« — На самом деле мне очень не хватает семьи, — сказала Эвр на десятой минуте беседы с той толикой безразличия, которая позволила бы человеку понимающему внутренне воскликнуть «Аааа!! Она говорит что ей не хватает семьи, но на самом деле причина конечно не в этом. Но она слишком умна, чтобы скрывать истинные причины таким явным способом, и конечно предположит что именно так я и подумаю, а если так, то надо подумать иначе… Значит. Эврика! Ей не хватает семьи!».
"The five-minute rule", Eurus Holmes



Sherlock. Come and play

Объявление

Уважаемые гости и участники. В связи с загруженностью АМС игра уходит на хиатус до начала 2018-го года. Благодарим за понимание!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » 05.05.2011 Stein um Stein


05.05.2011 Stein um Stein

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

Время и место
Локация изменяема.

Участники
Джеймс Мориарти, Шарлотта Роксфорд

Краткое описание
Как создается сотрудничество.

0

2

По небольшому кубу ресторана прокатился.. ураган? Землетрясение? О нет, всего лишь Джим Мориарти, собственной персоной. Тот, кто что-то понимает в этой жизни всегда приходит сюда — к алкоголю, который подают лишь у барной стойки, расположенной в другом конце мини-зала (за исключением коллекционных напитков и некоторых вин 2001 и 2003 года), к чудовищно прекрасным официантам, что вынесли осанку из девятнадцатого века — их учат, стопроцентно, всевероятнейше учат сохранять прямоту и молчание даже в момент принятия заказа. Как ни посмотри, но в случае с Мориарти просто необходимо было обладать некоторыми экстрасенсорными способностями, а местный персонал, видимо, дни и ночи проводил в индийских мантрах. Иначе не объяснить, каким образом, за свою богатую историю посещения данного места, у Джима в анамнезе не наблюдалось ни одного скандала. 

- Добрый вечер, - привстал, отодвигая стул в ожидании, когда присядет собеседница на сегодня и, слишком резко и сильно, пожалуй, задвигая его обратно. Тишину, разбавленную негромкой музыкой, разбавил еще и громкий грохот точеного дерева, скрипнувшего по настилу. Шарлотту спасла ее хрупкость. Джеймс бесшумно опустился на свое место.
Все просто. Как обычно — влияние не завоевывается силой, а покупается за деньги. Репутация, к сожалению, тоже. Будни любого мира из существующих. Поздно метаться или рано суетиться — пусть решит самостоятельно, раз Джим купил эту встречу, следовательно, кто-то продал мисс Роксфорд с потрохами.
- Меня зовут Джим и я рад сообщить вам, что с этого вечера ваша основная задача меняет курс.
Чужое любопытство — своеобразная гарантия преданности. Если Шарлота и производила впечатление «верной», Джим не льстил себе подобной удаче. Сие было верностью принципиально другим людям и совершенно иным идеям, однако попробовать хотелось. Убежденных сторонников Мориарти до сего момента среди мошенников не наблюдалось.

- Официант! - подавил желание щелкнуть пальцами и «выходи, подлый трус» повисло в воздухе. - Что желает выпить дама?
Дама - желает. Желает - выпить. Обращаясь к персоналу, Мориарти ненавязчиво обрисовал настроение будущей беседы, которая, как он надеялся, не затянется надолго.

+1

3

Приглашение на ужин было словно сигнал таймера Джона Крамера, вещавший о начале новой игры. Только на этот раз жертве отводилось не 60 секунд на то, чтобы собственноручно нанести себе увечье и остаться в живых или же погибнуть от слаженного механизма, а целый день на наведение марафета и моральной подготовки. И сказать, что Шарлотта была удивлена подобному приглашению, значит, ничего не сказать. Девушка была крайне поражена, и вместе с тем в душе её с каждым новым мгновением нарастали страх и напряжение, выливавшиеся в один достаточно лаконичный вопрос: «За что?».
Слухами земля полнится, - известное простонародное выражение. Слухами о Мориарти преступный мир был более чем просто переполнен, что лишь подогревало интерес рядовых преступников и новичков в этом деле, не допущенных к секретам оборотной стороны Лондона. Кто-то превозносил злодея-консультанта, кто-то отрицал его существование, словно атеист божественную сущность, а кто-то пугал его именем своих подрастающих спиногрызов и шестерок. А Шарлотта? А Шарлотта, жившая по принципу «не трогайте меня, и я не буду трогать вас, ибо на кой черт вы мне сдались» и считавшая, что у страха глаза велики, просто сосуществовала среди организованной и не очень преступности, не заморачиваясь по таким пустякам и искренне веруя, что она никогда не понадобится такой крупной шишке, вот он ей – да, но это уже другая история.
Поэтому весь день был проведен в томительном ожидании и изнурительном подборе вариантов того, что могло послужить причиной подобной встречи. И каких только глупостей не навыдумывала себе блондинка, обладающая явной паранойей, сидя у камина за чашечкой чая и устремив взор голубых глаз за окно. В голову лезла всякая ерунда вплоть до тщательно проверенной и измененной истории браузера, но, убедив саму себя, что за детские игрушки и кое-что иное вряд ли бы англичанку стали вытаскивать из её змеиной норы, барышня решила, что единственным, за что её могли бы взгреть, была её отвратительная политика в области своего бизнеса. Вернее, кому-то она показалась бы отвратительной, но вот Шарлотта нисколько не считала её таковой, оправдывая это тем, что хрупкой беззащитной даме можно простить убийства, шантажи, подкупы и редкое, лживое вранье о покровительстве Того самого профессора. В конце концов, все так делали. Кто-то больше, кто-то меньше, просто самцам все это прощалось из мужской солидарности, а к таким вот дамочкам частенько предъявляли претензии и стремились спихнуть с занятого пьедестала, что было лишним поводом к ненависти к сильному полу.
Так, совокупив все мысли касательно грядущей встречи и поддавшись влиянию страха и напряжения, Шарлотта вопреки обычной практике не тряслась от волнения и не шла на полусогнутых с трясущимися коленями ногах, а с видом не самым приветливым, но очень раздраженным и хмурым решительным шагом, игнорируя зауженный подол своего кремового платья, направилась к указанному столику. К этому моменту блондинка уже убила целую армию нервных клеток, после чего в обиду на себя уже была готова не бросаться в ноги человеку, факт чьего существования не был научно доказан, а собственноручно выдавливать глазные яблоки. Как минимум хорошую оплеуху за причиненные страдания мистер Мориарти заслуживал, по скромному мнению самой девушки, которая под вечер свято уверовала в собственную невиновность и почти что невинность и видела кругом подставы и раздутое мужское эго.
- Добрый вечер, - собеседники Шарлотты видывали приветствия подружелюбней. Это же было похоже на пожелание скорой смерти, полностью отражавшее настрой златовласки. Сказано было без тени жеманной улыбки и томных вздохов, но с примесью яда и желчи. За что, видимо, в тот же миг девушка и поплатилась, будучи излишне резко придвинутой к столу. Обстановка в понимании Роксфорд определенно накалялась. По крайней мере, сама барышня уже собиралась выйти из режима пассивного раздражения в режим активной агрессии, чему не был помехой даже пресловутый инстинкт самосохранения.
«Меняет направление…? Что, простите? Это ж с какого … ?». Повисла неловкая пауза, покуда Шарли пыталась подобрать наиболее приемлемый эквивалент последнего вопроса, дабы вот так с ходу не портить о себе впечатление у всех посетителей и персонала данного заведения разом. 
- И какая же из моих основных задач меняет направление? - представляться было глупо, поэтому в ответ не стала увиливать от главной темы разговора, также напрямую задав интересовавший её вопрос. - Мне, так сказать, как капитану, весьма интересно, какого дьявола маршрут моей посудины меняет направление без моего приказа.
Златовласка подалась вперед и подперла подбородок сплетенными в «замок» пальцами., выжидающе глядя на своего собеседника, как будто только и ждала, что он выкинет что-нибудь эдакое. 
- Воды, дама желает стакан воды, - вернее было бы сказать «кровушки», но показать свои безгранично дурные манеры мисс Роксфорд ещё успеет. Да и вода – напиток универсальный и практичный: и жажду утолить можно, и не жалко картинно выплеснуть оппоненту в лицо без последующих сожалений и мук совести о том, что это был бокал коллекционного вина заоблачной цены. К тому же общество не располагало к тому, чтобы намеренно дурманить себе разум, да и лимит потребления алкоголя был исчерпан, когда после получения любезного приглашения на ужин Шарлотта с трясущимися руками попросила Филиппа плеснуть бренди.

Отредактировано Charlotte Roxford (2014-02-26 22:00:57)

+1

4

Дела сделаны - крупные, мелкие, наимельчайшие. Перед делом не слишком крупным, но значимым, Джим традиционно завершал все предыдущие и временно не брал новые. Однажды он поступился приметой и произошло.. нечто неприятное, скажем. С тех пор традиция не нарушалась.
Шарлотта демонстрировала радость от встречи и демонстрировала довольно агрессивно. Для Мориарти это было сродни пощечине за накрытым - накрытым им - столом. Пусть индейка пересолена, вино не того года, а овощи не особо свежие - те, кто однажды усомнился в том, что Джеймс Мориарти радушный хозяин, более не разговаривают. Мало кто смел посягать на священную неприкосновенность, включая партнеров по настольному гольфу, в котором Мориарти был ужасен как никто другой и заканчивая.. нет, пожалуй одна была, та кто попирала все установленные правила и рамки. Только одна. Она бы не побрезговала не только испортить сухость изнеженного лика, но и опрокинула на него весь стол. Напоминала она сегодняшнюю "спутницу" в их первую встречу, до зубной боли напоминала, и как человек, ценящий уместную театральность во всем и всех, Джим почти проникся грядущими перспективами.
Его любимый, изредка, метод допроса мог оказаться здесь куда более действенным, чем обычно. Как правило, если полтора часа смотришь на человека и не говоришь ни слова, то перед тем как выуживаешь нужное, бонусом идет еще несколько килобайтов тщательно законспектированной информации, которую выдает насмерть перепуганная жертва, прежде чем сообразить, что именно от нее требовалось. Под ледяным змеиным взглядом ящики с секретами взрывались так, что успевай отряхиваться от осколков. Учитывая, что чаще всего требовалась сущая ерунда - в иных случаях беседа велась совершенно по-другому, и нет, не спрашивайте как, - Мориарти использовал сей метод когда ему становилось совсем уныло или когда не мог определить, боятся конкретно его или же боятся неправильно ответить. Своеобразная терапия.

- Вода здесь просто прекрасная, - проговорил Джим приятным голосом. Вот дрянь! Жаль, вежливости не поучить, все же почти официальная встреча. Понравился ему выбор или нет, сказать было сложно, бесстрастное выражение застыло еще во время приветствия и даже истеричному вихрю имени Шарлотты Роксфорд оказалось не под силу с ним справиться.
- Закажете что-нибудь еще? Низкокалорийный салат, легкое вино, полтора миллиона фунта стерлингов, мое покровительство? - высокий смешок. - Нет? Очень жаль.
Добрый самаритянин, готовый споить даме весь наличествующий в баре алкоголь, причем не воспользовавшись ее беспомощным состоянием, и просто замечательный человек Джим Мориарти не выносил, когда его Имя употреблялось а) в контексте бытовых сплетен; б) просто всуе.
Блондинка-мошенница, об убийстве которой даже не напишут в газетах, какого черта?!
Он сделал знак официанту и откинулся назад. В отличие от мисс Роксфорд Джим мог себе это позволить, пока исходя лишь из физических возможностей.
- До меня дошли слухи, - пауза, данная, дабы собеседница мысленно объяла весь свой послужной список. Меньше десяти секунд, нетерпеливо продолжает: - что у вас есть кое-что мое. Впрочем, - беспечный жест, складывая ладони в замок, не без подтрунивания зеркаля жест собеседницы и вперив в нее доброжелательно-прохладный взгляд, - оно и не мое тоже, но у меня куда больше прав на это, чем у вас.
"Полтора миллиона" послужили ответом. А беседа несла в себе два вопроса: будет ли Шарлотта хорошей девочкой? В обратном случае, сядет она в Холлоуэй, и если да, то насколько?

+1

5

Низкокалорийный салат? Фи, Шарли не кролик, чтобы смаковать травкой. Легкое вино? Сегодня барышня не настроена на то, чтобы строить из себя кокетку. Но может такой мастер конспирации и лицемерия, коим несомненно являлась Шарлотта, сумел не выдать своего раздражения и праведного гнева. Полтора миллиона фунтов стерлингов? А вот это уже интересно. Упоминание как бы невзначай суммы, слегка превышающей отметки «миллион фунтов стерлингов» и буквально на днях полученной от банкира, что буквально чудом затесался в лавку Роксфорд не без содействия ещё одной странной личности и её босса, больно кольнуло девушку куда-то под ребра. «Может быть совпадение? Хотя какие могут быть совпадения…». Покровительство? Ещё одно заманчивое предложение. Но, кажется, мечты о подобном только что если не рухнули, то пошатнулись точно, после предъявляемых претензий и этого несколько пугающего смешка. Смех без причины – признак дурачины. И хоть дурачиной мистера Мориарти сложно было назвать, судя по его далеко идущей славе, но вот в его душевном здоровье Шарлотта уже было усомнилась, когда раздался высокий смешок. Видимо, Джим (как он просил величать себя сам) изволил посмеяться над собственной шуткой, может подать пример мисс Роксфорд, мол оценить шпильку, пущенную в твой адрес, ты должна, ибо не каждый день тебя такие высокопоставленные лица подкалывают. Сдержавшись от того, чтобы тактично справиться о самочувствии мистера Мориарти и предложить заказанный для себя стакан воды, Лотти лишь вопросительно изогнула светлую бровь, всем своим видом показав, что ожидала от такого человека больше серьезности и пафоса что ли. Но гении, они же все такие пришибленные. Или пришибленные были гениями. Черт их всех разберет! Шарлотте оставалось лишь радоваться тому, что она была девушкой простой, местами умной, но тоже со своими тараканами в голове, которые вместе с тем были, по её мнению, абсолютно обычными и не из ряда вон выходящими.
Хотя сейчас было не до того, чтобы размышлять об особенностях богатого внутреннего мира и устройстве психики вот таких вот субъектов. Да и откровенно говоря, Шарли вообще не была предрасположена к тому, чтобы думать о ком-то кроме себя и о чем-то, что не касалось её скромной персоны. Вот и сейчас с напускным серьезным и неимоверно задумчивым видом златовласка рассуждала о собственной шкуре, вернее о способах её сохранения, чисто машинально водя указательным пальчиком правой руки по драгоценным камням на кольце, что венчал перст на левой, покуда месье Мориарти излагал свои мысли.
- Если бы вы выдержали свою театральную паузу чуть дольше и, склонившись ещё ближе, произнесли все это ещё тише с большей таинственностью в голосе, я бы уже начала думать, что под моей подушкой волшебным образом материализовались ваши подтяжки или что-то ещё более интимное.
Шарли не претендовала на звание самой остроумной, не пыталась хоть как-то досадить или хотя бы слегка зацепить мужское самолюбие своими словами, девушке просто надо было сбыть весь клокочущий в ней яд, который почти в буквальном смысле без спроса лез отовсюду.
- У меня есть одна мыслишка касательно предмета, который вы решили у меня вежливо утащить из-под носа под предлогом того, что он больше ваш, чем мой. Однако, если мы говорим об одном и том же, мне придется вас разочаровать… Эх, - Шарлотта по примеру Джима томно вздохнула с настолько плохо деланным сожалением и, выдержав небольшую паузу, продолжила уже более деловым тоном, - надеюсь, вы не претендуете на компенсацию?
Вся эта ситуация начинала забавлять. Из кастрюльки с кипящей и плещущей из-под крышки яростью перестал валить дым, вообще, все было близко к покою и умиротворению в душе блондинки, что польстилась на то, что сумела обставить мистера Мориарти. И пусть это будет последняя гадость в её жизни, зато какая! Мелочь, а приятно. Игра стоила свеч хотя бы для самой Шарлотты, чье настроение от осознания этого, меняло курс стремительнее Лондонской погоды. А тут ещё и воду принесли. Что ещё нужно для счастья?
Роксфорд чуть отклонилась назад, когда официант поставил перед барышней её скромный заказ, после чего в ожидании ответа своего собеседника решилась испробовать то, что ей так расхваливали. Сделав небольшой глоток, Лотти отставила предмет кухонной утвари, до сего момента являвшего кристальный блеск, а теперь пестрел отпечатком яркой девичьей помады, и произнесла, как бы подводя итог:
- И правда, чудесная вода.

+1

6

Знакомы меньше десяти минут, а уже такие намеки. Проигнорировав тираду о столь интимном предмете гардероба, Мориарти, тем не менее, последовал совету, склоняясь еще ближе. Ладонь опустилась на чужую, скользнула по тонким пальцам. Секунда - и Джеймс резко сдернул изучаемое Лотти кольцо, пожертвовав сомнительным комфортом собеседницы и снова откинулся назад, разглядывая драгоценность. Задумчиво примерил, оценивая чистоту воды - нет, все же вещь откровенно женская, что говорить, он даже кольцо-печатку закинул куда подальше, оставляя ему роль трофея и не более.
- Какая разница, кому они принадлежат? Я не планирую забирать их себе, если вас, - еще один смешок, - это успокоит.
Там куда больше, чем Шарлотта себе рисует. Джим позволит себе помахать перед ее очаровательным носиком парой перспектив, после чего прикроет золотую жилу, которая питает мисс Роксфорд. Найти слабое место оказалось легче, чем Мориарти предполагал: алчность - лучший стимулятор человечества с незапамятных времен. Пусть Шарлотта убила этого мамонта, мясо достанется отнюдь не ей.
- Тем более, пока вы говорите, я уже приступил, - бокал перекочевал на другую сторону стола, мужчина приложился к неоскверненной части емкости. Между Джимом-хреновым-дипломатом и мисс Роксфорд стоял Джим-женоненавистник и с каждым глотком воды последний выигрывал. Последнее глотательное движение кадыка, полотняный веер выскальзывает из салфетницы. - Тик-так, тик-так, - веско сверкнул циферблатом часов ("Картье Калибр", белое золото, 45 мм в радиусе) и белозубой улыбкой впридачу, - слышите, как уходит ваше время, Шарлотта? О, жизнь так беззаботна и скоротечна, - одергивает рукав, - у вас так много возможностей и так мало причин. Я могу ограничить ваши возможности, мисс Роксфорд. Причины больше не понадобятся.
Джим вытирает губы, а пустой бокал, с предшествующим легким дзыньканьем, отправляется к близпроходящему официанту. На стеклянном дне его пожизненная зарплата, платина в союзе с бриллиантами - дурной вкус.
- Не очень чистая вода, - пояснил Мориарти.
Могла выбрать и получше, а тому мальчику все равно пора начинать что-то менять в своей жизни.

У нее была своя определенная и устоявшаяся система ценностей, в которую явно не входила благотворительность крупных масштабов в адрес неизвестных лиц. Кто еще до Шарли считал Мориарти бизнесменом от криминального мира, держателем "общака" или заурядным главой могущественного преступного клана?
О, многие.
Пожалуй, их было слишком много.
Джим донес до взбалмошной белокурой головки основную вещь: его никто не покупает, он и сам может купить что угодно и кого угодно. Найм Джеймса Мориарти - упрощенное выражение для тех, у кого элементарно не хватает мозгов для минирования зданий или организации покушения. Они отдавались на волю Мастера, искусного и непревзойденного в своем мастерстве. Мориарти бы с радостью платил за это сам. Дамочка была заносчивой, самоуверенной, упрямой, алчной до золотых чертиков пред небесным взором - это бесило, возмущало, выводило - это заводило. Но дурой пресловутая дама совершенно точно не была. С точки зрения обычных людей. Чистый, не замутненный лишним разум, чья деятельность направлена на подзаработать, да так чтобы не поймали. Один путь - одна цель, неповторимая в своей упертости и отчаянной смелости. Тех, кто любил доставлять неприятности, Мориарти узнавал с полпинка. Неожиданная, надо сказать, конкуренция. Шарлотта интуитивно нащупала козырь, о котором даже не догадывалась и даже пыталась играть им. Немного поспешно, но на кого-то другого могло подействовать безупречно. Бриллиант чистейшей..
- Ваше вино, сэр, - хорошо знакомый официант, облагодетельствованного и след простыл.
- Удачно ошиблись столиком. - Смешок, очередная выдернутая салфетка, обернувшая бокал. Емкость очертила аккуратную прямую по направлению к собеседнице. - Я заказываю только виски, но для вас будет крепковато.
Пей, Гертруда.

+1

7

А все так хорошо продолжалось. Шарлотта уже было думала расслабиться, позволив себе фривольно откинуться назад, с видом августейшей особы возложив руки на подлокотники своего почти что трона, и вальяжно закинуть ногу на ногу, быть может, совсем случайно задев чужую голень мыском туфли. Однако сейчас мистер Мориарти одним простым движением вновь заставил балансировать даму на острие собственных эмоций. Роксфорд могла почувствовать себя канатоходцем, который, к ужасу зрителей, на самом деле потерял равновесие и вместе с ним контроль над ситуацией и которому оставалось лишь одно - выбрать то, по какую сторону трясущихся переплетений нитей упасть: справа или слева, уповая на удачу, легкое дуновение ветерка, способное выровнять акробата, или уже сразу начиная читать молитвы. Так и Шарлотта не знала, куда ей качнуться на этот раз, то ли проникнуться лютой ненавистью к данному субъекту повторно, то ли не придать значения всему этому фарсу. Лотти умела наступать себе на горло, когда видела в этом необходимость, а если быть точнее выгоду. Пока выгод никаких ей не сулили, а лишь картинно продемонстрировали дорогие часики. Наметанный глаз профессионала схватил почти все детали, давая почву для размышлений, которые все более стремительно приближались к отметке «согласна на все за ваши деньги». Алчность до добра не доводит, но Шарли верила, что лучше она будет доживать свой короткий век в собственной вилле, чем быть кем-то вроде школьной учительницы рисования. До кучи к приятным бонусам, которые пока казались миражами, инстинкт самосохранения, забиваемый в темном уголке девичьей души чувством гордости, тихо просил пощады и того, чтобы его хозяйка подумала о целостности своей шкурки. Но гордость. Уязвленное самолюбие просто свербило, а все поведение Мориарти говорило о том, что барышня ему крупно насолила. Так что Шарлотта уже не смела надеяться на то, что сможет выйти сухой из воды. Скорее, дама уже морально готовилась к тому, чтоб с нимбом на голове, лежа на каком-нибудь мягком облачке, взирать с высоты на то, как проходит церемония её похорон. На первый взгляд, девушка весьма легкомысленно отнеслась к своей жизни, однако, рассудив по-философски, решила, что исход пожеланий месье Мориарти она предугадать не сможет в той же мере, как и повлиять на его решения. Поэтому, по мнению Лотти, не было смысла трепыхаться или, умаляя свое достоинство, целовать ботинки мнимого благодетеля. Помирать, так с музыкой, перед этим заставив попотеть своего противника, ставя ему палки в колеса. К этому пессимистичному настрою стоит добавить ещё и то, что девушку неимоверно выводил из себя тот факт, что кто-то смел протягивать ручонки к её скромной особе без какого-либо на то дозволения и более того, забирать нечто, принадлежащее ей. Этот варварский жест, кроме того, что вызывал жгучую злобу, заставлял непроизвольно проводить аналогии с сорокой, падкой на чужие блестяшки. Уж лучше бы Джим отсек ей палец, нежели посмел отобрать ещё что-то. Отсутствие украшения было сходно фантомной боли; вроде бы ничего и нет, а это ничего ужасно ныло, доставляя пренеприятное чувство.
Рассудок победил, так что Шарлотта ограничилась тем, что в кой-то веки молча бросила на своего сегодняшнего собеседника уничтожающий взгляд, в котором читалось откровенное презрение и жажда схватить нахала за грудки и хорошенько встряхнуть, благо его телосложение позволяло. Гневный прищур и поджатые губы «бантиком» были венцом сего творения.
- Господин Мориарти, если вас это успокоит, то я прямо скажу, что не, - последнее слово было интонационно выделено в свете последних событий, - ваши побрякушки уже вернулись к своему хозяину, который вряд ли совершит повторно такой же промах и позволит увести у себя из-под носа свою прелесть. Так что закатайте свои прелестные губки… И прошу вас, не топайте ножками, осыпая меня угрозами. Ибо я все равно не смогу изменить сложившуюся ситуацию. Хотите избавиться от проблем или устроить что-то более изощренное? Валяйте, - девушка махнула рукой, словно просила официанта принести всем шампанского за её счет.
Мягкого и вкрадчивого голоска не получилось, но не беда, хоть Шарли и хотела уже включить обаяшку и начать ластиться как какая-нибудь кошка. Видимо, не судьба. Не судьба исправить испорченный день и спокойно дожить хотя бы до пятидесяти.
Мисс Роксфорд отвела взгляд, с неподдельной тоской глядя на дверь, за которой скрылось её памятное колечко и за которым мадам клятвенно пообещала сама себе вернуться. И вот ларчик приоткрылся, на одно мгновение позволив лицезреть сердце ресторана, где творил какой-то именитый шеф-повар. Оттуда же выскользнул очередной официант, замешкавшись в самом начале своего пути. Переключив все внимание на новый предмет, Лотти с удивлением заметила то, как парнишка совершает нехитрые манипуляции с бокалом. На секунду блондинка даже забыла о всем том, что происходило с ней последние минут пятнадцать. А когда перед ней выставили злополучный бокал, то от прежних мыслей и эмоций ничего не осталось, ибо их вытеснили любопытство и подозрительность. «Это так красиво и незатейливо меня решили отравить, или просто кто-то отказывается от своего?». Глупо было уповать на то, что сие вино предназначалось ей. Куда уж было скромной Шарлотте Роксфорд до птиц такого полета. Да и как-то совсем не боялся её исполнитель заказа, вытряхивая нечто прямо в бокал. Быть может, юноша был глуп? Тоже вариант.
- Нет уж, спасибо. Мне кажется, это в полной мере ваше, - Шарли отправила напиток на исходную. На лице непроизвольно появилась улыбка.
В каждом маленьком злодее есть по 200 грамм взрывчатки или даже полкило. А в одном знакомом нам злодее сейчас грозилось оказаться несколько миллиграмм чего-то похлеще взрывчатки. Если, конечно, Шарлотта в сияющих доспехах не предотвратит катастрофу, ударив мужчину по руке со словами «брось каку». Но девушка не спешила делать этого, с интересом наблюдая за тем, что будет вытворять месье Мориарти.

+1

8

Если бокал треснет в пальцах - перебор. Судя по тому, что криминального гения все еще заботило, какая реакция уместна, а какая покажется нарочито пошлой и наигранной - еще теплились остатки самоконтроля в тщедушном тельце, упакованном в новинку "блэк лейбл" (немного грубовато для встречи с дамой, но Мориарти находил черный цвет универсальным для любой ситуации); еще давилось желание раскатать мисс Роксфорд на этом столе, как самое мягкое в мире тесто для безе и прочих заварных яств - без всякого эротического подтекста. Пока злость преодолевала отметку "сжечь ведьму!", медленно, но верно подходя к критической черте "а ну выйдем", вечер переставал быть томным. Беседа становилась увлекательнее. Театр абсурда набирал обороты.
- Как интересно, - крутанул бокал в пальцах, поднес к лицу, поморщился, передумал. - Как интересен факт того, что вы позволили побрякушкам ускользнуть прямо из-под своего очаровательного носа, да еще к любителю, который до последнего момента едва ли представлял их истинную ценность.
Блефуете, мисс Роксфорд?
- Неужели вы, - тон мгновенно обрел бархатистость, - даже не подумали о том, чтобы спрятать оригинал? Вы настолько жадны, что не в состоянии ненадолго расстаться с игрушкой?
Это было бы наипростейшим выходом. Помани фальшивкой и наблюдай, как он скачет. Подсунь ее левым лицам и замри с невинным видом, пока сороки дерут блестяшки в разные стороны, пытаясь отхватить хоть кусок. Сие настолько просто и настолько в стиле Шарлотты, что Мориарти не допускал и мысли, что сам мог выйти на пресловутый ложный след. Блондинка, кажущаяся недалекой, ценительница антиквариата да и вообще на редкость упрямая и рисковая личность с суицидальными наклонностями - чтобы так заманить Джима, нужно знать его вдоль и поперек.
- В таком случае у вас явные проблемы с самоконтролем, Шарлотта. Могу посоветовать хорошего доктора, у него богатый спектр лечебных процедур, начиная от клептомании и заканчивая детским насилием над животными. Сам не пользовался, правда, - уголки губ дрогнули в намеке на улыбку, - хоть и предлагали.
Если кому-то и показалось, что Мориарти слегка приоткрыл завесу тайны касаемо своего прошлого, выболтав причину столь частых переездов, то ему показалось.
- Вот возьмем вас, - широкий жест, предварительно отставив вино, резкий скачок с заботливого тона практикующего психиатра на интонации орнитолога, обнаружившего чрезвычайно интересную и редкую птицу. - Готов поспорить, что ваше существование ограничивается "карманным" бизнесом, приносящим хоть большой, но нестабильный доход. В качестве штриха, оживляющего картину, - Мориарти поморщился, - добавим череду любовников, делающих жизнь хоть сколько-нибудь интересной. Мелкая мошенница, толкающая золото из ломбарда, самой не смешно?
Из уст Мориарти истрепанная временем истина звучит как лучшая шутка сезона. Джим сделал короткий жест пальцами, поднимаясь и машинально оправляя лацканы.
Счет.
- Но если вы даруете мне свое общество в увлекательнейшем квесте "вернем утраченные побрякушки вместе", - смешок, - можете считать, что обеспечили себе остаток жизни. Даю вам сутки на размышления.
Может, иногда стоит начинать с подкупа или шантажа, оставляя угрозы на десерт. В конце-концов личную безопасность мисс Роксфорд никто не обещает. Нет, все же следовало поговорить с ней в другой обстановке, где неуместно слово "выбор", а понятие свободы - не более, чем абсурдная фантазия. Настроение почему-то резко скакнуло вниз.

- ...Скажи, дорогуша, - отстраненно обратился он к официанту, захлопывая папку с чаевыми, - по-твоему, я употребляю эту дрянь?
Тот факт, что некоторое время назад собственноручно попытался всучить пресловутую гадость Шарлотте, Джим благополучно упустил из виду. Мисс Роксфорд более не представляла интереса, по крайней мере в ближайшие двадцать четыре часа, но осадок после беседы остался и спокойствие - возмутительное спокойствие! - персонала было для Мориарти словно соль на свежий порез. Сему заведению еще не посчастливилось познать Джима Мориарти со всей его богатой мимикой, не менее разнообразными интонационными перепадами в диапазоне ультразвука вкупе с ожесточенной жестикуляцией; посылом за шеф-поваром или к чертовой матери, что равносильно. Может, насчет особо ценного клиента были даны не менее ценные для паренька указания, а может у того атрофировался инстинкт самосохранения на почве шока, но монолог вида "в какой Вселенной я употребляю ЭТО?" в содружестве с "если выпьешь и не станешь инопланетянином, то...(далее следовал внушительный список возможных наказаний, которые только могло изобрести больное воображение)", сподвиг на исполнение профессионального долга.
- Это наше лучшее вино, - сказал бы он один из своих речевых шаблонов, (истрескавшихся от постоянного повторения всех тугоухим идиотам, готовым выложить кругленькую сумму за одну лишь этикетку), перед тем как, закатив глаза и что-то прохрипев (выражая сим полное свое согласие, надо полагать), упасть в объятия ошарашенного Наполеона криминального мира, который, ведомый незнакомыми ранее инстинктами, почти заботливо усадил труп на свое место и поднял на Шарлотту потяжелевший взгляд.
Пять минут его никто не хватится.
- "В полной мере Ваше"?
Но не более минуты на оправдания. В таком платье далеко не убежит.

+2

9

Шарлотта улыбалась. Довольно мягко и можно сказать нежно, как улыбаются наивные и невинные дети, которые ещё не познали вкуса жизни с её ложью, проблемами и несправедливость, что шло несколько вразрез с обычным поведением мамзель, которая либо метала молнии, либо самодовольно усмехалась, не слишком красиво кривя губы. Но стоило чуть приглядеться, как мнимая искренность и теплота растворялись, обнажая издевку и даже некоторую жалость. Девушке казалось, что её ответ не то что не удовлетворил мистера Мориарти, Джим просто-напросто не поверил ей на слово, явно рассчитывая на то, что слишком многое знает о мисс Роксфорд и с легкостью сможет просчитать её ходы. Но он не попал и теперь вполне может быть терзаем обидой и гневом. Лотти как никто понимала подобное состояние и сопутствующие всему этому чувства. Дама сама не переносила проигрышей, тем более, когда была уверена в победе на все сто процентов. Но такой промах был простителен гению криминального мира, ведь сама Шарлотта порой дивилась тому, как поступила. Пожалуй, будь цена не так высока, а украшения и их хозяин не столь известны, то барышня несомненно начала бы хитрить и тянуть время, чтобы подыскать продавца на стороне, поманить всех и каждого и продать тому, кто больше всех заплатит. Однако с таким товаром надо быть очень осторожной, иметь проверенных людей, которые не соблазняться и не покуситься на драгоценность, едва Шарли оторвет его от сердца и передаст на хранение кому-нибудь другому. А ещё такие ценности могли доставить много хлопот от заинтересованных и слишком могущественных лиц, что собственно в конечном итоге и случилось, к превеликому сожалению Шарлотты. Поэтому дама от греха подальше старалась обходить подобное стороной или крайне быстро избавляться, особенно если за это избавление страждущий готов был заплатить любые деньги, прям как тот несчастный банкир, которому пришлось изрядно раскошелиться на радость златовласке – только и всего. Такие простые измышления и такое фиаско.
И такие нелепые попытки задеть мисс Роксфорд. По крайней мере, сама блондинка расценивала слова Мориарти в её адрес именно так. И от этого ей становилось жалко короля криминального мира ещё больше. Детская улыбка на прекрасных устах Шарлотты становилась все шире и шире, плавно искажаясь в откровенную усмешку, а звонкий смех подкатил к самому горлу, но так и не слетел с девичьих губ. Все-таки Лотти была воспитанной (местами и немного) юной леди, а благовоспитанным юным леди не пристало хохотать на весь ресторан, когда достопочтенный джентльмен излагает правду жизни, облачая её в обертку из неприкрытого сарказма, предположительно с претензией на то, что девушка на самом деле окажется достаточно ранимой особой и отведенные сутки на раздумья проведет, рыдая в подушка и обзаводясь новыми комплексами.
- Если вы думаете, что я вторая Лара Крофт, то спешу вас разочаровать. Единственное, что может связывать нас – накаченные ягодицы и любовь к предметам старины. Правда она их нагло ворует, используя фантастическую, в буквальном смысле, ловкость и нереальные акробатические приемы, а я их перекупаю. У меня простая квартира в Лондоне, а не загородный особняк с типичным английским дворецким и типичной пещерой Бэтмена, набитой кучей техники, оружием и машинами. Выключите свое неуемное воображение – я не смогу выкрасть эти цацки, дулом какого калибра вы бы сейчас не трясли перед моим прекрасным носом и каких радужных перспектив не рисовали.
Резко, четко и безапелляционно. Шарлотта, как ей казалась, подвела черту сегодняшнего мероприятия, в очередной раз прямо в лоб высказав мистеру Мориарти все честно и без утайки, хотя бы потому, что не видела резона врать. Да и не любила она это дело. За сим, девушка уже было хотела подняться, откланяться и, гордо вздернув неоднократно упомянутый прелестный носик, отправиться к себе домой в объятия мягкой перины и всепоглощающих одеяла с подушкой, не утруждая себя слушать брань недовольного клиента с персоналом, но все произошло слишком быстро и спонтанно. Ничего не подозревающая Шарлотта, снедаемая инстинктом собственницы и паранойей, машинально переключила свое внимание на клатч, что до сего момента покоился на коленях девушки, и принялась перебирать его бесхитростное содержимое на проверку того, а все ли на месте, неприкрыто игнорируя тот факт, что не единая вещь не покинула нутра этой персональной женской черной дыры. Но тут не слишком мягкий «шмяк!» заставил златовласку вскинуть голову вверх. Мисс Роксфорд уже было думала, что Джим передумал и решил принести свои глубочайшие извинения, раскаяться во всех грехах и как минимум обещать возместить все моральные и материальные потери барышни за этот вечер, однако взору её льдисто-голубых глаз предстал официант, а не чрезмерно эмоциональный гений преступного мира. Пребывая в легком недоумении, девушка вопросительно изогнула бровь, несколько секунд в упор глядя на «труп», а затем задрала свою светлую головку ещё чуть выше и вопросительно уставилась на брюнета.
- Ну да. Ваше, - совершенно спокойно и невозмутимо ответила Шарлотта, всем своим видом словно бы удивляясь тому, что месье Мориарти задает такие глупые вопросы. От потяжелевшего взгляда мужчины стало немного не по себе, но ровно настолько, чтобы продолжать гнуть свою линию.
- Или вы думаете, я хочу отбирать у вас то, что вам так услужливо подсыпал в бокал этот юноша? Я, конечно, могла бы предположить, что вы так затейливо решили от меня избавиться, не достигнув нужного результата… Однако я все ещё искренне верю, - здесь тон дамы постепенно преобразился – добавились нотки неприкрытого сарказма и желчи, - что вы как истинный джентльмен пустили бы мне пулю в лоб или скормили стае голодных волков, но не стали бы травить.
Роксфорд поднялась, поудобней перехватила клатч, приспустила едва задравшийся на несколько непростительных сантиметров выше колен подол платья, провела рукой по своему стройному стану, расправляя образовавшиеся складки.
- Ведь мы знаем, - продолжила Шарли, закончив прихорашиваться и вновь устремив все внимание на Джима, - что яд, удел трусов и женщин. Неужели вы трус, господин Мориарти? – Улыбка вновь коснулась её уст. – Или мы сейчас раскроем тайну всех времен и народов?
Театральная пауза. Она наслаждается моментом, возомнив себя довольно стоящей особой, которая смогла довести самого «Профессора».
- Во всяком случае, известите меня, если не наведаетесь ко мне в гости, в противном случае я буду очень зла на вас, что ваш визит не состоялся и я зря пекла весь день кексики к чаю и прихорашивалась. Всего хоро… - девушку внезапно прервали на полуслове. Да не кто-нибудь, а «труп», что восседал на царском месте. Оживший официант, смекнув, что покушение раскрыто, деваться ему некуда, а вторая теоретическая подушка для битья только что помахала ручкой, решил действовать кардинально.
Р-р-раз. Легким движением ноги столик со всеми салфетками, приборами и прочей ерундой приходит в движение, а именно опрокидывается в сторону Шарлотты.
Два. Все дружно отвлекаются на это явление.
Три. Молодой человек, пользуясь, эффектом неожиданности и отсутствие контроля со стороны своей неудавшейся жертвы, резво подскакивает и почти что наугад ударяет Джима локтем куда-то в грудину.
Четыре. Позор братства наемных убийц уже устремляется в сторону служебного помещения, чтобы смешаться с толпой таких же безликих работников ресторана.
Пять. Вслед официанту летит безобразное по своему содержанию ругательство.
Раз-два-три-четыре-пять. Вышел зайчик погулять. А вернее побежал со всех ног.

+1

10

Хватило одного взгляда, чтобы понять - на сей раз действительно не врет, такого запаса наглости и бесстрашия у виновных просто не бывает. Судя по тому, как Шарли вгрызлась в свои шаткие стены мнимой независимости, ей есть что терять - другое дело, что это прочее Мориарти не интересует, однако сама мысль о том, что кто-то может покуситься на ее бастионы, выводит мисс Роксфорд из себя. С деловой точки зрения Шарлотта могла одернуть свое платье еще раз, ненавязчиво продемонстрировав изгибы, и развернувшись и гордо задрав нос, прошествовать к выходу, оставляя Мориарти с трупом, администратором и жалобной книгой, а себя - с относительным целым чувством собственного достоинства.
Но криминальный гений остро ощущал нечто более глубокое, чем досада из-за сорванной сделки или неудавшегося дела. Это ощущение давило на грудь и заставляло воздух густеть - это было что-то личное. Личные счеты, да! Джим просто обожал их. Расправа с неугодными напоминала у Мориарти затяжной бурный роман, с криком, битьем посуды и истеричным "зачем мне это было надо?". Только романами Джим увлекался куда реже, да и конец их порой бывал более трагичен, а в полевых условиях истощавшего на интеллект города любой потенциальный враг был на вес золота. Ум Шарлотта компенсировала наглостью да острым язычком, и эти качества хотелось использовать везде, где только возможно. К чести Джима, чем оригинальнее был неприятель, тем сильнее он его берег. Дело портил обостренный инстинкт самосохранения сегодняшней спутницы, да пресловутые претензии на независимость.

Джеймс мог позволить ей уйти, не намечалось ни малейшего прогресса в беседе, мисс скалила зубки как умела, а поупражняться в остроумии можно и потом. Однако завелся, загорелся, вскипел. Эта дрянь молча наблюдала за тем, как его собираются отравить на глазах у всех, и улыбалась! Восхитительно! Действительно восхитительно и не будь у Мориарти заняты руки, он не преминул бы второй раз за вечер исполнить джентльменский долг - хотя покушение на солнечное сплетение дамы посредством правил этикета, положа руку на сердце, и за попытку счесть нельзя. Однако к поцелую длани капризная Шарлотта не придерется.
- Это старомодные и грязные методы, мисс Роксфорд, человечество давно обеспечило нам серную кислоту, бесшумный миксер и вечно голодных уличных псов, - машинально поддержал Мориарти светскую беседу, выпрямляясь и брезгливо вытирая ладони салфеткой. - Почему все наемники считают меня полным тупицей?
Черта-с-два он признается, что просто решил всласть поскандалить! Дьявольская харизма, обычно заставляющая всех женщин от четырнадцати до семидесяти умиляться или сходить с ума (можно от умиления и не только женщин) на сей раз не сработала. У этой Лары Крофт Брэд Питт в любовниках? - зудело задетое чувство самодостоинства, обычно непрошибаемое ничем. Его Джим мог чисто теоретически противопоставить себе.
- Нам следовало поговорить в других условиях, не уверен, что результат изменился бы, но время определенно могло быть сэкономлено. Я могу познакомить вас с парой других трусов, которые предпочитают подвал и скальпель беседам в ресторане, - Мориарти пнул приватизированный трупом стул, вымещая то, что временно не укладывалось в рамки цензуры.
Труп, что ожидаемо, обиделся.

Толчок в грудь и бастионы благопристойности взорваны.
- Лови его, ты ...!
В рамки цензуры не уложился, остатки вечера соскользнули вместе со скатертью, смешиваясь с разлитым вином; брызнул стакан с соком, превращая благородный материл платья Шарлотты в менее благородный. Вышел зайчик погулять, а что происходит с охотником за двумя зайчиками известно всем с раннего детства.
- А ты, - Джим указал на девушку мобильным, что достал в процессе почти-падения. Знающие утверждали, что телефон в руках Мориарти бывает пострашнее пистолета, - застирывать пятно. Со мной. Живо!
И рванул следом, наконец-то определившись с основной дичью.

+2

11

О, мисс Роксфорд определенно готова была поспорить ещё касательно своей скромной персоны и бесхитростных манипуляций, которые могли провести над её телом трусы со скальпелями в подвалах, откуда не слышны крики жертв. Какие бы ужасные картины не рисовало буйное воображение барышни, подогреваемое шедеврами кинематографа просмотренными в далеком девичестве, суть оставалась неизменной – другой правды гению криминального мира было бы не получить, как ни старайся. Нет, конечно, она могла бы наплести ему все, что его душеньке угодно, но на его совести бы оставалась лживость этих слов. Лотти даже передернуло от подобных перспектив, быть травмированной абсолютно ни за что, вернее за то, что она выдала и так без каких-либо угроз и шантажа. «Фу как грубо и непрактично», - подумалось категоричной и, как сама молодая леди о себе думала, практичной блондинке, которой казалось настоящим преступлением портить такую красоту. Но оду самовлюбленности мы споем потом, не будем же отвлекаться.
Ох, Шарлотта непременно поговорила бы с таким приятным собеседником ещё, но чувство долга и голодный одинокий Филл, закрытый в квартире заставляли девушку покинуть мистера Мориарти. Но кроме чувства собственного достоинства и бесконтрольного желания, вставить свои пять копеек в любой разговор, дабы последнее слово осталось за ней, такое обстоятельство как перевернутый стол и побег неудавшегося убийцы сыграла определенную роль данным вечером. Слишком неожиданное воскрешение бесчувственного тельца. Слишком неаккуратно летящий бокал на слишком взбалмошную и неуравновешенную барышню. И слишком громкий, не побоюсь этого слова, противный девичий крик в след беглецу.
Роксфорд гневно поджала губы, со взглядом Медузы Горгоны напряженно ища жертву для истязаний. Дама почти стирала собственные зубы в порошок, столь сильно она стиснула челюсти, дабы в порывах чувств не высказать ещё что-нибудь нехорошее, предположительно в адрес Джима, который в мгновение ока стал виноватым во всех земных грехах, как только она подняла на него глаза. Это ведь по его душеньку пришли? По его. Это его вино? Его. И вот какого дьявола его вино, опрокинутое его же убийцей, делает на ЕЁ платье? Несостыковки в этой логической цепочке почти заставляли ответно тыкнуть в некоронованного монарха своим указательным перстом, ляпнув до ужаса примитивное: «Ты! Мерзкий засранец! Это ТЫ во всем виноват! Ты попал не только на побрякушки, но и новое платье, и моральный ущерб!». Но этого не случилось. Сему помешал тот факт, что Шарлоттой несложно манипулировать, когда мозг отключался, а их цели с манипулятором были схожи. Ей не надо было даже говорить «фас!», чтобы переключить внимания с себя на кого-то другого. В своей жажде оросить руки кровью она сменяла цель быстрее, чем светлое пятно расползалось по дорогой ткани, заставляя последнюю неприятно липнуть к телу. Но брезгливой дамочке было не до таких мелочей. Она жаждала отмщения. Однако, не стоит забывать тот факт, что Вселенная следит за всем, а реальность жестока и коварна. В данном случае, жестокость и коварство выразилось в зауженном платье и каблуках – не самые удобные вещи для того, чтобы бежать легкой трусцой за официантом. Следовательно, надо было сократить дистанцию. А как может сделать это хрупкая барышня в узком платьишке, тяжелой пепельницей с чужого столика и хорошей меткостью? Правильно.Никак
Официант на один краткий миг, ровно после того момента, когда тяжелый предмет ударил его куда-то в район правой лопатки, пал на одно колено словно рыцарь перед сюзереном, при этом выставив руки вперед, дабы не растянуться на полу. Этого было достаточно, чтобы сократить дистанцию, но не поймать преступника, который не растерялся и, бросив взгляд назад, вновь рванул вперед.
Дверь на кухню под воздействием бегающих особей мужского пола безбожно раскачивалась то в одну, то в другую сторону, словно дрожащий лист на ветру. И едва Шарлотта сумела совладать с сим предметов и вторгнуться в святая-святых ресторана, как аккурат рядом с её ухом пронеслась пуля. И судя по тому, что звук выстрела раздался не единожды, нерадивый официант уже успешно добрался до своей заначки и совершил вторую попытку прервать жизнь Мориарти.

+1

12

Неизвестно, что заставило Мориарти впасть в состояние, близкое к буйному - бесперспективность проведенного вечера, потерянное время, пошатнувшееся чувства уверенности в том, что любую информацию можно вытащить из чужих чертогов; неприличный взвизг, пополнивший словарный запас Наполеона криминального мира еще на пару слов или свист пули, что пронеслась у виска буквально в паре сантиметров. Джим повернулся к Шарлотте, снисходительно выдав еще пару выражений, одно почему-то на чистейшем русском, тем самым восстанавливая равновесие во Вселенной и, завершив своеобразную словесную дуэль, рванул следом за дважды очнувшимся "официантом".

Сегодня Вселенная была жестока к криминальному гению. Пожалуй, даже более жестока, чем к Шарлотте и только незадачливый убийца мог конкурировать с Мориарти в плане тотального невезения.

Джим умел стрелять, причем не только в свою многострадальную голову, пара уроков с Мораном, слава небу в интимной обстановке леса, один подстреленный голубь (целился в другого, на пару метров дальше) и несколько безнадежно испорченных мишеней, сделали свое дело. Пистолет Мориарти даже не достал, рассчитывая на свою убийственную (буквально) харизму и истинно британскую вежливость, выражающуюся в деликатной просьбе умереть сейчас же, иначе он!... ему!... и далее по тексту.
Однако, см. пункт о Вселенной.
Джеймс настиг сбитого с толку пепельницей - подобная бессмысленная атака кого угодно введет в истерическое остолбенение - лжеофицианта в считанные полминуты. Повинуясь очередному кровожадному порыву схватил первое орудие, претендующее на орудие убийства в ладонь - сим оказался половник - и нанес поникшему недоснайперу еще пару ударов в область виска. Недолго думая дополнил сей натюрморт еще парой штрихов. Хрустнула переносица. Где-то сбоку раздался взвизг, почему-то мужской: "это что, выстрел?!".

- Если сэр недоволен обслуживанием, - медоточивое спокойствие, идеальная выдержка. - Следовало...
- Он здесь работает? - перебил Мориарти человека, судя по бейджу местного администратора.
Легкий жест, распахивая чужой фрак. Официант, пребывающий в мире мерцающих звезд и розовых лепестков, не пошевелился. На лице управленца четко отпечаталось недоумение. Паника назревала, обстановка накаливалась, мозг обработал полсотни вариантов в пару секунд, прежде чем нашел выход из ситуации.
Властное движение, обхватывая Шарлотту за талию, излишне демонстративно, пожалуй, и не без вреда для чужого желудка, слава небу, успевшего отведать лишь пресловутой прекрасной воды.
- Почему, - вызов, обвиняющий тон, - мы с моей дамой не можем зайти в ваш отвратительный ресторан без риска, что чей-то-там бывший муж в ВАШЕЙ форме, опрокинет столик и испортит ее сногсшибательное платье? - чуть подумав, присовокупил: - А?!
- Вы покалечили человека, - наконец обрел дар речи собеседник, - я вынужден вызвать поли...
- Согласен! - хлопнуть в ладоши, увы, не было физической возможности. Нерезонно отпускать вышеупомянутую даму, которая спала и видела, как бы смыться от новообретенного кавалера. - От имени заместителя главного редактора "The Sun" гарантирую, что ваша забегаловка ославится на все Соединенное Королевство и все близнаходящиеся страны ЕС.
- Но выстрел, - не сдавал позиции упрямец.

Был предмет, который Мориарти благополучно заваливал бы, если бы не профессор, питающий слабость к молодым юным дарованиям. Основы социальной психологии Джим вытягивал лишь благодаря своему красноречию - было подозрение, что профессорский состав несколько смущали порывы юного гения показать данные основы, разыграв постановку в лицах, да и не особо уместно это было на кафедре высшей математики, где зачем-то припаяли психологический тренинг.

Загнать это тупое стадо в одно помещение и взорвать к чертовой матери, добивая скопом, решил Джеймс.
Эффект толпы, вспомнил студент Мориарти.
Снова этот треклятый выбор между эффектностью и эффективностью.

- ВАМ ПОКАЗАЛОСЬ, - убежденно вымолвил гений консалтинга, не забывая держать мисс Роксфорд в бульдожьей хватке. - А с ним, - ткнул перстом в бессознательное тело, - мы разберемся по-мужски. Ну так что, вмешаетесь в семейный скандал или все же не хотите беседовать с моими коллегами?
Пальцы весьма чувствительно впились в хрупкое девичье ребро, призывая даму поддержать светскую беседу.

+2

13

Сначала Шарлотта пребывала в легком недоумении, увидев то, как претворяет в жизнь мистер Мориарти слова «порхай как бабочка, жаль как пчела, бей половником как Ирен Шерлока плетью».

Справедливости ради отметим, что избиение половником было крайне жестокой расправой, по мнению Шарлотты. Которая, впрочем, сама хотела сунуть виновника всего буйства головой в кипящий соус или просто газ, но не успела. О да, мадам знала толк в извращения. Вернее в извращенных формах отмщения (Фу-фу-фу, гадкие пошляки, уймите свою фантазию). Но, к сожалению, а вернее сказать, к счастью псевдоофицианта, взбалмошная барышня не успела до него добраться, и тот отделался относительно легко: пара ударов половником и теоретически сломанный нос, если ласковое соприкосновение кухонного прибора с виском не было роковым. А если и был, это всяко лучше, чем умирать от обширного и весьма болезненного ожога с непреходящим ощущением того, как у тебя по носу течет твой глаз. Но не будем о грустном.

После наглядной демонстрации грубой физической силы, сноровки и ловкости, о наличии которых девушка доселе искренне сомневалась, Шарлотта ошарашенно хлопала длинными ресницами, взирая на разворачивающийся спектакль и разрываясь между тем, чтобы назвать Джима Мориарти конченым лгуном и прохвостом или номинировать его на премию Oscar.
Затем мисс Роксфорд была крайне удивлена тому, что её вовлекли во все это действо и каким образом собственно это сделали. А учитывая то, что её и без того нескорые и притупленные чувствами мыслительные процессы проходили чуть менее активно, чем полсотни вариантов разрешения проблемы в секунду, легкое недоумение на лице блондинки можно было наблюдать довольно долго. Правда, удивленный лик златокудрой нимфы можно было лицезреть с небольшим перерывом на лютое негодование. Ух, как Шарлотте не понравилось то, что её невольно и довольно грубо зажимают в медвежьих объятиях. Ко всему прочему, девушка чуть не запуталась в собственных ногах, столь резво и неожиданно её притянули к себе, так что её прекрасное тельце грозилось растянуться на полу, ибо гениям криминального мира не до таких мелочей вроде падающих дам.
И первое, что произошло после этих страстных обжимания, - у Шарлотты зачесались руки. Зачесались влепить оплеуху несносному Мориарти вот уже второй раз за вечер. Не потому что он был ей противен, а исключительно потому, что Роксфорд ревностно относилась к своей скромной персоне, не позволяя совершать таких вот аморальных поступков.
Попытки вырваться были бессмысленны и беспощадны, поэтому вышеупомянутые верхние конечности были заняты другим: одна покоилась на кисти мужчины, впиваясь в неё французским маникюром в попытке предотвратить перелом собственных ребер, а другая была согнута в локте и прижата к груди после освобождения из плена двух знатоков бранных слов. Соответственно, длань карающая не могла описать необходимой дуги под определенным углом, чтобы негодяй прочувствовал всю женскую обиду. Девушке, в конце концов, было неудобно, больно и противно. Но тут уж ничего не поделать, ибо по законам Вселенной первый раз всегда больно. А ещё неудобно и противно.
Однако, чуть подумав, Шарлотта решила, что можно и потерпеть все эти лишения, если только потом ей позволят пнуть бесчувственно лежащее на кафельном полу тело разок-другой, большего барышне уже и не было нужно. Поэтому вялые и безуспешные попытки отделиться от безумно изобретательного профессора с убийственной харизмой были прекращены, и дама попыталась соответствовать отведенной роли. И тут-то как раз Шарли вновь мастерски изобразила слоупока, когда призыв к ведению светской беседы болезненно впился в девичью плоть, отчего Роксфорд непроизвольно шикнула. И естественно, что к животрепещущему обсуждению она присоединилась не сразу, как только ей дали на это позволение или, вернее сказать, команду, ибо блондинка неспешно прикидывала то, что от неё ожидают. Шарлотта не любила импровизацию, предпочитая ей четкий план действий, поэтому ей было тяжело принять эстафету.
Сама дама верила в то, что ей надо будешь лишь поддакивать, хмурить брови и топать ножкой, ведь, по сути, Джим и сам мог прекрасно все сделать, обладая таким актерским талантом. Но теперь она вылавливала хаотично движущиеся в её голове мысли, среди которых оказалась одна вроде как весьма годная и в меру гениальная. Кажется, от Шарлотты требовалось побыть истеричкой. Что ж, даже прикидываться не надо.
- Это просто возмутительно! – Уповая на то, что определенная толика таланта к актерству есть и у неё, начала свой монолог мисс Роксфорд и уже после первой фразы сделала небольшую паузу, показывая местной администрации, что дама буквально задыхается от возмущения и не может подобрать слов для выражения своих эмоций.
-  Что ваша забегаловка себе позволяет?! Мало того, что вы не следите за тем, кто у вас обслуживает гостей, так ещё и покрываете этого нахала, который беспардонно подлетел к нам и перевернул стол! Если вы немедленно не выставите его вон и забудете о его существовании, я буду жаловаться! Да вы знаете, что Годфри Нортон с вами сделает?!
Упоминание, как оказалось, весьма известного политика, который пару дней назад заходил на поболтать к Шарлотте, и было той идеей, которая виделась Лотти более удачной, чем остальные. Судя по вытянутым лицам, она себя оправдала. Для пущего эффекта и ускорения действий персонала Роксфорд повернула голову к своему спутнику и, стараясь не переигрывать и не уходить в дебри сарказма над типичными блондинистыми богатыми дамами, произнесла:
- Милый, дай мне телефон! Эти несносные людишки не понимают простых слов!
Вместо «милого» должно было стоять слово «пупсик», которое надо было произнести по задумке с самым серьезным видом, но Шарли едва удержалась от этого, убедив себя, что можно обойтись и без этого маленького и, наверняка, обидного словца в адрес Мориарти.
Персонал зашевелился, труп тоже, словом, все пришли в движение. Правда администратор начал что-то бормотать, вроде как приносил свои извинения и обещал паре ужин за счет заведения, а горе-убийца кряхтел и морщился не в силах полностью обрести контроль над своим телом и сознание.

Отредактировано Charlotte Roxford (2014-04-01 23:34:42)

+2

14

"Нашла идиота!" - завертелось на языке. Сначала телефон, потом ключи от машины, потом Морана на погонять - о, Мориарти знал, как это делается не от слова "вотэтонаглость!!!", а от слова "сам так делал".
- Не нервничай, пупсик, - не удержался Джим, которого субординация волновала в последнюю очередь. - Понимают или не понимают, время покажет.
Наемник безуспешно пытался собрать разъезжающуюся, держащуюся на чем-попало координацию, администратор сулил золотые горы из устриц и молочные берега из самого прекрасного виски, что только завозят в Англию, Мориарти лихорадочно соображал, где раньше мог слышать упомянутое Шарлоттой имя. Так как Чертоги Разума в исполнении Джима больше напоминали Подвалы Безумия, то и ассоциативный ряд был соответствующим - Жаклин Кеннеди и, почему-то, фальсификация выборов. Впрочем, он подумает об этом через десять минут.

- ...И первым делом оно покажет нам ближайшую больницу, потому что вы! - изобличающе ткнул в управленца пальцем еще раз, - даже не оказали бедняге первую помощь. Но так и быть, - стофунтовая банкнота перекочевала в нагрудный карман чужой униформы. Администратор, обалдевший от внезапного превращения скандального клиента в доброго самаритянина, лишь хлопал глазами. - По счастливому совпадению, мы как раз туда и направляемся и будем очень признательны, если ваши люди помогут затолкать его в баг.. на заднее сидение, разумеется.
Еще сто фунтов на бис, глядя на холеного британца снизу верх. Скрепя сердце не от жадности, но из-за принципов и банального отсутствия налички, Джим повторил действие в третий раз и демонстративно убрал бумажник. Что-то подсказывало, что с этого и надо было начинать.

Наконец, упокаивая в чужих небесных глазах образ страшного злодея, Джим взял мисс Роксфорд за ручку и выпроводил ее вместе с собой на радость всему обслуживающему персоналу прочь из ресторана.

***

Ночь нежна, Шарлотта почти послушна, хоть и затруднительно тащить за собой, когда она на каблуках адской высоты - надо было назначать встречу в Старбаксе, никакого раздражающего дресс-кода - потенциальный труп отрубился с пары пощечин, а два официанта, что в добровольно-принудительном порядке устраивали его в машине, мгновенно поверили в то, что субъект безбожно пьян и несколько раз споткнулся лицом об острые злые углы, преследующие каждого клиента в их ужасной забегаловке. Пришлось дополнительно порыться в бардачке в поисках приятно шелестящих купюр, но результат того стоил.

- Подводя итоги вечера, первое: чем я тебя заслужил? - вышло не так надрывно, как рассчитывал Джим, скорее обреченно. Заурчал мотор. Тронулись. - Второе: кто такой Годфри Нортон?
Причитание "...и почему именно на этой неделе Моран в Индии?!" Мориарти оставил при себе. Помимо Себастиана есть к кому обратиться и другое дело, что о планах криминального гения на сегодня знали считанные единицы. Круг особо приближенных был мал и все превосходно справлялись со своей работой, но за чью верность Джеймс мог поручиться? Да за ни чью. Таким образом пресловутый круг автоматически сужался, возиться с незадачливым киллером и просто ужасным официантом не было ни малейшего желания, дальнейшая беседа с припевом "кто послал?" - не имела смысла.
И Мориарти решил проблему старым как мир образом, не так эффектно, как некоторое время назад.
Везти его к Молли? - размышлял он, ставя пистолет обратно на предохранитель и аккуратно отнимая глушитель, - не лучший повод для примирения, да и Шарлотта в данном случае не самая подходящая компания.

Здравствуй, дорогая, у нас с мисс Роксфорд деловые отношения, а это наемный убийца, которого она вырубила в ресторации, чтобы спасти мне жизнь, сама того не желая; кстати, Шерлок не желает подзаработать?

- Третье: приюти его на пару дней, - кивок на заднее сидение, подразумевая спутника. Вопросительной интонации и рядом не стояло.

+2

15

По правде говоря, идиота Шарлотта не искала, ибо он сам её нашел. Да и телефон она попросила без какого-либо корыстного умысла, потому что банально не могла дотянуться до своего, как, собственно, и до чужого, которым пятью минутами ранее в неё тыкал мистер Мориарти и который скрылся из поля зрения в глубине карманов брюк.
«Не нервничай, пупсик,» - это прозвучало именно так, как хотела сказать мисс Роксофрд. А поэтому весь тайный умысел вроде как оказался раскрыт, отчего дамочка недовольно поджала губы и с почти что детской обидой подумала: «Я первая это придумала!». Персонал списал все это на то, что хозяйка гневаться изволит-с. Понял, списал и отпустил. Ещё бы им это было не сделать после того, как в нагрудном кармане предводителя этого стада чудесным образом материализовалось три шуршащие бумажки достоинством сто фунтов каждая. Шарлотта сразу же пришла к выводу, что сие есть ужасающее расточительство. У-жа-са-ю-ще-е. Дама уже придумала куда более практичное и выгодное применение сей относительно скромной суммы, естественно, в собственных интересах. Единственное, что её радовало, что деньги были не её, иначе сейчас разразилась настоящая истерика на тему того, что блондинка не собирается платить за то, что кто-то постучал официанту по голове половником, когда сама барышня ещё передвигалась по залу, борясь с собственным платьем и каблуками. И если мнение относительно уровня злодейства в мусье Мориарти у неё могло время от времени меняться, то в плане растрат дама была непреклонна.

Нежность ночи даме оценить не удалось ровно до того момента, пока официанты не сподобились вернуть ей плащ, в котором она пришла на встречу. По-ночному прохладный ветерок, уже не пробирающий до костей, словно зимняя вьюга, но и несравнимый с дуновениями в пустыне, оставлял непроходимые заросли мурашек у совершенно не знойной Шарлотты, которую внезапно усадили в машину вслед за утрамбованным на заднем сидении тельцем. Роксфорд долго и упорно смотрела на Джима, попутно стремясь завернуться в возвращенный плащ, словно гусеница в кокон. Но объяснений своим молчаливым укором девушка добиться не смогла. Видимо, златовласка ошибалась, когда думала, что весь этот деловой ужин, плавно перетекший в погоню, а затем и в настоящий спектакль, закончится не со звуком часов, отбивающих полночь, но сразу как парочка выйдет за дверь ресторана.
Дама порядком устала от всего этого безудержного веселья и кутежа с водой, пальбой и обжиманиями, поэтому лелеяла надежду на то, что сможет блаженствовать в машине такси уже минут через пять, стянув с себя туфли, лениво развалившись на заднем сидении и беспардонно вытянув ноги. А дома её должен был ждать готовый на все Филл, который должен был раздеть, чаем напоить и спать уложить свою изможденную хозяйку.
И вот, вместо того, чтобы нежиться на заднем сидении и грезить о горячей ванне, Шарлотта была на кой-то черт усажена в машину криминального гения, который крутил баранку в свое удовольствие и ехал, по всей видимости, лишь в ему известном направлении. Да ещё и гадости говорил. Каков нахал!
Когда машина тронулась с места, Шарлотта с самым обиженным видом, который может быть у девушки, демонстративно отвернулась, скрестив руки на груди и уставившись вперед, на дорогу. Барышня в своей обыкновенной манере недовольно поджала губы, чуть сощурившись.
- А вам разве до сведения не доводили то, - начала Роксфорд, помедлив с ответом, - что вы беспринципный, нахальный, беспардонный, невыносимый, высокомерный хам? Думаю, что неоднократно. Наверное, за один из этих эпитетов, которыми можно поверхностно вас охарактеризовать с моей точки зрения. И это учитывая то, что я знакома с вами лично не более получаса.
Шарли на мгновение умолкла, давая несравненному Мориарти переварить сказанное. Блондинка чуть повернула голову в сторону мужчины исключительно из интереса посмотреть на его реакцию, если таковая вообще будет. А если не будет, то Роксфорд ухватит его за эту милую щечку, оттянет и резко отпустит, позволяя ещё пока эластичной коже с тихим шлепком вернуться в прежнее состояние. О, Шарлотта не выносила тех случаев, когда её скромную персону игнорировали.
- И да, я не собираюсь нянчиться с вашим неудавшимся убийцей. Мало того, что мои вещи начали раздаривать, платья портить, а нервы трепать, так теперь ещё и навязывают полудохлого мужика, который может устряпать своей кровищей все в моей квартире или разбудить соседей своими воплями, если внезапно очнется, а я ещё не всуну ему кляп в рот… Шарлотта, - голоском на высоких тонах, граничащих с писклявостью, весьма удачно копируя манеру общения Джима, произнесла златовласка, - взломай сейф и верни мне цацки, которые я проворонил! Шарлотта, сбегай со мной за тем парнем, который попытался меня отравить! Шарлотта, возьми себе на попечение этого кретина, который в любую минуту может либо испустить дыхание, либо очнуться и начать буйствовать! – короткая пауза, Шарли перевела дыхание.
- Я вам что, внештатная девочка на побегушках, работающая за идею и на собственном энтузиазме?
Здесь же мисс Роксфорд фыркнула, вернувшись к созерцанию пейзажа за окном, сделав вид, что совсем запамятовала о втором вопросе. Девушка из своей исключительной вредности не сказала ничего о Годфри Нортоне, надеясь на то, что ленивый гений сподобится сползать в гугл.

+1

16

С каждым новым словом спутницы на точеных скулах консультирующего преступника все явственнее проступали желваки, а костяшки пальцев, сжимающих руль, бледнели со скоростью кометы, врывающейся в атмосферу, только шипения не хватало для полноты картины. Труп, на сей раз всамделишный (боже, благослови тех, кто придумал новое поколение глушителей), мирно разлагался на заднем сидении, а компанию ему составляла неумолкающая девица, вообразившая себя критикессой и знатоком человеческих душ. В данный момент Джим не думал о том, что никакой ароматизатор не перебьет душный запашок тления, который неминуемо возникнет спустя полторы суток и не скорбел о почившей морали; единственное, что изумляло, возмущало и, соответственно, приводило в ярость - почему сегодня?! Почему именно он?! Почему именно с ней?! Небо, есть же столько вариантов развития событий, и даже уютные посиделки в Скотланд-Ярде теперь не казались такой уж диковатой перспективой!

Три. Два. Вздох. У Джима было время подумать и завестись с новой силой.
- Выметайся, - Мориарти резко вдавил педаль тормоза, заставляя автомобиль в буквальном смысле споткнуться на ровной дороге, не без удовольствия подмечая, что только чудо помогло Шарлотте не врезаться своей очаровательной головкой прямиком в лобовое стекло. - Сейчас!
Вот теперь вечер точно перестал быть томным.
Как она еще умудряется до сих пор просыпаться по утрам?!...

Машина стояла на пустом шоссе, подсвеченным лишь ее одинокими фарами - выбирая между ожиданием в сумеречных пробках и долгой поездкой, огибающей весь город, но зато с ветерком, Джеймс отдавал предпочтение последнему варианту. Километров пять в любую сторону - и есть надежда, что не заблудишься в потемках, не заплутаешь в лесах - не тайга, но на шпильках да в вечернем платье путешествие обещало стать незабываемым.
- Мобильный, - не поворачиваясь, вытянул ладонь вбок, пошевелил пальцами, - живо, - чуть подумав. - Оба.
Четко выверенное движение подбородка, указывая назад.
Как негалантно, прямо так, посреди ночи, без прелюдий и поблажек. 
- Собирай свое барахло, - смилостивился он, - и молись, чтобы в твоем случае все было максимально безболезненно.
Кажется, убиенный не возражал, чтобы его еще пару раз перевернули. Тем более ручками такой эффектной дамы. Молчала бы - цены б ей не было. Мориарти нутром чуял конкуренцию и сатанел с каждым вдохом.

+1

17

В отличие от Мориарти, Шарлотта не задавала глупых вопросов, касательно кармы и законов Вселенной. К концу этого вечера Роксфорд поняла, что сегодня расплачивается за все свои жизненные косяки – вплоть до порченных в младенчестве пеленок и грехов дедули троюродной кузины отца. Но, конечно, в большей степени за свои шалости. Шарли была очень вредной и беспринципной девочкой. И сменившийся городской пейзаж на неосвещенную дорогу посреди леса не вселял доверия и чувства, что надо быть повежливее. Вся эта картина сначала побудила прикусить дамочку язык и подумать о том, что ещё не поздно попросить прощения и отправиться в угол (желательно на следующий день в собственной квартире с книжкой в руках и с подушкой под той прекрасной частью тела, что располагалась чуть ниже поясницы). Но потом, рассудив, что все решено и свои решения Джим Мориарти менять не привык, поняла, что смысла обуздать свою гордыню, самомнение и жажду пакостить – нет. Поэтому Шарлотта не без удовольствия продолжала заменять собою радио, не смотря на то, что ей самой уже стало от себя противно. Но раз такая эгоистичная и самовлюбленная персона готова себя любимую стукнуть по голове за всю ту ересь, что была озвучена в последние минут пять, то весьма импульсивного компаньона это достало вдвойне. И только последний факт, красноречиво подтверждающийся побелевшими костяшками пальцев и желваки, удерживал златовласку в сознании. Ведь, по правде говоря, она жутко нервничала. До такого состояния Шарли было сложно довести хотя бы потому, что она старалась подстелить соломы везде, где только можно, так что ещё за всю свою относительно недолгую карьеру не получала предложений увековечить свою персону в бетонном фундаменте новостройки или отправить по частям в разные мусорные контейнеры, как некогда сделал её благоверный Ромео.
Стрессы, плохая экология, испорченное платье, взвинченность и подавляемая агрессия – поэтому дама так неистово и безудержно трепала языком, воплощая в жизнь девиз средневековых рыцарей: слабоумие и отвага.
После не слишком мягкого торможения и пожелания, высказанного властным тоном, Шарлотта уже боле ничего слушать не желала. Она лишь повернулась к Джиму, посмотрела на него долгим томным взглядом и с видом до ужаса кротким и послушным швырнула свой клатч ему в лицо, который полетел аккурат над протянутой рукой.
- Пожалуйста. Мне он, видимо, больше не нужен.
Все звучало так неоднозначно, так что Роксфорд и не надеялась на то, что будет щупать кого-то напоследок. С одной стороны, даже хорошо, что она не знала об этих далеко идущих планах.
Громкий стук, скрежет металла о металл и почти надрывный стон боли неодушевленного авто, словно раскат грома посреди этой звенящей тишины. Барышня приложила излишне много силушки богатырской при закрывании дверцы машины. Не свое – не жалко.
А между тем, ночь темна и полна ужасов.
Шарлотта, привалившись боком к машине и машинально убрав руки в карманы, прикрыла на мгновение глаза, повернувшись в ту сторону дороги, которая была скрыта во мраке. Теперь тишину нарушало лишь её собственное дыхание и нервное постукивание туфелькой по асфальту. От этого прекрасного момента на душе стало как-то спокойней и приятней.
Но вот сейчас вылезет предмет её негласных восхищений и желаний сесть за убийство и все начнется по новой. Или нет?

Отредактировано Charlotte Roxford (2014-04-05 20:49:54)

+1

18

Клатч, брошенный прямо в лицо, отрезвил. Напомни сейчас мисс Роксфорд обиженную женщину, Мориарти умчал бы не раздумывая, оставляя ее размышлять о вероятности существования вервольфов на городских окраинах; возможно, к утру она могла добраться до ближайшего паба, где бы ее лишили последних цацок и самодостоинства заодно: говорили многое, но Мориарти не был зверем и время от времени оставлял провинившимся шанс на выживание, недаром его подпольные русские рулетки в узких кругах пользовались дикой популярностью.
Но Шарлотта напоминала загнанного, измученного котенка, полностью смирившегося со своей горькой судьбой. На какую-то секунду Джеймс ощутил себя нерадивым мальчишкой, подобравшим пресловутого котенка на улице, напоившим его молоком и выставившим за дверь, как только обнаглевшее умильное создание потребовало почесать животик. Мы в ответе за тех, кого приручили. Или пытаемся приручить.
Дверь автомобиля хлопнула во второй раз, криминальный гений выбрался наружу вслед за спутницей. Нервно втянул непривычно свежий воздух, рассеянно похлопал себя по карманам.

- Ты обиделась? - с интересом вопросил Мориарти, вытаскивая пачку ментоловых сигарет, совершенно дамских по виду, да и по существу, что уж скрывать. Джим редко прикасался к раковым палочкам и это не было обусловлено тягой к никотину; пальцевой невроз, не более того. Протянул сигарку Шарлотте, щелкнул зажигалкой: - не только у тебя не задался вечер, - на удивление мирно продолжил. - Разница в том, что тебя накормил и подвез шикарный мужчина, а меня пытался убить какой-то дилетант! Поэтому у меня есть оправдание. У тебя - нет.
Зря Джим бросил преподавательскую деятельность, отчитывать умел как никто другой.

- Что у нас общего: мы оба в какой-то глуши, с трупом на заднем сидении и, готов поспорить, у тебя тоже не ловит GPS, - мрачно продолжил, поворачиваясь к Шарлотте боком и нервно выстукивая пальцами по металлической крыше машины. - Можем дождаться утра, дабы определить сторону света по солнцу, можем прокатиться с ним, - кивок на стекло, скрывающее за собой бездыханного киллера, - пока не закончится бензин и запасная канистра, которую я, к слову, не.. - чуть не выдал "не умею", - терпеть не могу заливать, и тело не начнет разлагаться прямо там, а можем, наконец, начать что-то делать!
Если думаете, что не существует миролюбивого крика, то это сугубо ваши пробелы в восприятии. Все же Мориарти был немного благодарен Шарлотте, за отсутствие жалостливого взгляда и святой уверенности, что лишь ввиду обладания первичными половыми признаки Джим бросится опекать ее, насколько позволяют остатки принципов и воспитания.

- Должен сказать, что у тебя прекрасное тело, - повернулся к Шарлотте, оценивающий взгляд. - Немного анорексичное: тонкая талия, узкие плечи, но размер груди дает понять, что выращена ты на здоровом сельском меню, вроде жареного с яичницей бекона на завтрак и ароматной грудинки на обед, - с плохо скрываемым и неумолимо возрастающим энтузиазмом, полушаг навстречу, - допустим, что изнурительные диеты, которым ты подвергала себя в период пубертата благодаря подростковым комплексам и парню по имени Джон, что бросил тебя после захватывающего приключения на сеновале, несколько ослабили непробиваемый иммунитет; допустим, что ты до сих считаешь калории, но в силу возраста, близкого к этой ужасной цифре "тридцать", должна была понять, что только тренировки удержат твое тело в нужной форме и, следовательно, ты относительно здоровая и физически развитая женщина, - оглушенный собственной догадкой и плевать, насколько близкой к реальности, ведь мисс Роксфорд наличествует здесь и сейчас, открыта напоказ, как на ладони, а Джим, сам того не замечая, нависает над ней, с высоты своего роста (на пару сантиметров выше), припечатывая к дверце машины, - которая поможет мне избавиться от этого чертова мертвеца!

- Лес, канава, бензин, огонь - вопросы?
Чем еще можно покорить женщину после провалившегося свидания? Мориарти не полезет в овраги ни за какие коврижки.

+1

19

Пока Джим рассуждал о котятах, Шарлотта медленно, но верно переходила во вторую стадию праведного гнева и раздражения, выражавшуюся в угрюмом виде и полнейшем молчании. Такое происходило после того, как пыл и воинственное настроение сходили на нет, конфликт постепенно исчерпывал сам себя, но неприятный осадок на душе оставался. В такие моменты Роксфорд внезапно уходила в себя, для окружающих оставив зависшую бренную оболочку, которая не издавала ни звука и вообще практически не подавала признаков жизни. Лишь плотно сомкнутые губы и мрачный взор, наполненный презрением к собравшимся и собственной болью.
Но постепенно, когда нездоровая обида и звенящая пустота начинали вытесняться из головы умными мыслями, где-то там, в Гостиной Рассудка, в это же время Шарлотта вдруг задумалась, на что она собственно обижается. На грубость? Ну, так златовласка переплевывает гения преступного мира в этом каждый день. На то, что Шарлотта уже было приготовилась сменить свое узкое кремовое платье на белые ангельские одеяния? Смешно. На угрозы? Скорей всего. «Но как же это глупо! Как глупо обижаться на простой способ ведения дел. Сама же грозишься вышибить мозги одному-другому несговорчивому партнеру. Знаешь же, что всех надо держать в узде и показывать, кто в доме хозяин.»
Согласившись со своим внутренним голосом, Шарли пришла к выводу, что подобное поведение просто отвратительно и фу-фу-фу такой быть. Однако, решение решением, а обуздать себя – нелегкое занятие. Блондинка повернула голову в сторону Джима с намерением вставить свой отказ от предложенной трубки мира в виде пафосного и все ещё обиженного фырканья, но встретившись с ним взглядом, Шарлотта сначала опустила глаза, а затем и вовсе устремила свой взор куда-то в темноту, так и не произнеся ни слова, хотя собственная натура так и подбивала вновь сцепится языками. В фигуральном смысле, дорогие, в фигуральном. А все потому, что Роксфорд была решительно не согласна с приводимыми доводами.
Да она за сегодняшний вечер хоть в чем-то с ним согласилась?
Их диалог стоит скорее назвать спором двух азартных баранов, сцепившихся рогами во время выяснений отношений, нежели деловыми переговорами.
И вспомнив о том, что она не любит проигрывать ни в спорах, ни в чем-либо ещё, Шарлотта стряхнула с себя все уныние, которое по обыкновению накатывало на неё после долгой и продолжительной истерики.
Мисс Роксфорд жаждала реванша.

Вжимание тела №1 телом №2 в тело №3 было остановлено выставленной вперед девичьей ладошкой, а сомнительные комплименты были выслушаны с нескрываемым скептицизмом. Наверное, даме следовало проникнуться моментом: безлунная тихая ночь, природа, сам несравненный Мориарти так двусмысленно нависает на ней с нездоровым энтузиазмом болтая о строении её тела и выуживая из её биографии факты, не соответствующие действительности, а где-то на заднем сидении готовится к упокоению труп. Будь Шарлотта в менее дурном расположении духа, то уже мысленно перебрала бы все возможные вариации на тему быстрее, чем Джим выудил решение для разыгравшейся драмы в ресторане, и начала бы действовать согласно плану старика Фрейда для дам, которые вот уже очень долгое время исключительно спят, едят и работают.
Златовласка плавно подалась вперед ровно настолько, чтобы эффект «Нависающего Джима» остался, как и расстояние между ней и ним, с некоторых ракурсов внезапно уходившее в минус. Воспользовавшись небольшой разницей в росте, Лотти почти положила голову на плечо к потенциально прекрасному (в плане взращивания юных дарований) профессору, а её рука, до сего момента требовательно упиравшаяся в мужскую грудь, скользнула ниже.
- Лес…? Канава…? Бензин…? Огонь…? – С каждым новым словом застегнутых пуговиц на пиджаке становилось все меньше и меньше, а женский голос был все ближе к интимному шепоту. Благо помада бесследно исчезла и не грозилась остаться на чужом ухе.
- Неужели все так плохо?
Глазам верить нельзя, а чужим словам и подавно. Так что Шарлотта запустила руку под пиджак в попытке прочувствовать ответ на свой вопрос, и та в своем движении к краю рубашки уперлась в пряжку ремня. Рывок. И блондинка чувствует себя гусаром, что задирает юбку знатной даме. И вот уже холодные пальцы блуждают под рубашкой в поисках пресса и стальных мышц.
- Ндааа… - несколько разочарованно протянула Лотти. – Без помощи прекрасных дам и, правда, не обойтись.
Небрежно одергивает чужую рубашку, выскальзывает из-под «навеса» и отправляет к своей внезапной халтурке.
Вновь раскрывается дверца машины, Шарлотта упирается коленкой в сидение, на половину скрываясь в салоне авто. Покуда месье Мориарти должен был хлопотать над подручными материалами, дама занялась транспортировкой трупа.
«Ну что за самцы пошли? Стыд и срам… К черту. Быстрее скинем эту ношу, быстрее я окажусь дома».

Отредактировано Charlotte Roxford (2014-04-06 21:26:50)

+2

20

На пару мгновений Мориарти показалось, что резкая отповедь сыграла свою роль и мисс Рокфорд решила завершить акт примирения старым как мир образом и, движимый поистине джентльменскими позывами, он едва не рванул назад, снимая пиджак и подавая его даме - только бы она не начала раздеваться!!! Ночь, улица, ни одного чертова фонаря и аптеки с необходимыми аксессуарами вблизи не находилось, и, ко всему прочему, еще одного неожиданного факта, озарившего информационное поле спутницы, касаемо предпочтений легендарного мистера Мориарти и последующую истерику на тему дискриминации по половому признаку, вселенная не пережила бы безболезненно. Подавить негодование, касаемо того факта, что всем правилам жанра крутых гангстерских боевиков, именно он должен, не выпуская сигареты, зажать и (образно выражаясь) обесчестить несговорчивого партнера, было легко.
К счастью, в любой непонятной ситуации всегда играет "Stayin' Alive".

Джим чуть поморщился от промозглого холодка, полоснувшего не хуже самого острого кинжала, и выудил мобильный.
Отбой. "Извини, дорогая, не могу ответить, так как нахожусь в довольно компрометирующей позе, если ты понимаешь о чем я" и более никаких разъяснений в подобном духе, мол, "мне решили отплатить любовью, а потом оказалось, что просто искали повод, дабы обвинить в мужской несостоятельности.. нет, я не это имею в виду."
Всполохом: вот откуда он слышал о Нортоне. Политиками ранга ниже, чем у Гарри, Мориарти принципиально не интересовался, но иногда недостаток влияния компенсировался внезапными знакомствами. Парировать открытие Шарлотты отповедью, что люди умственного труда не обязаны проводить все свое свободное время в качалке, не стал. Пока Мориарти озадаченно перебирал прочие варианты достойного ответа, Шарлотта уже метнулась к трупу, который, видимо, сегодня нравился ей намного больше единственного в мире консультирующего преступника хотя бы за то, что предпринял пару неудачных попыток восстановить равновесие добра и зла в этом дурном мире.

- Возьми левее, - посоветовал Джим, открывая багажник и брезгливыми касаниями пальцев нащупывая заветную канистру. Не по правилам безопасности? Когда он за рулем, в опасности вся встречная полоса. - И, бога ради, постарайся ничего не забрызгать!
Мозги в салоне - плохая примета для патрульных.
Рывок - оттащил канистру к краю дороги. Шарлотта, к неудовольствию Мориарти, справлялась куда медленнее.
- Я же сказал леве.. не настолько левее! - чертыхнулся, отставляя канистру. Кажется, мисс Роксфорд все же потребуется помощь.
Еще один рывок, овраг всхлипнул, исторгнув из себя низкий всплеск лондонской грязи, вперемешку с глиной. Мориарти взял канистру, сдобряя почившего пахучей жидкостью (бензин, подразумевается бензин); емкость полетела следом. Брезгливо встряхнул кистью, зажег еще одну сигарету.
Гори, елочка, гори!

- Молодец. Можешь загадать имя возлюбленного и перепрыгнуть через костер, - проговорил Джим самым сволочным тоном, взглянув на Шарлотту, - а остановись мы около реки и используй водные глубины в качестве последнего пристанища мистера трупа, можно было бы запускать венки, хотя, по моему объективному мнению, Темза итак переполнена.

+2

21

Как хорошо ему было рассуждать о том, как лучше тащить труп, держа в руках относительно легкую канистру с бензином. Тут Шарлотта могла бы повозмущаться и таки вставить какие-никакие знания из курса естественных наук: чинно задрав нос и поправив воображаемые очки, сказать, что бензин достаточно легкое вещество в виду его малой плотности, канистра же тоже не составляет особой тяжести для средне статического представителя рода людского, поэтому жаловаться и указывать как лучше Мориарти не имел априори. Логики в своих суждения дама не видела, но искренне верила, что логическая связь определенно имеется. Но сил на препирательства и ерничества оставалось все меньше в виду того, что они уходили на перемещение бренного, довольно-таки увесистого тела из пункта А в пункт Б, а мисс Роксфорд не обладала полезным свойством муравьев – перетаскивать предметы по массе превышающие вес тяжелоатлета в 50 раз. До кучи оставалось лишь добавить каблуки, платье, малую освещенность и чужой бубнеж над ухом. В общем, единственным, чем тешила себя Шарлотта, было то, что на месте наемного убийцы она представляла самого Мориарти. Отсутствие достаточной освещенности, благодаря которой могли быть выхвачены отдельные инетересные детали, Шарли замещала богатым воображением неудавшегося художника. И в целом, процесс значительно ускорился ещё до того, как Джим снизошел на землю грешную и вздумал помочь Шарлотте. Последующие действия описывать не стоит в виду их неэстетичного содержания, лишь отметим, что дама взирала на все это с явным неодобрением и брезгливостью: грязь, канава, пахучий бензин – все это в своей совокупности заставляло блондинку, скрестив руки под грудью, морщить нос, поплотнее укутываясь в плащ от очередного дуновения промозглого ветерка.
- Надеюсь, вы когда-нибудь прикусите себе язык и подавитесь собственным ядом, - не сволочным тоном, но скорее измученным голосом ответила Шарлотта, а затем развернулась и прямой наводкой отправилась в машину. Всякие убеждения о том, что её отправят вслед за горе-официантом улетучились, значит, её хотя бы должны доставить до черты города. Или она доберется сама, а потом с видом жертвы как минимум психологического насилия пойдет и заявит обо всем в полицию. И там хоть потоп. После такой пешей прогулки дама, определенно, будет рада отсидеть срок за убийство, если в соседнюю камеру посадят неудавшегося делового партнера без возможности оспорить решения или увильнуть от наказания.
Все дела были сделаны: и большие, и малые, пора было и честь знать. Ведь теперь-то она ни к чему гению преступного мира, было и к лучшему, меньше стрессов. Помощи оказать не смогла и не сможет, разве что теперь хранит его маленький секрет. Или даже два, правда, пока ещё не догадывается об этом, как и о том, какой же будет более сенсационным, прибыльным и полезным. Так что можно выдохнуть – сам Джим, наверное, позабыл о собственном обещании наведаться на чай.
Шарлотта вытянула ноги по мере вместительности салона, довольствуясь тем, что есть. Пока Мориарти шествовал обратно, златовласка успела вернуть себе собственный клатч, который, по её мнению, не шел к деловому костюму мистера "Я тут самый гениальный", и уже пыталась дозвониться Гаосу, дабы отдать указания. Но тот почему-то не желал брать трубку, игнорируя как звонки, так и ментальные посылы хозяйки.
- Где тебя дьявол носит? - Пробубнила себе под нос Лотти, нажимая отбой и пряча мобильник обратно в сумочку.

+2

22

- Сбежал твой дружок и неудивительно, с такой-то хозяйкой, - смешно фыркнул Джеймс, захлопывая дверь за Шарлоттой и огибая машину, устраился на месте водителя. - Домашние питомцы они такие... - неопределенный жест ладонью, - один раз забыл покормить и все! - он щелкнул пальцами. - Ищи нового. А твой чем питался?
Еще одна поблажка на сегодня - Мориарти мечтал съязвить об этих нездоровых отношениях всю дорогу, обескураживая спутницу столь детальными познаниями о ее личной жизни. Дорвался.
- Я же говорил, что надо прыгать, - не без удовольствия подметил Джим, - едва ли принесло бы результат, но во всяком случае это могло быть весело.
Наткнувшись на очередной уничтожающий взгляд спутницы, король криминального мира впервые за сутки соизволил заткнуться - не послушания ради, просто не каждый день он, пропахший вином, бензином и чем-то горелым, судорожно пытается завести машину и самостоятельно сладить с навигатором. Взламываем код запуска ядерной боеголовки, но не в состоянии договориться с микроволновкой - избитая шутка ближнего круга, которая Мориарти совершенно не казалось смешной, но отрицать ее правдивость было слишком самоуверенно даже для него. Пять минут злости, заметно побледневшая от пресловутой злости мина, очередной взгляд - теперь откровенно ироничный - мисс Роксфорд, и исчадие японской промышленности наконец соизволило подать признаки жизни.

Шины послушно зашуршали по асфальту, Джим опустил окно. В салон дунул прохладный ветерок.
- К слову, о ядах. Есть идеи касательно окончания нашего знакомства? У меня есть, - не то, чтобы Джим до такой степени любил рисоваться. - Я еду по своим делам, ты едешь отсыпаться и менять наряд на нечто менее заметное, по пути теряешь память и врешь кому-попало о нашем сотрудничестве дальше, избегая лишних подробностей.
Рискованная затея, но в свете многочисленных легенд, окружающих имя, вряд ли кто-то сумеет связать его с определенным человеком. Или сумеет? Мисс Роксфорд смогла. Мориарти покорно делал скидку на то, что его имя, и даже широко известная в узких кругах кличка, в последнее время стали достоянием общественности, но откровенно заявлять о себе, как об истинном носителе? Лучше сразу застрелиться. В актера, который открыто шатается на рандеву с мошенницами и прячет мертвецов по обочинам поверит только идиот. Нельзя сказать, что Джим ставил умственные способности местного населения так высоко, но въедливые журналисты копали глубже - тело, заботливо присыпанное землей и золой, могло стать катализатором нового витка обвинений. Если снова потащат в суд, Джеймс умрет от тоски прямо в том душном зале.
После сумбурных событий ночи, вызывающих всплеск азарта, адреналина и огромной всепоглощающей усталости, просто необходимо расслабиться. Он не спал двое суток, а мисс Роксфорд не из той породы человечества, которую можно эпатировать простенькой коробочкой с вензелем инициалов и едва заметной "la cocaine" внизу. Таскать вещдоки с собой - так характерно. Расслабиться - и сделать это красиво.
Возможно Шарлотта что-то ответила, возможно даже все-таки вцепилась ему в лицо. А может молчала остаток пути, горюя о потере - Мориарти не обращал внимания, полностью сосредоточившись на дороге. Абсолютное равнодушие или своеобразный вариант благодарности: она могла запаниковать, сбежать в лес и пойти в полицию. Могла, но не сделала.

Лондон позволил утреннему мареву разукрасить хмарь неба, фары больше не требовались, мисс Роксфорд мирно дремала рядом, едва касаясь щекой плеча. Все спящие походят на ангелов. Под утро одурманенный разум понял, что просто обязан подрезать сему ангелу крылышки, пока тот не улетел в неизвестном направлении.
Мориарти притормозил у ее дома спустя пару часов.

А спустя сутки курьер привез мисс Роксфорд коробку. Небольшого размера, без всяких опознавательных признаков. Сам подарок обнаружился внутри, сияя знакомыми бликами от бриллиантов и даже темному винному(?) налету оказалось не под силу затмить сей блеск. Никаких сопутствующих логотипов вроде короны, скипетра, черепа и скрещенных между собой костей - Мориарти умел быть скромным, когда это было необходимо и умел платить долги. Однако не устоял перед искушением вложить анонимную записку с ненавязчивым напоминанием о том, что сказал ранее.

The end!

+1


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » 05.05.2011 Stein um Stein