
Эстер промолчала, только пожала плечами. В такой ситуации надо обращаться очень осторожно, любая попытка защитить себя сразу оцениваться, как признание.
- Думаю, мы не этим занимаемся. - Попыталась соскочить с скользкой темы информатор. - Сначала надо разобраться с телом. Мы не можем оставить ее на кухне. Есть два варианта: первый, выбросить во двор...
- Это негуманно! - Выкрикнула монашка.
- ... и второй, перенести в подвал. Кто за первый?
В комнате воцарилась тишина.
- Вот и славно. Офицер, если вам не трудно.
По выражению лица было видно, что он не в восторге от того, что тело придется таскать именно ему, но отказывать даме это же неправильно. Закинув тело на плечи мужчина, молча пронес его комнатой, направился к лестнице. Воцарилась тишина. Такое ощущение, будто все сговорились и решили помянуть умершую минутой молчания, даже Эстер не посмела не присоединиться к флешмобу.
Молчала брюнетка меньше всех. Уже через секунд десять от силы двадцать она тянула полковника коридором вертя в руках ключ от номера офицера, одолженный у владельцев. Старые люди такие наивные, думают, что о ящике с двойным дном известно только им и спецслужбам Британии.
- Перестань считать меня дурой! - Преодолев гордыню, снова заговорила с Себом. - Почему ты не посоветовался со мной? - Остановилась, огляделась, но номер открывать не стала. - Себастьян, - миролюбиво продолжила брюнетка, - не знаю, что тебе обо мне рассказывали, но я тебе не враг. По крайней мере, сейчас.
По закону жанра сейчас должны последовать теплые объятия и искренние извинения, но Николс согласится и на "бу-бу-бу" в котором, если прислушаться, можно услышать: "Давай забудем обо всем и найдем убийцу, пока он не нашел нас"

Отредактировано Esther Nichols (2014-05-25 00:03:34)

0

17

Себастьян молча наблюдал за деятельностью Эстер. Джим все же оставлял на людях неизгладимый след. Этакая джимистость просвечивала во всех его ближних и дальних. Даже он, Себастьян, иногда начинал поддаваться и считать мир за пределами своего окна не более чем декорациями, которые легко сменить движением пальца. Только из всех из них это удавалось лишь Мориарти, который иногда, и надо признать достаточно часто, потворствовал мелким капризам своего окружения, отчего создавалось впечатление что и ты тоже всемогущ и тасуешь слои реальности как карты. Люди вокруг подчинялись, плясали так же как они плясали в руках Мориарти. До определенной поры. Так же происходило и сейчас. Эстер выстроила декорации и запустила маленькую пьесу под названием "давайте позаботимся о трупе". И люди подчинились.
Себастьян видел, что происходит с теми, кто заигрывался в Джима. Лично упаковывал некоторых в пластиковые мешки. Полковник был своего рода мусорщиком, и мусорщиком внимательным, и видел намного больше, чем ему полагалось видеть. Вот и сейчас он полагался на свою привычку наблюдать.
Конечно наиболее разумным выходом было бы просто уйти с кухни, сделав вид что труп это деталь интерьера. Переступить через тело, налить чашечку кофе, или чая, вежливо кивнув друг другу перекинуться парой слов о погоде. И выйти. Такой истинно английский снобизм. Если бы дело происходило в Лондоне он бы несомненно именно так и поступил. В Лондоне была своя сеть осведомителей, и там он не колебался бы в отношении того, кто и зачем ищет его компании. Но здесь, чем более напряженными будут обстоятельства, тем меньше поводов Эстер оставаться рядом. И тем больше он сможет узнать про нее, и про ее отношения с Мориарти.
Поэтому он покорно позволил утянуть себя в коридор, выслушал ее спич, и даже без возражений прошел следом в комнату, которую она, после недолгого ожидания его ответа, открыла. 
И только там открыл рот.
- Мне ничего про тебя не рассказывали. Джим, как ты могла заметить, любит играть в "угадай, что я имею в виду" намного больше, чем это диктуется здравым смыслом. Единственное, что я знаю про тебя, так это то что ты - мой тест на профпригодность, что бы там это ни значило.
Он отошел от нее на пару шагов, оглядываясь, стандартный номер, маленькая прихожая и полутемная спальня. На кровати кто-то лежал. Кто-то, кого они совсем не потревожили своим разговором. Себастьян осторожно достал сотовый телефон и посветил.
- О черт, - сказал эмоционально, поворачиваясь к своей собеседнице. - Ну вот, теперь я советуюсь с тобой! Ты что, нарочно притаскиваешь меня в комнаты, где лежат трупы?
Проговаривая все это, он стянул пиджак, быстро обмахнул тканью ручку двери, не мешкая вытолкнул ее из комнаты, захлопнул дверь, стараясь ничего не касаться лишний раз, и протянул ее за руку дальше по коридору.
- Либо нас кто-то грамотно хочет подставить, либо нам крайне не везет, - озвучил он очевидное.

+2

18

Марк Брут и Кассий Лонгин встретились и в этом виноват Цезарь. Джим сам того, наверное, не зная и не желая, подбросил дров уже и в так немаленький костер недоверия. Опять подстава, но ради чего? Профпригодность. Это же надо было такое придумать! Устроил себе гладиаторские бои и даже не пожелал поинтересоваться мнением участников. А зачем? Все любят Цезаря, следовательно, хлеб и зрелище при первом же желанные. Заигрался Мориарти у великого императора Римской империи и если так продолжится в дальнейшем, то превращение Марка Антония в Кассия будет необратимым и фатальным.
- Здесь надо беспокоиться о другом: - переводя дух от незапланированного марафона темными коридорами отеля, поделилась догадкой информатор, - есть ли у этого маньяка алгоритм действий и когда наша очередь.
Мозг удачно включил защитную реакцию, и где-то на подсознательном уровне Эстер не теряла надежду на то, что все это чистая случайность: кухарка перепутала сахар с мышьяком, а подруга офицера подавились пирожным, но работая на Мориарти, она перестала верить в случайности. Все имеет причину, и только найдя ее, можно будет остановить весь это хоррор.
В коридоре послышались звуки. По лестнице в свой номер поднимался офицер. Он не стал смотреть по сторонам, открыл дверь, вошел в комнату. Тотчас, как закрылись двери по телу Эстер побежали мурашки, а в горле стал ком. Ужасное ощущение. Она попыталась думать о чем-то положительном, но не получилось. Как только переставала анализировать происходящее в доме, начинала думать о поступке Джима и разгораться все большим желанием нанести двадцать три удара ножом. Последний раз такое было пять лет назад. Но тогда Джим помнил, что величие императора - в умении прощать и надо заботиться о «народе». Мориарти слишком изменился.
Дверь снова открылась, офицер выбежал из номера, оглянулся, кажется, их не увидел (свет в коридоре так никто и не додумался включить), быстро спустился по лестнице, видимо, за помощью.
Они тоже не стали тратить время зря да и желание снова играть роли главных злодеев вечер не было. Открыла дверь своего номера, кивнула полковнику, чтобы заходил, закрыла, но ключ вытягивать не стала.
Ее комната ничем не отличался от той, где горе-детективы побывали минут пять назад: маленькая, но со всем необходимых. Чемодан Эстер не распаковывала, на кровати лежал аккуратно сложенный одолженный свитер, а на тумбочке красовалась «Речная война» Уинстона Черчилля.
- Садись. - Любезно головой кивнула в сторону стула за письменным столом, сама села на край кровати.
Секунд пять просидели в тишине, Эстер смотрела из-под лба, будто у них сейчас финальная шахматная партия и каждый ход может стать последним.
- А ты, - наконец неуверенно нарушила тишину, - мой тест на профпригодность.
История повторяется, правда, не всегда с точностью до миллиметра и действующие лица не те, но суть одна и та же. 23. 12. 2010. - день, когда Эстер больше не хочет играть роль Марка Антония.

Отредактировано Esther Nichols (2014-06-07 18:40:11)

+1

19

Полковник криво улыбнулся в ответ на это неожиданное признание. Себастьян и сам был параноиком, и вполне понимал эту черту характера (нет, он упорно не считал ее девиацией) в других. Но Джеймс стравливал своих ближайших подручных не из желания быть в безопасности. Нет, его план, если снять все ширмы, и Моран не сомневался в этом, наверняка включал их взаимное признание и объединенный негодующий порыв.
- Ну что же, - сказал он глухо, задумчиво рассматривая ее комнату, которая отличалась от его собственной разве что цветом обоев, - значит давай начнем уже проходить чертов тест. Я чувствую у нас внезапно сменился экзаменатор.
Он прикусил губу и немного подумав продолжил свою цепочку размышлений:
- Хозяев нет и мы фактически заперты здесь, учитывая милых собачек, как минимум до утра. Если бы дело ограничилось трупом кухарки, все было бы намного легче. Дождаться приезда полиции, доказать что практически все время мы были на виду. Учитывая что в кухню нет других ходов кроме как из столовой и с улицы, я полагаю это было бы нетрудно. Во всяком случае те кто находился в гостиной до нашего прихода вызывали бы гораздо больше подозрений. И даже второй труп все еще не так трагичен, поскольку именно он мог быть истинной целью, а кухарка просто попала под раздачу, выпив не из той чашки. Хотя учитывая, что чашка была теплой, когда ты привела меня на кухню, это достаточно странно. Знать бы кого из них убили первым, но подавать вид что мы что-то знаем о втором убийстве вообще опасно.  Меня гораздо больше беспокоит вариант что убьют кого-то еще.
И именно в этот момент, как будто ставя точку в его предложении раздался глухой женский крик. Учитывая закрытые двери комнаты и второй этаж он, скорее всего, был достаточно громким, если не сказать надрывным, чтобы суметь пробиться к ним через все эти перегородки.
- Аха, - философски сказал Себастьян. - Кстати где ты взяла ключ?

+1

20

«Расслабься и давай решать проблемы по мере их поступления» - так расшифровала Эстер слова о тесте и новом экзаменаторе. Хорошо. Она готова отложить Мориарти с его чрезмерной любовью к экспериментам на второй план. Но стоит ли? Кажется, у нее начинается паранойя. Нет, глупо считать, что ко всему этому причастен Джеймс, что у него очередной приступ чего-то там, что он решил залечить собственным спектаклем, где главные роли достались полковнику и информатору. В этой теории слишком много но, чтобы принять на детальное рассмотрение. Пусть подождет до лучших времен.
Крики, которые так вовремя прозвучали, вызвали в Эстер приступ истерического смеха. Все слишком похожее на сюжет очередного фильма ужасов, вот только музыки подходящей не хватает и Николс вместо того, чтобы заливаться смехом должна была закрыть рот руками, сделать круглые испуганные глаза и расплакаться.
- Я его украла, - улыбаясь на все тридцать два, ответила информатор, - но это должно тебя волновать меньше всего. - Глубокий вдох, выдох. - Как говорят: один раз - случайность, два раза - совпадение, три раза - закономерность.
Успокоилась, встала с кровати, подошла к окну, замерла. В комнате наступила неловкая тишина.
Никаких криков и посторонних шумов в коридоре, даже собаки не лают, казалось, что если прислушаться, можно услышать чужие мысли.
Эстер оторвала взгляд от того что происходило за окном, прижалась к стене, бросила взгляд на полковника, снова переключилась на то, что происходило за окном.
- Себастьян, а ты случайно не знаешь насколько быстро умирает человек от кровотечения?
То что происходило в саду чем-то напоминала картину больного на голову художника: по белому снегу бегали, как ни в чем не бывало собачки с окровавленными лапами и мордами. От такого реализма Николс стало плохо, она не привыкла к такому количеству крови и смертей, а главное она не может понять, почему кто-то решил прогуляться около полуночи садом, где бегает два лохматых чудовища.

Эстер выскочила из номера не подождав на полковника, быстро сбежала по лестнице и остановилась только при входе в гостиную: на диване лежала окровавлена женщина, возле нее собрались жители отеля, из разговора французов, стоявших неподалеку, стало ясно, что ее кто-то напугал, и у нее не было другого выхода, как выбежать на улицу.

Отредактировано Esther Nichols (2014-09-06 22:34:14)

0

21

Моран даже не успел ответить, Николс пронеслась мимо него вихрем, выбежав из комнаты. Спустя полминуты он услышал глухую дробь ее шагов по лестнице. Себастьян не пошел за ней, подошел к окну и уставился вниз, во двор. Доги как по команде вздернули вверх хищно вытянутые морды. Снег под их лапами был усыпан темными подпалинами следов.
Моран прикусил губу, рассматривая их поджарые тела и думая о том, что застряли они здесь как минимум до утра, и самым лучшим решением было бы забаррикадироваться всем вместе в одной комнате с большим запасом джина, льда, содовой, страшных историй и свечей. Но насколько он знал людей, они как тараканы инстинктивно стремились разбежаться как в как можно более темные места, наивно надеясь что убийца, несомненно слепой как крот, пройдет мимо по хорошо освещенному коридору.
Следующий логический ход был согласно всем возможным сценариям фильма про маньяков - разделиться на пары и обыскать дом.
Он пожал плечами и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь, даже не оглянувшись на тело, оставленное на кровати. Прежде чем спускаться вниз Себастьян дошел до своей комнаты, достал из дорожной сумки револьвер, устроил его удобно за поясом, сзади, прикрыв полами пиджака, и выходя устроил обрывок местной газеты между косяком и верхней планкой двери.
Когда он спустился в гостиную собаки за окнами начали выть. Большая часть постояльцев как по команде метнулась к окнам. У дивана осталась только монашка, которая похоже читала отходную и ее странный сопровождающий.
- Что случилось? - спросил Моран у Эстер, аккуратно тронув ее за локоть.
Он знал, что по сути вопрос бесполезен. Но показывать свою осведомленность, или более того уверенность, что происходящее идет по запланированному кем-то сценарию в сложившейся ситуации было опасно. Семь человек против них двоих - слишком большой перевес. А умирать от руки маньяка будучи связанным и брошенным в каком-нибудь закутке Моран отчаянно не хотел, так же как и демонстрировать оружие раньше времени. Вообще больше всего он хотел выйти во двор, пристрелить чертовых собак, взять свой джип и доехать наконец до Базеля. Возможно выпить. Но метель и занесенные дороги делали этот гениальный план практически бесполезным.
Один из французов, которые первыми прорвались к окну, пытался с помощью слабого фонарика от мобильного телефона разглядеть почему взбесились псы. Наконец он отвернулся от окна и удивленно пролопотал что-то по французски своему товарищу.
Тот переспросил его, получил в ответ уже совсем какую-то ересь судя по выражению лица, помялся и громко спросил по английски.
- Господа, а разве хозяин не уехал два часа назад? Фион говорит, что судя по тому что ему удалось разглядеть, там во дворе лежит он.. лежит.. его тело, наверное так.

+1

22

Страх присутствует в каждом и вот Эстер встретилась со своим. Ее никогда не хватал приступ паники, когда приходилось спускаться у гробницы или нырять с аквалангом и когда в ее палатку во время одной экспедиции залезла черная мамба, Николс не накрыла истерика. Даже находясь в плену у перуанских наркоторговцев, Эстер сохраняла трезвый рассудок и холодное мышление. Тогда она прекрасно знала, кому лишний раз на глаза не надо попадать, но сейчас ... В этой ситуации, твою мать, нельзя быть уверенной ни в ком. Все это смахивает на извращенную мафию, вот только без подсказок и доброго доктора, на которого может вылиться дар предвидения и в последний момент он все-таки уколет необходимую дозу адреналина в сердце. Они конкретно попали.
- Город потерял еще одного мирного жителя. - Обернувшись, усталым голосом сообщила Эстер, то о чем полковник сам догадался, и снова перевела взгляд на диван, прокручивая слова Себастьяна снова и снова. Теперь им действительно стоит начать переживать, и хотят они этого или нет, но в этой игре им придется объединить усилия. Стать этакими комиссарами криминального разлива (и у кого после этого язык повернется сказать, что судьба не наделена чувством юмора?). Вот только Эстер не может понять, откуда начинать поиски. Обычно в любой непонятной ситуации, она пытается найти что-то похожее в истории, спросить себя: «а как в этой ситуации поступил бы Уинстон Черчилль или Отто фон Бисмарк?», Но сейчас тот самый момент, когда история бессильна.
С полной апатии Эстер вывел очередное движение у окна. Там тело хозяина? Она правильно услышала? И здесь так и хотелось крикнуть: «Эврика!». А что если это и есть та самая зацепка?
Николс пробралась к окну, но ничего разглядеть не смогла. Слишком темно и еще, как назло снег падает. Кажется, ей, что и завтра отсюда они не смогут выбраться.
- Ты уверен, что видел именно его? – еще пытаясь, что-то разглядеть сквозь вьюгу, поинтересовалась женщина.
Француз кивнул и перекрестился.
Отступив от окна, Эстер подошла снова к полковнику, провела его вглубь комнаты, подальше от очень подозрительных персон.
- Помнишь, ты говорил, что хорошо было бы знать, кто погиб первым? А что если это был хозяин дома, потом кухарка, а потом уже подруга офицера? – говорила  так быстро, будто за ней доги бегут. - Что если у него есть логарифм: от тех, кто дольше всех провел времени в доме до тех, кто только въехал? - Эстер сама не верила в эту теорию, но ей морально важно хотя бы как-то это все объяснить.. За столько лет ковыряния в исторических событиях, Эстер перестала верить в случайности. Все на планете Земля имеет предпосылки, тревожные звоночки, которые стоит уметь услышать, причины. И, возможно, сейчас они нащупали почву. - Нам нужна регистрационная книга. И еще одно ... - женщина еще раз обернулась в сторону гостей, перечислила, трудно вздохнула и прокляла весь мир. - Ты видишь офицера?

Отредактировано Esther Nichols (2014-08-05 16:14:46)

+1

23

Себастьян задумчиво кивал в такт словам Эстер. На ее вопросе он очнулся и оглядел гостиную. Действительно, на одного человека стало меньше.
- Нет, - покачал полковник головой. - Но возможно он пошел за оружием. Если так, то либо мы услышим сообщение о еще одном трупе, либо он соврет.
-Хозяин точно был первым. Иначе он бы успел уехать. Другое дело, что собаки обнаружили бы его раньше, да и мы бы увидали пока было светло. Вытащить его наружу пока там бегают эти звери кто-нибудь вряд ли бы решился. Значит скорее всего сбросили откуда-то сверху. Ты права. Регистрационная книга, а потом надо понять чьи окна выходят на чертов двор. И я бы не стал исключать наши обе комнаты. Не только у тебя есть способность проникать сквозь запертые двери, судя по обнаруженному нами в комнате военного трупу. Но я бы сейчас больше остерегался этой толпы.
Полковник весьма вовремя отвел взгляд, чтобы уловить что к ним приближается еще один персонаж, тучный мужчина с внушительными очками в роговой оправе.
- Добрый день, - сказал он, - нас не представили, Фитер Майерс, адвокат. Мы решили, что нужно собраться и обсудить создавшееся положение всем вместе.
Мистер Майерс кивнул на кучкующихся вокруг дивана людей, среди которых Себастьян заметил и потерянного ранее военного. Тот выглядел довольно мрачно.
- Конечно, - кивнул Моран за них обоих, - вы не в курсе это все постояльцы? Может стоит взглянуть на регистрационную книгу, чтобы иметь представление о том кто вообще здесь есть еще помимо нас?
Толстяк вскинул на него неожиданно острый взгляд и задумчиво пожевал губу.
- Да конечно. Это будет одно из первых предложений.
По видимому он был самопровозгляшенным главой маленького общества испуганных овечек-постояльцев. Предложив Эстер руку Себастьян направился вслед за ним.

+1

24

Надо сказать, Эстер и Моран неплохо работают в тендеме. Впервые за много месяцев ей не надо все разжевывать и нет желания придушить партнера. Возможно, Джим этого и добивался? Что ж, если это так, Николс пересмотрит свой план с ножом, колотыми ранами и: «И ты, Эстер?».
- Я могу поставить цифровой в режим видео, возможно, что-то получится записать. - Успела предложить Эстер, перед тем, как к ним подошел милый дяденька и предложил принять участие в заседании.

Без недовольных взглядов в сторону наиболее подозрительной парочки с Британии и шептания за спиной не обошлось. Все-таки их еще подозревают в убийстве кухарки, а зря. Лучше бы обратили внимание на офицера и адвоката, от этой парочки в Николс кровь в жилах стынет.
Пристроившись в кресле, Эстер улыбнулась Пьеру и Фиону, но в ответ лишь холодный взгляд и больше ничего. Даже милые французы, с которыми еще час назад пила чай и обсуждала погоду, теперь смотрят волком. А Эстер их совсем не подозревала. Еще несколько секунд все просидели в слишком неловкой тишине, покидали взгляды друг на друга, и вот заседание началось.
Мистер Майерс вошел в комнату, держа в руках толстую книгу, которую Эстер сразу узнала - книга реестра гостей, открыл на последний странице, поправил очки, кашлянул для привлечения внимания, и начал с переклички, которая сразу вызвала в Эстер несколько вопросов. Во-первых, он не упомянул о подруге офицера, во-вторых, называл всех не по порядку. Фион рассказывал, что, когда они приехали, то монашки еще не было: «ты представляешь, сидим мы такие в гостиной, обнимаемся, а тут открывается дверь, заходит дама в рясе и с огромным крестом на шее. От неожиданности Пьер отпрыгнул от меня на метр », - вспомнила слова француза.
- Вы назвали всех по порядку? - Сразу поинтересовалась Эстер.
Адвокат, кажется, не был готов к такому. Недовольно посмотрел на одного из детективов-любителей, поправил очки и продолжил:
- Думаю, будет честно сказать, что вы мисс и ваш друг вызываете у всех нас подозрения.
На это Николс никак не отреагировала, ее больше интересовал военный. Почему он даже не заикается о трупе в его комнате и если у него есть оружие, то не побоится ли он им воспользоваться? И с ножом за спиной  только офицер?
Эстер подвинулась поближе к полковнику, положила руку на плечо и медленно начала шагать пальчиками по спине, пока не нащупала подтверждение, что один военный точно вооружен.

Отредактировано Esther Nichols (2014-08-06 03:46:35)

0

25

О подозрениях, каких-то жалких необоснованных и надутых подозрениях, Фитер заявил тоном не терпящим возражений. Одного беглого взгляда по лицам присутствующих было вполне достаточно, чтобы убедиться в по-настоящему магическом влиянии этих интонаций на народ. Народ, который жаждет хлеба и зрелищ строго до того момента, пока сидит на трибунах и не имеет ровным счетом никакого отношения к происходящему. Но стоит только вытолкнуть любого из них на арену и энтузиазм проскальзывает между пальцев, испаряется, пропадает ко всем чертям. Себастьян и Эстер так удобно вписываются в эту головоломку, что можно без зазрения совести смести со стола мелкие детали, которые кое-где выбиваются из общей канвы. Какое значение, в конце концов, имеют мелочи перед лицом общественного спокойствия?
Весь этот бал-маскарад уже начинал нервировать Морана, набравшего полные легкие воздуха, чтобы в следующее мгновение емко и доступно объяснить адвокату свои соображения по поводу «мнения большинства», но так ничего и не произнес. Оперативный обыск агента Скалли был расценен Себастьяном чуть ли не как покушение на его личное пространство, суверенитет и безопасность. Только желваки заходили от раздражения, что было несколько превратно истолковано адвокатом.
- Мне легко понять ваше недовольство, но разве это не очевидно?
Вопрос об очевидности так и повис в воздухе, когда свет моргнул, погрузив комнату в густой неприятный мрак на пару бесконечно долгих секунд. Все заметно напряглись, хотя, казалось бы, куда уж больше. Тишина буквально звенела, готовая в любой момент разбиться и разлететься на тысячу взолнованных осколков-голосов. Моран повел плечами, искренне недоумевая, как он до такого докатился. Его раздражало это пренебрежительное отношение, будто он попавшийся на безумной проделке гимназист в кабинете директора и обязан несвязно мямлить, всячески выгораживая свою персону. Дудки. Ему просто нужно перекантоваться в этой лечебнице до того момента, как непогода поутихнет, а там поминай как звали.

- Может не стоит спешить с выводами?
Сухой и безэмоциональный голос офицера вызвал почти болезненную гримасу у Фитера, который был вполне доволен и предыдущей незыблемой версией.

+2

26

Эстер видела, как изменилось выражение лица Себастьяна, понимала, что скорее всего он едва сдерживается, чтобы не сломать ей руку и знает, что по правилам честной игры она должна была поделиться своими переживаниями, о наличии оружия у полковника, а затем попросить его или подтвердить ее догадки, или опровергнуть, но: а) информатор редко играет честно; б) ей сейчас не до Морана с его нервными конвульсиями. Адвокат заигрался и не заметил, как допустил фатальную ошибку и теперь они обязаны взыскать с нее всю выгоду. «Никогда, мистер Фитер, не надо подписываться за всех. Люди любят поиграть в индивидуумов с независимым мнением ».
- Мы можем заглянуть в журнал? - Перешла на более строгий тон Эстер. Слова офицера взбодрили ее, хотя до сих пор не понятно, почему он молчит о трупе в своей комнате. Если он об этом не заявит в течение двух часов, Николс спросит об этом у него на прямую.
- Зачем вам это, мисс? - Адвокат в свою очередь вовсе не скрывал хамское отношение к туристам из Британии. Он забыл все правила хорошего тона, о том, что эмоции говорят о человеке больше чем слова и вел себя так, будто раненый пес, загнанный в угол. Если и в зале суда его так же накрывает, как только рассмотрение дела пробегает не по его сценарию, то Эстер искренне жаль его подзащитных.
- Позвольте. Мне. Заглянуть. В. Журнал. - С еще большим холодом настояла на своем информатор.
- Прошу. - Передал журнал. - Хотя я не понимаю, что вы там хотите найти.

Несколько секунд Эстер молча, просматривала список, который был совсем не такой, каким себе представляла информатор, и который в пух и прах разбивал теорию очереди и полностью очищал имя адвоката. Николс перевела взгляд  на Фитера, поймала самодовольный взгляд и снова уставилась в книгу. Что она ищет? Эстер не знает, но теперь более подробно изучает список. Доказать причастность адвоката ко всему этому хоррору теперь уже дело принципа. «Не может человек так нервничать, зная, что он чист.»
Женщина положила журнал так, чтобы и Себастьяну было видно список (одна голова хорошо, а две - лучше) и снова взялась за сравнительный анализ. Когда в университете они изучали  графологию, чтобы определить оригинал, то старый преподаватель не раз приводил реальные примеры из жизни, подчеркивая, что эта наука им понадобится не только для того, чтобы отличить подделку от оригинала, но и в быту и ... он был прав .
Засечки на всех подписях были идентичны, нажим и наклон букв также, почти одинаковый. Это подделка и не очень удачная. Эстер провела по одинаковым элементам пальцем, чтобы и ее партнер смог убедиться в фальсификации.
- Спасибо. - Уже спокойно, с чувством вины отдала журнал адвокату. - Извините, что не доверяла вам. То, что вы хотели обсудить?
Она уже давно овладела искусством придворных давних времен действовать исподтишка, обучилась очаровывать, льстить, плести интриги и изящно обводит вокруг пальца своих соперников. Люди по своей природе эгоисты и ничто так не присыпает их бдительность, как мысль: «все дураки, а я гений».
Гениальный план, которым Фитер поделился сразу после того, как ему вернули журнал трудно назвать гениальным и вообще планом, но спорить и предлагать, что-то Николс не спешила. Желает, чтобы все разделились и обыскали дом - хорошо, хочет, чтобы было установлено дежурство  - нет вопросов. Эстер готова играть в дуру.
- На этом все. Теперь  обыщем дом.
Все как по мановению волшебной палочки поднялись, кроме одного человека. Он так и продолжил сидеть в кресле, рассматривая, что-то в окне.
- Пульса нет. - Мертво, без эмоций, словно врач "скорой", которому не удалось спасти пациента, сказал Фион.
В комнате снова повисла тишина.

Отредактировано Esther Nichols (2014-09-12 23:28:30)

+2

27

Заглядывая через плечо Эстер, Себастьян без особо энтузиазма скользил взглядом по строчкам. Стоит отметить, что указания девушки ничего особого ему не сказали, в силу несколько другой специализации, но интересно было следующее. Моран собственноручно расписался в этом многострадальном журнале, когда забирал ключи, и сейчас мог бы безо всяких колебаний заявить, что что-то здесь не так. Если у полковника почерк был в самом начале размашистый, а далее мелкий и больше подходящий какому-нибудь врачу с солидным стажем, то здесь, несмотря на кое-какие старания, все отдавало смердящим душком дисциплинированности и аккуратности. Так или иначе, но они пришли к одинаковым выводам, когда журнал снова перекочевал в руки Фитера.
Что задумала Эстер пока было ясно не до конца, но  Себастьян предпочел не рушить ее безусловно грандиозные планы каким-нибудь лишним словом или жестом. Все-таки девушка показала себя особой не лишенной рассудка, так почему бы и не дать ей возможность покрасоваться?
Пока адвокат излагал свои предложения-указания, Моран уже и не пытался разобраться в происходящем. Какая в сущности разница, если он даже и сумеет докопаться до сути? Личное достижение или спортивный интерес? Не сейчас и не здесь.

Естественная и даже расслабленная поза генерала вызывала большее отвращение, чем распотрошенная жертва какого-нибудь сумасшедшего. Тихо, без суеты, конвульсий и прочего фарса. Один большой спектакль, где только два актера остались без заранее прописанных реплик. «А может и один», - тихо поправил внутренний голос.
- Это уже не смешно, - подойдя к креслу, негромко заметил Себ.
– А до этого вам было весело?
Француз мрачно смотрел на него снизу вверх, так и не поднявшись на ноги и не выпустив запястья мертвеца.
- Если только самую малость, - уголок рта предательски дернулся, выдавая действительно не самое отвратное отношение Морана к происходящему. – Я тоже хочу взглянуть.

У него действительно не было пульса. А может пульс был просто чертовски слабым. Впрочем, даже если бы и была какая-то надежда на то, что генерал жив, то, вот, суетиться по этому поводу едва ли представлялось возможным в сложившихся обстоятельствах. Человек опустился в кресло и умер за считанные минуты. У него были катастрофически суженные зрачки и посиневшие пальцы. Под пристальными взглядами собравшихся Себастьян не решился обыскивать военного на предмет оружия, хотя это определенно стоило сделать.
Негромкий хлопок ладоней больше напоминал выстрел, раздавшийся прямо над головами оставшихся в живых. А может это и был выстрел, волею судеб совпавший с появлением чувств полковника, сопровождаемых ироничным выдохом «Потрясающе!».
Прямо у него под носом убили человека. Убили быстро, аккуратно и тихо. Если его не отравили, то Себастьян готов ставить себе жирное «неуд» и строчить отрицательные отзывы в безупречное резюме наемника.
- И что мы стоим? Пошли обыскивать дом, - игнорируя окружающих, обратился он к Эстер.
На кухне уже не было трупа и, право, казалось, будто действительно чего-то не хватает. Моран подошел к сдвижному окну, дернул ставни. Последние лишь издали какой-то мерзкий капризный стон, но не сдвинулись с места. Вторая попытка увенчалась прежним результатом. Мужчина так и застыл с сигаретой в зубах в некотором замешательстве. Здесь же была дверь, ведущая на задний двор. Уже больше из любопытства, нежели действительно необходимости, он попробовал толкнуть ее, навалившись на мощную металлическую конструкцию. Без толку, как и ожидалось. Все было заперто.
- Предлагаю просто проторчать здесь до утра. У меня что-то нет ни малейшего желания спасать чужие задницы из лап психопата местного разлива, - проворчал Бастиан, как-то особо безысходно и задумчиво  жуя фильтр. Свет единственной лампы был тусклым и скупым, резко выхватывающим заострившиеся черты лица собеседницы.
– Ты ведь тоже заметила?
Моран все-таки вытащил изо рта так и не зажжённую сигарету, покрутил в руках, размышляя над целью этой авантюры с журналом.

+2

28

Он вел себя так, будто маленький мальчик, получивший, наконец, на Рождество желаемый подарок или ученик, учитель которого все же создал Философский камень, и это наводило на размышления. Она снова вспомнила его биографию, добавила новые факты и, наконец, отбросила все нелепые теории, в очередной раз, удивляясь тому, что все было очевидно и до этого, вот только она этого не замечала или не хотела. Пожалуй, второй вариант, да, скорее всего он. Информатор просто боялась признаться самой себе, что вот, в соседнем кресле не какой-то дяденька из палаты общин, торговец оружием или, на крайняк, наркобарон, а  профессиональный убийца. От таких людей надо держаться подальше. Ей, как историку, всегда было интересно, что чувствуют люди такие как Моран,  грызет ли их совесть, приходят ли в снах к ним жертвы и вообще, они осознают, что делают, задумываются над искуплением? Она еще раз взглянула на полковника, задержала взгляд дольше, чем разрешено правилами этикета. Она узнала себя. Себастьян вел себя так, как ведет себя Эстер, когда узнает о новом задание от босса, когда докапывается до чего-то такого, что меняет мышление, заставляет переосмыслить и восхищаться. Нет, он спокойно спит и не делает раз в месяц паломничество. Он обычный человек с нестандартной профессией, как и она.
Николс только кивнула на предложение переждать бурю, не стала играть в рыцаря, готового умереть  ради спасения невинных. Эстер понимает, что это эгоистично, не гуманно, не по-человечески и как бы это не огорчало тех, кто сверху наблюдает за ними, но им будет на руку, если все свидетели Рождественского побоища в Базеле перейдут в лучший мир. Провести остаток жизни на допросах и в колониях ей не хочется больше чем терпеть угрызение совести.
- Он это предусмотрел. Он умный. Он знал, что найдется тот, кто поймет, в чем дело, поэтому и сделал  фокус с фальсификацией.
Николс, как и Моран, на подсознательном уровне восхищались маньяком. То как он продумал, просчитал, перестраховался, напоминало ей первую встречу с Джимом. Наверное, она все же больная, ведь нормального человека это должно испугать, удивить, но отнюдь не вызвать желание задать несколько вопросов и пожать руку.
- Себастьян, - тон разговора стал более серьезным, - нам нужен список. Там наши имена, следовательно, это улика и еще одно, кто из нас первый?

Отредактировано Esther Nichols (2014-09-17 17:35:55)

+2

29

В редкий день тягостного безделья, когда работа еще не протягивала свои длинные цепкие руки, а всякого рода развлечения уже приелись, Моран наткнулся в какой-то книге на довольно интересную мысль. Он бы, конечно, не взялся дословно цитировать те пространственные рассуждения, но даже перефразированная импровизация была вполне способна передать свой прежний смысл:
- Если он умный, то ему, как и всякому гиганту мысли в этой сфере деятельности, необходимо признание. Широкая публика, блеск в глазах восхищенной толпы… Кажется, наш красавчик такого сорта. А может и красавица, - сигарета, описав два полных круга в длинных ловких пальцах, замерла, указывая в сторону Эстер. За жестом не таилось ровным счетом никаких намеков в стиле доктора Лайтмана. Разве что излишняя задумчивость или нетерпение, которые касались девушки в той же мере, насколько религиозных фанатиков волнуют их стремительно пустеющие кошельки.
Каким бы не был этот таинственный алгоритм, косивший постояльцев, будто новехонькая бош мохнатый хозяйский газон, результат оставался прежним, как и острая необходимость действовать. Ну, или пытаться соображать на крайний случай.
- Я вписал сначала себя. Понятия не имею какие мы в списке – это была новая стр… - ответ прервал грохот прямо над их головами. Моран что-то беззвучно считал, едва шевеля губами и в такт покачивая многострадальной сигаретой.
- Комната рядом с номером генерала, - вынес свой вердикт полковник.
Никаких криков, только что-то вроде борьбы или возни, потом внезапная тишина. Длинный глухой стон-скрип, похожий на звук, когда передвигают громоздкую мебель, ознаменовал конец потасовки или что еще там произошло. Себастьян молча ждал окончания и, после относительной тишины, продлившейся уже больше двадцати секунд, позволил себе продолжить, будто ничего не произошло.
- Так о чем я? Да, журнал. Можно попробовать высунуться сейчас, когда все, кажется, убрались наверх, и обшарить первый этаж. Но лично мне о творящихся здесь махинациях известно не больше твоего, а выскакивать в эту манящую неизвестность со стволом наперевес, значит либо размахивать красной тряпкой, раззадоривая нашего Берковица, либо до смерти пугать оставшихся идиотов, окончательно подтвердив их смехотворные обвинения.
Было в этом напускном спокойствии что-то вульгарное, что-то от киношных актеров с их немного фальшивыми жестами, взглядами и ужимками. Себастьян держался молодцом, продолжал вести диалог, вместо того, чтобы играть в «злой, плохой, хороший», достав револьвер и умчавшись искать виноватого. Что уж там. Как бы мужчина себе не врал, как бы ни пытался внушить простую мысль о необходимости действовать рационально и адекватно, как бы ни старался унять болезненное возбуждение – все было напрасно. Все его инстинкты пришли в движение, создавая внутри настоящий хаос, требуя, убеждая, моля предпринять хоть что-нибудь. Моран сверлил своим тяжелым взглядом девушку, больше уделяя внимание диким пляскам чутья, вознамерившегося устроить внутри полковника мексиканский карнавал, чем действительно собеседнице. Плюс ко всему было неприятно задето самолюбие охотника, из которого сделали дичь. Забившуюся в угол, напуганную, желающую остаться в спасительной тени. Жалкую в конце концов. Такой расклад явно был полковнику не по вкусу и дикий нрав яростно пытался взять верх над холодным рассудком.
Тем не менее, Себастьян был здесь не один, и интуиция подсказывала, что бросать эту дамочку на произвол судьбы нельзя ни в коем случае. Проявляй Моран немного больше скептицизма в таких вопросах и поменьше преданности своим чудным принципам, то кто знает, как давно все могло обернуться для него отпеванием и траурными лентами. Эстер явно не была какой-нибудь разменной монетой или подставным лицом. Чуть меньше уверенности в себе, чуть больше напускного равнодушия, немножко раздутого самомнения и под звуки кубинского джаза излишне подозрительный субъект, подходящий по всем этим параметрам, получает чем-нибудь тяжелым по голове и за щиколотки ловко транспортируется в пыльную кладовку с многочисленными швабрами и моющими средствами.

+1

30

«А, может, и красавица»
- Эту теорию отвергать не надо. В конце концов, яд - оружие женщин.
Николс уже ничего не понимает. Все ее объяснения, теории рушатся, как карточные дома. Кажется, будто убийца просчитал все их ходы. Он стратег, который неправильно реализовал свой потенциал. Гроссмейстер. И переиграть его на его же поле, даже с пистолетом за плечами будет, ой как сложно.
От слов Морана о том, что он первый напряжения не исчезло. Что-то выразительно-неприятное начало ощущаться в помещении. И это была не отчаянная лихорадка, вызванная непониманием ситуации, нет, она нутром отличала обреченный оттенок этого чувства. Несколько секунд женщина старалась, вглядываясь в напряженное лицо Себастьяна, угадать, чувствует ли он нечто подобное. Так и не отыскав ответы, информатор повернулась спиной к полковнику, приблизилась к столешнице и начала отбивать пальцами морзянку.
«Продержаться ... продержаться до утра».
Эстер вспомнила о книге, которую прочитала несколько лет назад. Две трети этого романа заложники боролись за свои жизни. Больше всего ей понравилась история одной женщины, которая готова была пожертвовать собой ради других. Николс понимала, по сравнению с заложниками в отеле у них еще достаточно все спокойно: в них не стреляли, не травили газом и никаких - тьфу! тьфу! тьфу! - взрывов. Тем не менее, от этой мысли легче не стало. Была разница, которая не давала покоя: несмотря на все физические надругательства, даже, несмотря на наличие в компании террористов душевнобольных все заложники остались живыми. А Эстер все больше разъедало терпкое ощущение, что ей и полковнику пора бежать к монашке и замаливать грехи.
Женщина перестала отбивать непонятное послание, развернулась. Под сердцем что-то запекло. Страх мириадами игл продрался сквозь кожу.
- Жалкое чувство, когда ты знаешь, что-то должно произойти, что ты в опасности... и единственное, что ты можешь - ждать. - С горечью в голосе подытожила Эстер, дослушав Себастьяна.
И в тот момент, когда паника скрутила информатору живот, чуть не заставив послать все к черту и предложить Морану перестрелять всех кто остался в живых, включая собак, собрать вещи и попытаться доползти до Базеля к ним практически одновременно и достаточно громко донеслись два выстрела.
«Мужчины предпочитают меч», - отметила женщина.
- Больше ждать нельзя. - Только сейчас пришло осознание того насколько они легкая мишень. - Или мы их, или они нас. У тебя же полный барабан?

Отредактировано Esther Nichols (2014-09-20 00:46:28)

+1


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » Five days in the mountains