« — На самом деле мне очень не хватает семьи, — сказала Эвр на десятой минуте беседы с той толикой безразличия, которая позволила бы человеку понимающему внутренне воскликнуть «Аааа!! Она говорит что ей не хватает семьи, но на самом деле причина конечно не в этом. Но она слишком умна, чтобы скрывать истинные причины таким явным способом, и конечно предположит что именно так я и подумаю, а если так, то надо подумать иначе… Значит. Эврика! Ей не хватает семьи!».
"The five-minute rule", Eurus Holmes



Sherlock. Come and play

Объявление

Уважаемые гости и участники. В связи с загруженностью АМС игра уходит на хиатус до начала 2018-го года. Благодарим за понимание!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » 20.04.2011 Murderous details


20.04.2011 Murderous details

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Время и место:
April 20, 2011, day, встреча для передачи важной информации.

Участники:
Gill Jones, Miles Cooper

Краткое описание:
Неким образом к Куперу попали сведения, касающиеся игр власти и закона, а именно то, что один из достопочтенных лондонских детективов  замешан в деле, где фигурантами являются якудза. Обдумав ситуацию, юноша решает связаться со своей давней знакомой - Гилл. И совершенно не случайно, поскольку мисс Джон работала в свое время фотожурналистом, а значит знает как поступить с имеющейся информацией.
Встречу было решено провести на крыше - подальше от посторонних глаз... только вот незадача, когда молодые люди пришли на условленное место, оказалась, что они там не одни.

0

2

Давайте не будем говорить, о чем мы не будем говорить,
и будем – о чем будем.

Следуя давней традиции, как голодная виртуальная акула, Майлз бороздил просторы интернета, в поисках самой лакомой информации. На сей раз, помимо прочего, он обнаружил весьма интересные сведения о делах закона и порядка. Некий детектив, работающий в Скотланд-Ярде, свел близкое знакомство с якудза. Что в Великобритании орудует японская мафия, Купер знал и раньше, но не предавал значения, поскольку это забота правительства, а не его – рядового программиста.
Равнодушное отношение Майлза, происходит от отсутствия у него комплекса миссии, неодолимой тяги ломать систему и желания прославиться, увековечить свое имя, коими так часто болеют талантливые хакеры. Вот и сидел бы он и дальше смирно, если бы дело не коснулось крупной, даже очень крупной денежной махинации. Это вам не суммы, отжатые у бизнесменов-японцев или отмытые с помощью автомобилей, а нечто куда более грандиозное и затрагивающее многих британцев.
Решив, что благородные доны, не могут пройти мимо такого беззакония, Купер стал думать, как поступить. Хотелось бы обойтись без жертв, но интернет для многих не самый надежный источник. Оставалось только одно – найти благонадежного человека, которому можно доверить информацию, того чья жажда правды превыше жажды наживы. В общем, Гилл Джонс. Мисс Джонс Майлз знал еще со студенческих лет – их познакомила его бывшая девушка, правда после смерти Джессики, Купер порвал все свои прежние связи. Но о Гилл он вспомнил и попросил о тайной встрече, на что девушка ответила согласием. 
Поднимаясь по чердачной лестнице на Брюэр-стрит, Майлз подумал: а не зря ли он впутывает Гилл, но быстро отмел эту мысль как крамольную. Кто, если не профессиональный журналист сможет обнародовавать скандальные сведения и вывести на чистую воду замешанных в грязном деле людей.. Правильно, полицейский, только полиции Купер доверял еще меньше чем журналистам.

+1

3

Утро. Хитроу. Два дня пересменка. И вновь обратно. А может быть удастся уложится и в одни день. А потом снова обратно, туда, где есть хороший материал. Подальше от Лондона.
Так уж получалось, что в то время как все светские мастера газетных материалов и глянцевых разворотов готовы были душу продать за то, чтобы быть как можно ближе к британской столице, Джонс не понимала, что здесь можно было делать, кроме как выспаться и слегка привести в порядок аппаратуру. "Два дня и обратно," - повторяла сама себе Гилл, чтобы, вопреки здравому смыслу, не взять билет на ближайшей рейс куда-нибудь, где происходят события другого жанра.
Паспортный контроль. Кофе. Такси.
Родная квартира встретила хозяйку тишиной и трехнедельным слоем пыли, который впрочем Джонс никак не волновал. Бросив рюкзак с вещами где-то в коридоре и бережно пристроив боевую "Лейку" на специальной полочке, Гилл собиралась воспользоваться единственным интересным ей сейчас благом цивилизации - душем. Но от движения к намеченной цели Джонс отвлек телефонный звонок.
Джесс. Перспективные идеи. Пергаментная кожа наркоманки. Красивые глаза. И мальчик-тень в придачу.
Знакомую из прошлого Гилл вспомнила почти сразу, и это не смотря на то, что та уже давно скелет. Вспомнить любовь ее жизни, было сложнее. Но все же минутное насилие над сознанием, и память услужливо подкинула Джонс нужное лицо. Так что собеседник был опознан еще до окончания разговора, а впрочем, встретится Гилл согласилась бы в любом случае. Ведь ей предлагали информацию. Неужели в Лондоне происходило что-то кроме свадьбы в королевской семье? Это было любопытно.
Так что, наспех приведя себя в порядок, Гилл поспешила к месту встречи.
Довольно быстро преодолев препятствие в виде чердачной лестницы, Джонс оказалась на крыше, где обнаружила, что она, возможно опоздала. Майлз уже ее ждал.
- Привет. Давно здесь? - поприветствовала знакомого Гилл. - Как дела? - поинтересовалась Джонс.
Она бы, конечно, сразу перешла главному "что за информация?", но правила хорошего репортерского тона требовали для начала проявить интерес к информатору. Тем более, что Джесс в живом виде была неплохим человеком, а значит, воспринимать оставшиеся от нее знакомства как безликий источник - было бы по меньшей мере не уважением.
- Честно говоря, совсем не ожидала тебя услышать. Я думала, что ты стал кибер-роботом и окончательно ушел жить в сеть, - признала Гилл.

+1

4

Гилл пока не пришла, и Майлз прибывал на крыше в гордом одиночестве. Почему бы не воспользоваться ситуацией и не поразмыслить на счет того, что он скажет Гилл. Передать ей всю информацию было бы, наверное, самым правильным поступком, но если он так сделает, то неминуемо навлечет на Джонс и себя неприятности. Там, где протекают интересы спецслужб, всегда есть люди, способные добыть информацию, не снимая белых перчаток. Какова вероятность, что славная голова мисс Джонс окажется точно под гильотиной "ее Величества". С другой стороны были якудза – тоже не божьи слуги. Посему, взвесив все за и против, Купер решил, что передаст ровно столько информации, сколько хватит на громкое разоблачение, но не все. Информацию надо фильтровать... Как и учиться на ошибках старших коллег. 
Внизу расположилась Брюэр-стрит – тихий уголок в центре Оксфорда, не самое почитаемое место среди туристов место, но горячо любимое Майлзом еще со студенческих пор. Когда-то он приходил сюда с ребятами, чтобы полюбоваться видами с одного из самых высоких зданий во всем округе. Наверное, есть в этом какая-то символизм, что именно в месте из прошлого, он встречается с человеком из прошлого. Из другой, прежней жизни.   
С высоты семи этажей было прекрасно видно, как движутся пешеходы и машины в сторону Брайдел-лейн и Ворек-стрит. В конце концов, Брюэр-стрит, как кровеносная артерия соединяла улицу Святого Алдэйта и улицу Святого Эббеса, располагаясь, таким образом, между двумя Святыми. Забавно.
За спиной раздался скрип открываемой двери, и на крышу выбралась мисс Джонс. Майлз обернулся, чтобы приветствовать, гостью и замер на мете. Все же невыразимо странно было видеть Гилл после стольких лет. Она изменилась и не изменилась одновременно. Разбирайся Майлз в людях хотя бы на уровне обывателя, наверняка он бы заметил те мелкие детали, поменявшие Джонс: прическа, макияж, качество костюма. Но, увы и ах, это Купер.
– Здравствуй, – поприветствовал Майлз. – Нет, я пока остаюсь в мире бренного.
Он улыбнулся и посмотрел на Джонс из-за отросшей челки: "Тебе ведь не терпится перейти к делу, я прав? ...И у меня для тебя кое-что есть".

+1

5

Возможно, на заре карьеры, когда выбор между фотохудожником и репортажником, был еще не сделан, Гилл бы и оценила вид на город сверху. Муравейник внизу был достаточно эстетичным для того, чтобы стать самостоятельным снимком, и не слишком пестрым, а потому способный быть фоном для какого-либо портрета. Неплохо, наверное. Вот только Гилл слишком давно перестала снимать открыточные кадры. А с точки зрения репортажа вид с крыши был так себе, на уровне нуля - катастрофически не хватало событий - масштабной аварии внизу, человека в свободном падении вдоль здания, значительного скандала в окне на против - в общем, не хватало мяса с кровью - любимого блюда всех пожирателей СМИ.
За неимением достойного вида и просто потому, что тело еще прекрасно помнило о том, что утро началось в кресле самолета, Гилл уселась прямо на слегка подогретое солнцем покрытие крыши. Из такой позиции открывался однообразный вид на ограждение и довольно занимательный вид на Майлза снизу вверх. Такое положение полностью сводило на нет попытку Купера прятать лицо за челку, и это было хорошо, Гилл всегда любила наблюдать собеседника целиком, а не по частям.
- В бренном мире не так уж и плохо, он пока еще живой и активно шевелиться, периодически поставляя занимательные кадры. Так что я, пожалуй, одобряю твой выбор не переселяться окончательно в цифровой формат, - немного неуклюже отреагировала Гилл. Не очень ловкое выступление в словесной эквилибристике объяснялось тем, что Джонс пока еще толком не могла сообразить, как себя лучше вести. Говори она с простым потенциальным источником полезных фактов, она бы уже сразу после пассажа о занимательных кадрах перейти к вопросу о том, какие именно сюжеты ей предлагают сейчас. Но в данном случае, она уже решила, что Майлз - это не просто источник сведений, но и давний знакомый, а потому нетерпеливый стиль стоило выбросить окончательно. С другой стороны, будь перед ней кто-нибудь из знакомых коллег, Гилл бы рассказала про кадры чуть больше, с деталями и иллюстрациями. Но Майлз не увлекался фотографией, снимки и пленки были одной из болезней Джесс. А потому подобная тема могла быть для Купера больной или просто скучной. Сложный случай. "Когда нет слов, говори честно," - за неимением других вариантов, выбрала одну из своих любимых тактик "в лоб" Гилл и призналась:
- Даже не знаю, что еще сказать, что вообще говорят в таких случаях. Похоже, я начинаю впадать в дикость. А все из-за плантаций какао и людей, которые убивают друг друга, чтобы их поделить, а до этого был восток, который поближе, тоже не лучшее место учиться общению с людьми. Вот теперь и не могу найти слов, - прозвучало как неуклюжая попытка извиниться.

+1

6

– Думаю, мы оба не слишком коммуникабельные люди, – сардонически улыбнулся Купер, – а социальные шаблоны не облегчат ситуацию нисколько. Не сочти, что мне неинтересно как ты жила все прошедшие с нашей последней встречи годы – это не так, только вот будет нечестно мариновать тебя расспросами о самочувствии и личной жизни, когда я пригласил тебя из деловых соображений.
Прикурив, Купер принялся крутить в пальцах зажигалку. Все быстрее и быстрее, ловя посеребренным боком солнечные лучи. Он уже немного отвык говорить с людьми, во всяком случае, развернутыми предложениями: так долго его в лексиконе не появлялось ничего кроме: "Да", "Нет", "Сейчас посмотрю". Но вопреки мнению коллег, бедностью речи он не страдал.   
– Гилл, я большой параноик, но лишь от того, что хорош в своем деле и знаю изнанку мира национальной безопасности. Мне хотелось бы тебе доверять... эти сведенья, они затрагивают Скотланд-Ярд и одну крупную мафиозную группировку, – обрисовал перспективу Майлз, – И если ты откажешься, то я пойму, но если согласишься – обещай не ставить совою подпись под статьей.
Он не следил за лицом Гилл и не пытался вычислить реакцию, Майлз продолжал любоваться городом там, где геометрия четких линий и движение машин дают больше информации чем лицо собеседника. А за пазухой покоилась папка с собранной для передачи информацией, и ее он сейчас извлек, чтобы отдать девушке, которая в будущем подпортит многим кровь.
– Вот, – папка перешла в руки Джонс, – Ознакомься.
Со стороны противоположного края крыши раздался шум. Кто-то воспользовался другим чердачным выходом, и сейчас под ногами незнакомца недовольно прогибалось металлическое покрытие.
"Какого чёрта?"
Майлз, повернулся к Джонс, глазами указывая ей на конек крыши. Тихо ступая, он пошел до выступа, и, ухватившись за перекладину на коньке, подтянулся. На другой стороне ему предстала странная картина.

+1

7

Деловые соображения как повод для встречи, - о, да! Это было то, что надо. Это было прекрасно. Проход по тонкому канату правильных выражений и попытки балансировать среди фраз отменяются, вместо них будет простой и понятный деловой разговор. Гилл вновь почувствовала себя уверенно.
А следующие слова Майлза так и вовсе привели девушку в полный восторг. Мафия и Скотланд-Ярд. Звучало просто сказочно. Стиль Америки времен "сухого закона" нынче в моде, толпа страдает ностальгией по черным платьям и перьям, а значит, любая мелочь про мафию, приправленная правильным анонсом а-ля "Современный Лондон и старый Чикаго. Есть что-то общее? Мафия," - будет однозначным скандалом. А если еще в материале окажется что-то интересное, кроме действующих лиц, тогда это просто бомба.
Гилл облизнула губы, как будто Майлз предлагал ей не папку с бумагами, а безумно вкусный десерт.
- Я просто не могу от такого отказаться, любовь к горячим фактам сильнее меня, - Гилл не стала уточнять, что она согласна взять статью, азарт в глазах был красноречивее любых слов. - Что до подписи, - несколько замялась Джонс. Условие, поставленное Купером, вызывало в девушке слишком много противоречивых чувств, с одной стороны были амбиции, в конце концов, если она сейчас возьмется раскапывать весь этот материал, то с какой стати ей потом отдавать лавры автора сенсации кому-то еще, с другой стороны, было немного боязно за то, что вдруг в ответ на ее отказ выполнять условие Майзл заявит что-то абсурдно-благородное в духе "тогда я не готов заставлять тебя рисковать" и отдаст ценные факты кому-то другому. Гилл вновь искала слова и кусала губы, отчаянно надеясь найти такой вариант, который позволит ей и обещание не давать, и материал получить. Инстинкт самосохранения был отброшен на задний план.
- Можешь считать меня самоубийцей, но я хочу взяться за эту тему и, если будет результат, хочу публикацию под своим именем. Так что давай я тебе просто пообещаю, что буду осторожна, - попробовала торговаться Джонс, однако, внимание Майлза уже что-то отвлекло. Какой-то шум на противоположной стороне крыше.
Неужели все так серьезно? И мафия уже пришла отбирать опасную для них папку? Или это Скотланд-Ярд спешит уничтожит компромат? Все оказалось проще.
Повторив вслед за Майлозом несколько простых акробатический упражнений, и взглянув на происходящее на другой стороне крыше, Гилл увидела обыкновенного парня студенческого возраста, сомнамбулической походкой шагающего к краю крыши.
- М-да, кажется, я тут не одна с суицидальными намерениями, - шепотом оценила ситуацию Джонс.

+1

8

По скату крыши, в сторону карниза, шел молодой парень, и весь вид его говорил о недобрых намерениях. Качающийся походкой он приблизился к краю, а затем, явно занервничав, попятился назад.
"Неужто прыгать собрался?"
Майлз без особого интереса наблюдал как бедолага мечется туда-обратно, нервно поглядывая на асфальт внизу дома. Их с Гилл он даже не заметил. Наверное, будь Купер один, то просто убрался оттуда по-тихому, предоставив парню самому делать выбор. Жестоко? Возможно. Но не в правилах Майлза вмешиваться в чужие жизни, ему бы со своей разобраться.
Из чего можно сделать вывод, что судьба в данный момент благоволила пареньку, ведь Купер был не один. Предлагать Гилл уйти, он не решился: вряд ли девушка разделит его желание остаться в стороне.
– А я слышал, ваш брат не только стремлением к риску славится, но и знанием психологии человека, - шепотом поведал Купер, – Надеюсь это так.
И дабы укорить любой из финалов, Майлз звонко свистнул, а затем прокричал: "Ей, прыгун без парашюта, может не стоит собой асфальт украшать?"
Раз он так мечется, значит сомневается. Майлз в свое время не сомневался, не оставлял слезливых записок, не хлопал на прощанье дверью. Когда выбор сделан – нет и не будет пути назад. Тогда единственное, что может спасти – это случай. Просто стечение обстоятельств. Парень не хочет прыгать.
Купер слушал, что говорит Гилл. Что ж распространенная теория о журналистах только что получила практическое подтверждение: у Джонс прекрасные ораторские способности и дар убеждения. Он воспринимал и излияния парня о его несчастной любви, проблемах в учебе и отсутствии крупного счета в банке. Только все равно прокручивалась мысль о том, как много оказывается необходимо человеку для счастья, но как мало на самом деле надо.

+1

9

- Ложь, абсолютная ложь, наш брат ради красивого кадра тела на асфальте готов подтолкнуть, - Гилл тоже шепотом поспешила опровергнуть подозрения Майлза в излишнем знание психологии. Не то, чтобы в курс репортера ничего подобного не входило, просто для прямолинейной Гилл наука у человеческих душах была не самой любимой дисциплиной, а потому строить из себя великого специалиста по кризисным ситуациям Джонс точно не собиралась.
Однако, выбора ей не дали. Свистом и окриком Майлз привлек внимание незадачливого самоубийцы, тем самым лишая себя и заодно Гилл шанса сбежать и забыть. Теперь проблема чьей-то неудавшейся жизни стала их, а значит, надо что-то решать.
- Привет, парень, а мы решили тебе компанию составить. Не против? - попробовала наладить диалог Гилл. Остаточные знания и здравый смысл, подсказывали Джонс, что их новый знакомый в данный момент полностью зациклен на своей боли и ощущение, что он один во всем мире, и единственная верная тактика это проявить участие, но при этом не провоцировать на резкие движения. А дальше, когда сознание жертвы хоть чуть-чуть оттает от личной драмы, врубиться инстинкт самосохранения, крыша покажется слишком высокой, асфальт излишне твердым, а жизнь вполне себе сносной. Но до этого было еще долго, пока требовалось наладить контакт.
- Так как? Ты не против компании? - повторила вопрос Гилл.
На этот раз нужный эффект был достигнут, кандидат в вафлю на асфальте внезапно обернулся и уставился на них мутным, зацикленным на собственной трагедии взглядом.
- Я репортер, истории из жизни обычных людей собираю, - почувствовав, что объект уделил ей внимание, начала рассказывать Джонс. - Мой приятель только что рассказывал про... - Гилл на секунду замялась, едва не брякнув "про свою мертвую девушку", но во время прикусила язык. Конечно, вспонить сейчас про Джесс было бы очень сильным ходом, это бы позволило парню в шаге от края гарантировано ощутить, что он не один такой, вот только как бы при этом отреагировал Майлз.
- Про человека, который все имел, но вот-вот потеряет, - довольно быстро исправилась Гилл. - Но, мне кажется, твоя история будет ярче. Расскажешь? Я хочу тебя услышать, - попросила Джонс. - Ты только не молчи. Пожалуйста.
И Гилл повезло, пусть не с первого раза, но парень все таки произнес первое слово. И этим словом было "ладно". А дальше был монолог про то, что его зовут Билл, и про то, что он простой студент, отчаянно пытающийся совмешать учебу и попытки что-то заработать, но в итоге проигрывающий на обоих фронтах, а еще про девушку, которой все это не нравилось, и которая сбежала в какому-то пижону на Феррари.
- И что? Красивая девушка была? - поинтересовалась Гилл.
- Она... она..., - так и не нашелся что ответить неудачный самоубийца, несчастная любовь и жалось к себе пока еще не позволяли ему быть объективным.
- Понятно, значит, не... королева красоты, - Гилл выразительно уставилась на Майлза, надеясь, что тот подскажет ей какой-нибудь дежурный идеал женщины, в сравнении с которой возлюбленная находящего утешение в самоубийстве окажется сильно так себе ничего особенного. А по ничего особенного и страдать не надо.

+1

10

– Эм... – глубокомысленно изрек Майлз. До него не сразу дошло, какого ответа или помощи ждет Гилл.
И не то чтобы у него был большой опыт в общении с прекрасным полом. Если на чистоту, то он вообще практически отсутствовал, ввиду некоторой инертности Купера. Какая разница общаешься ты с парнем или с девушкой, если человек интересный, да еще при этом отличный специалист.  Вот и выходила ситуация, когда первое пришедшие на ум было "математика".  Облом.
– Анджелина Джоли? – пас наугад. Майлз понятия не имел кто это, но он часто слышал её имя от коллег женского пола и просто на улице.
Видя благосклонную реакцию оппонентов, Купер расслабился, а то мог и ошибиться: вдруг эта Анджелина страшна, как атомная война.
–  Знаешь, твоё право конечно, но мне кажется, ты зря так поступаешь, – решил внести свою лепту Майлз, –  Похоже, твоя бывшая девушка тебя не любила, так неужели ты хочешь покончить ради неё с жизнью и не встретить ту, которая тебя полюбит?
Делится опытом с кем-то по части отношений, было странно. Наверное, ничего кроме банальностей Майлз сказать и не мог. Он не желал парню зла, как не желал зла никому другому, но и помочь ничем не мог. Было бы ханжеством советовать другому не делать, сделанного им самим. Ситуация с Джесс была совсем иной, только есть ли здесь утешение для брошенного парня?
– Я.. я не знаю, что мне делать! – Взвился несчастный. Он запутался и единственное, что оставалось – указать ему верный путь.
– Для начала было бы неплохо, если бы ты отошел от края крыши. Мне бы не хотелось… – Да, пожалуй, ему бы не хотелось, чтобы Гилл лицезрела феерическое падение паренька с последующим размазыванием по асфальту. Хотя вряд ли Джонс оценила бы его благие намерения, – Чтобы ты поскользнулся и упал вниз. Согласись, это было бы нелепо. 
Похоже, парень пошел на попятную: он выговорился и ему уже не так хотелось умирать, а значит и он, и Гилл могут с чистой совестью идти по своим делам. Дел было много – работа над новым проектом шла полнм ходом. Майлз запускал "спрута", способного находить любые, даже самые засекреченные файлы. Игра на грани фола, где самой целью являлось, как ни странно,  не выведывание данных, а создание чего-то принципиального нового.

+2

11

"Джоли? Ну-ну," - мысленно оценила подсказку Гилл. Пески, пустыни и грязь, которые Джонс считала лучшим фотом для репортажей, крайне редко оборудовали кинотеатрами, репортажи из жизни звезд Гилл делала лишь пару раз в бытность стажером (то есть "давно и неправда"), и потому познания девушке о большинстве актрис сводились к следующему: "Имя слышала, коллеги про нее пишут, значит, модная," - в этом плане Анжелина была исключением. К ее характеристики Гилл могла добавить еще пару слов в духе: "Лезет в жопу мира под лозунгом ОНН, обеспечивая простых летописцев катастроф и фотографов войн смазливым кадром в духе гламурных коллег," - и все, и никакой информации про красоту.
Но, судя по реакции несостоявшегося самоубийцы, он намозолил глаза о монитор, оценивая прелести Анжелины Джоли, и был готов согласиться, что бросившей его девушке до Анжелины как ползком до Америки по дну океана. А раз недотрупу Джоли нравилась, то Гилл тоже ничего против не имела.
- Вот, видишь, не разу не Анжелина твоя девица, так что не надо убиваться, - еще раз повторила показавшейся ей убедительным тезис Джонс.
Майлз тем временем тоже включился в разговор и предложил парню жить ради того, чтобы встретить настоящую любовь, - и этот аргумент попал в цель к великому удивлению Гилл, парень вдруг переключился на конструктивные вопросы и даже согласился отойти от края.
Победа словоблудия над гравитацией состоялась.
Теперь проблема звалась "как избавиться от лишнего собеседника". Папка с информацией, предложенная Майлзом, выглядела так заманчиво, что Гилл, пожалуй, согласилась бы выкинуть третьего лишнего с крыши. Вот только тогда получилось бы, что время на переубеждение самоубийцы было потрачено зря.
"Я не маньяк, я фея, добрая фея, очень добрая фея. По крайней мере сегодня," - устроила себе небольшой сеанс самовнушения Гилл, после чего намыленный столь дешевой "самасебепропагандой" мозг вдруг выдал полезную информацию.
Тодд Стоукс - вечно красные глаза, печать недосыпа на лице, вечно взъерошенные волосы и гениальное умение быть лаконичным. Этот парень, действительно, умел нарезать и смонтировать сотни часов рек крови, отснятые такими как Гилл, в яркий двухминутные ролик для итогового выпуска новостей. И, поскольку кроме Тодда таких мастеров с железными нервами было один на миллион, место ассистента очаровашки Стоукса становилось вакантным раз в квартал, а-то и чаще. Хотя, местечко-то на самом деле было теплое - и график, и зарплата - но людям творческим (а монтаж - это тоже не ерунда, а искусство) почему-то не нравилось большое количество трупов в кадре. Но-то ранимые души художников, что с них взять кроме натуры, а вот для несостоявшегося самоубицы посмотреть на чужие внутренности было бы полезно. Во всяком случае так считала Гилл, а потому, виновато улыбнувшись Майлзу ("прости, но еще пару минут мы не говорим про мафию"), и заявив так и невстретившемуся с асфальтом телу, что она сейчас объяснит ему, что делать, Джонс позвонила Тодду.
Полминуты гудков. Минута взаимных реверансов "давно не слышались, здравствуй". Еще минута на выяснение обстоятельств - готов ли Тодд взять в ассистенты уравнение с тремя неизвестными (опыт работы - непонятно, образования - неясно, личные качества - неустановлено). Затем за десять секунд услышать о том, что Тодд готов рискнуть, все равно он ассистентов меняет часто. После чего пару мгновений благодарностей и обещаний прислать кандидата на собеседование вот прямо сейчас. Вот и весь разговор. Гилл повесила трубку и снова посмотрела на несостоявшегося самоубийцу.
- Так парень я тебе это, кажется, работу нашла. Пиши адрес и вперед общаться с шефом. Деньги на дорогу есть? - поинтересовалась Гилл, интонациями девушка в этот момент безумно напоминала родную и ненаглядную Три, вот только даже под угрозой казни Джонс бы этого не признала.
Так и не сумевший себя убить парень смог лишь только ошарашенно кивнуть в ответ, законспектировать адрес, пообещать направиться туда немедленно и, наконец-то, исчезнуть с крыши.
"Ура!" - мысленно обрадовалась тому, что их снова двое, быстро вынырнувшая из образа "феи" Гилл.
- А теперь не мучай меня, рассказывай, что ты нашел? - Гилл, резко забыв обо всех правилах приличия, задала терзавший ее с самого начала разговора вопрос.

+1

12

То ли фоновые знания Гилл в области психологии произвели чудодейственный эффект, то ли парень понял, что публика не достойна его последнего полета, но ситуация разрешилась за считанные минуты. Бедняга сдался под напором жаждущей информации журналистки и исчез с крыши быстрее, чем Майлз в уме извлек корень квадратный из 1408. Пока, пока.
– Ты действительно хочешь услышать это от меня? – уточнил Купер. – В папке почти все, что есть и того, что есть вполне достаточно, чтобы скомпрометировать Скотланд-Ярд. "Продажные полицейские пятнают честь мундира", не только своего, но и начальства. "Государство на службе у мафии" и прочее непотребство.
Одни лишь достоверные факты, а звучит как антиреклама к избирательной компании нового премьер-министра. Можно было не продолжать – основная информация извлечена на свет божий, а дальше шла конкретика. Только какой Майлз – Майлз, если не добавит ложку паранойи в чашку компромата: Меня терзают смутные сомненья, что, несмотря на данное мне обещание, ты все же подпишешься под статьей. Честолюбие – великий грех, который сгубил немало журналистов. Мне бы искренне не хотелось, чтобы ты пополнила их список, но диктовать тебе условия я не могу. Мы взрослые люди, Гилл, только прошу, будь максимально осторожной, и если ты все же попадешься... не говори, каким образом эта папка попала к тебе в руки.
Ему было неприятно говорить такие вещи, однако жить с ощущение приставленного к виску пистолета – перспектива не из заманчивых. Такой пистолет не выстрелит, будет жечь неприятным холодком, напоминая, что он всего лишь маленькая, подневольная букашка на территории большой игры.
Пожалуй, план по передаче папки можно считать выполненным, а встречу успешно завершенной. Никто не умер, никто не возмутился, никто не стал заглядывать ему в глаза или рассматривать вены на предмет красных точек. Пора было возвращаться в мир символов и энергии.

+1

13

Наконец-то лишний свидетель ушел. Ушел, а не улетел - и это было неплохо, хотя, конечно, сущая мелочь на фоне фактов из папки Майлза.
Гилл облизнула губы.  Тема продажной полиции и мафии во все времена была рейтинговой и культовой, - публика такие сюжеты любила, даже вымышленные. А если добавить хоть каплю реальных фактов, тогда сюжет становиться еще острее и горячее. Шикарная перспектива.
В общем, сюжет был очень вкусный и абсолютно даром, - совсем как в сказке, или как в мышеловке. Но о последнем варианте Гилл предпочла не думать, хотя бы потому, что для себя она уже однозначна решила ввязаться в эту тему и написать статью, а значит, поздно паниковать и считать варианты, надо лишь сказать да.
- Я плохо разбираюсь в антирекламе, но одно могу сказать точно, истории про продажных полицейских провоцируют выброс адреналина у зависимых от СМИ и, значит, делают рейтинг. И потому я, однозначно, возьмусь за этот материал. И очень тебе благодарна за него, - искренне сказала Гилл. - Что касается подписи, то тут ты прав честолюбие у журналистов сильнее здравого смысла, но осторожной я постараюсь быть, и очень надеюсь, что мне повезет. Но в любом случае, ты не беспокойся. Святое для журналистов правило, сохранять анонимность источников, я соблюдаю. Да, и не в правилах дело. В конце концов, ты мне не первый встречный прохожий, и, значит, в какой-то мере свой, а своих не подставляют и не выдают, - постаралась быть убедительной Гилл. Получилось, пожалуй что, излишне серьезно, но зато честно.
Обмен слов на информацию завершился. Гилл попрощалась с Майлзом и осталась наедине с папкой полной компромата.
Теперь основным вопросом было, можно ли написать статью за два дня пересменки. Или надо порвать билет и остаться в Лондоне. Война войной, но должно же быть разнообразие в материале.

+1


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » 20.04.2011 Murderous details