« — На самом деле мне очень не хватает семьи, — сказала Эвр на десятой минуте беседы с той толикой безразличия, которая позволила бы человеку понимающему внутренне воскликнуть «Аааа!! Она говорит что ей не хватает семьи, но на самом деле причина конечно не в этом. Но она слишком умна, чтобы скрывать истинные причины таким явным способом, и конечно предположит что именно так я и подумаю, а если так, то надо подумать иначе… Значит. Эврика! Ей не хватает семьи!».
"The five-minute rule", Eurus Holmes



Sherlock. Come and play

Объявление

Уважаемые гости и участники. В связи с загруженностью АМС игра уходит на хиатус до начала 2018-го года. Благодарим за понимание!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » 01.05.2011 18:00 Trusted as a bank. Part II.


01.05.2011 18:00 Trusted as a bank. Part II.

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

Время и место:
May 01, 2011, Антикварный магазинчик.

Участники:
Godfrey Norton, Gill Jones, Charlotte Roxford, [NPC]

Краткое описание:
Иногда в этих лавках можно наткнуться чуть ли не национальное достояние

0

2

На календаре все еще было воскресение. Шоу "Драгоценности. Скандалы. Проблемы" продолжалось. Так сказать, спонсор трансляции - любезный мистер Лекс Холдер - продолжал прибывать в роли почетного зрителя и лишь иногда (раза два-три в час не более) превращался в переживающего за свою репутацию банкира. Политик-лейборист тем временем все еще изображал или не изображал героя этого шоу, Гилл же все с большим трудом давила в себе желание забыть про приличия и вновь стать обычным фотокорреспондентом.
Между тем была уже вторая половина дня. И вопрос с угрозой шантажа более ли менее решился. Вот только драгоценность все еще была где угодно, только не в сейфе банкира. И это составляло проблему. А общаться с каким-либо представителем следствия мистер Холдер все еще не собирался.
В принципе, можно было все так и оставить, вот только упрямство Гилл не позволяло ей выйти из этой истории, не поставив точку и потому:
- Слушайте, мистер Нортон, - обратилась Джонс к своему, вроде как все еще начальнику. - Прекрасная леди упоминала о том, что шустрый мальчик с французским именем желает продать находящийся у него "металлолом" на черном рынке. И это, у меня, возможно, есть идея, кто именно будет покупателем. Есть у меня, скажем так, знакомая с ювелирным хобби. И, возможно, она сможет помочь. Но, разумеется, с условием, что мистер Холдер вещь выкупит, а не начнет требовать обратно. Рассмотрим этот вариант? - осторожно предложила Гилл.

+1

3

– Если твоя знакомая действительно сможет помочь, я лично прослежу, чтобы Холдер дорого заплатил за свою глупость, – плотоядно улыбнулся Джефф.
Он любил многоходовки, но сегодняшняя история начинала надоедать. Если бы не репутация банка, Лекс бы сам разбирался с последствиями собственной неосмотрительности.

Драгоценности будоражат воображение, когда представляешь, как наденешь их на женщину, попутно сняв с нее все остальное.
Похищенные побрякушки не вызывают ничего, кроме скуки.

Второй день подряд начинался до отвращения рано, и с новости вовсе не способствовавшей приятному времяпрепровождению. Нортон надеялся, что это не войдет в привычку. Ему уже давно не двадцать, а сегодняшний вечер тоже обещал затянуться.

Бывший адвокат поглядывал на временную секретаршу, но больше на ее сумку.
– Тебе удалось сделать снимки?
Еще один вопрос, который предстояло решить. И не просто скоро, а прямо сейчас.
– Где мы можем найти твою знакомую? – Оглянулся в поисках такси.

+1

4

"Разумеется, проследите, куда ж вы денетесь," - легко поверила в обещание Гилл. Пока у нее есть кадры и диктофонная запись, верить можно даже политикам. Впрочем, внешне свою уверенность Джонс демонстрировать не стала - лишь коротко кивнула "понятно". И, сделав вид, что не заметила вопрос про снимки, выбрала для разговора менее опасную тему.
- Знакомую мою найти не сложно. Она держит небольшой магазинчик, и дневное время проводит чаще всего там, - прозвучало почти что аксиомой, хотя, на самом деле, Гилл настолько редко бывала дома, что все ее представления о распорядке дня соседей строились на единичных фактах в духе "когда-то днем я видела ее за прилавком". Однако, ситуация не располагала к ответам в стиле "наверное", и потому Джонс самоуверенно тыкала пальцем в небо, очень надеясь попасть.
- Это не далеко от моего дома, так что в случае чего, можете рассказывать, что просто собирались зайти на чашку кофе, а по пути засмотрелись на витрины. Звучит сомнительно и серо, но на скандал тянет меньше, чем правда, - попробовала изобразить беспокойство Гилл, звучало не особо искренне, особенно с учетом того, что она и сама рассматривала возможность порадовать общественность статьей о приключениях нового начальства и лишь обязательства перед Три останавливали ее от этого шага.
- Поехали, - задала риторический вопрос Джонс, вызвав такси, которое подъехало на удивление быстро.
Пятнадцать минут поездки по городу с третьим лишним водителем стали вынужденной паузой в разговоре, никаких вопросов, никаких ответов, лишь ничего не значащие фразы и тишина.
Только лишь оказавшись перед дверьми магазинчика антиквариата Гилл потрудилась поинтересоваться:
- Не передумали?

+1

5

Джеффу не нравилось, когда уходили от ответа. Он не настолько простодушен, чтобы не заметить явного игнорирования поставленного вопроса. Временная секретарша выбрала неверную линию поведения. Да, он готов был простить нарушение протокола, и даже перец в кофе, но чтобы девчонка держала его за идиота…

Два дня прошло, а он уже скучал за Патрицией – строгой и надежной. В отличие от младшей сестры, она понимала – политика априори не может быть однозначной. В реальном мире нет черного и белого. Все и всегда зависит от точки зрения, выбор приходится делать из двух зол, потому что третьей альтернативы попросту не существует.

Но разве это объяснить журналистам, считающим своим священным долгом доносить до людей «правду». А фотокорреспондент – тот же журналист, только игрушки другие: фотоаппарат вместо камеры и микрофона.

К счастью, до магазина знакомой Гилл оказалось не слишком далеко.
– Почему я должен был передумать? – Поинтересовался Нортон и открыл дверь перед секретаршей.

+1

6

Почему он мог передумать? Это Гилл что ли должна отвечать на такие вопросы? В инструкции от Три об этом не было ни слово. Впрочем, и без ценных указаний от сестры ответ у Гилл был. За свою карьеру корреспондента с тягой к сюжетам на крови Гилл насмотрелась на реакции разных политиков и усвоила одно, спокойные в пределах своего кабинета эти джентльмены испытывают страх перед разными происшествия. Бояться все. Вопрос лишь в том, кто сколько умеет прятать страх. Именно поэтому во всех репортажах Гилл политик появлялся ровно на время действия маски на лице, после чего спешил быстрее спрятаться в свой кабинет, или самолет, или еще куда-то лишь бы от места событий подальше.
Синдром улитки. И новое начальство явно иммунитета к нему не имело. Хотя, в принципе, изначально держался неплохо, с учетом того, что и вчера был день неспокойный, так вообще прекрасно. Выдержал все первое действие, и лишь затем - нервы начали сдавать - сначала странный вопрос, потом молчание, теперь еще это почему. Мог бы просто тихо признаться, что нервы кончились, так нет же - вопрос задает, намекает, что сама Гилл должна догадаться.
- Передумать, это нормально, не все ведь любят, когда много событий, - снизив голос, чтоб никто лишний даже случайно не услышал, и придав тону, максимальную мягкость заговорила Гилл, - и нервные клетки из бюджета не компенсируют, я это тоже понимаю. Вы только не волнуйтесь, а-то мне Три в инструкции по применению не написала, каким успокоительным вас кормить, - абсолютно искренне постаралась успокоить политика Джонс.
Произнеся эту небольшую речь и решив, что это ее максимум и внутренний психолог сдох, не родившись, Гилл вошла в лавку и оглянулась в поисках владелицы.

+1

7

«Дело было вечером, делать было нечего», - явно не о трудоголике Шарлотте Роксфорд. Ждать теоретических клиентов по статистике было глупо и странно, поэтому девушка посвятила себя различным бытовым мелочам, отправив свою новоиспеченную помощницу Джинни домой. Что ни говори, а о том, что ей придется оставить работу в лавке в виду более перспективных предприятий и деловых встреч, Шарлотта не думала. Вернее не планировала в ближайшее время, а лишь изредка мечтала об этом. Но глупо было воротить нос от удачи и держаться за прошлое, поэтому девушка не без удовольствия и бессознательного страха за свое детище передала роль продавцы довольно-таки симпатичной и миловидной шатенке, которую по случайному стечению обстоятельств и чувств Роксфорд уже воспринимала в большей степени как дочь (ибо дама сильно сомневалась в том, что когда-нибудь внесет личный вклад в улучшении демографической ситуации страны) нежели закадычную подругу, ну и как прекрасную служащую, несомненно. Но жизненный опыт и характер все равно не давали покоя Шарлотте, заставляя её проверять все документы и пересчитывать деньги в кассе. И именно за этим занятием застали Гилл и мистер Нортон хозяйку лавки, сидящую за стойкой, расположенную напротив входной двери и увлеченно вглядывающейся в монитор, склонившись к нему чуть ближе, чем требовали правила работы с компьютерами. Роксфорд машинально оторвала взгляд от едва мерцающих буковок и циферок и даже вопросительно приподняла брови. Кого-кого, но вот свою соседку, которую блондинка видела редко и о которой знала не слишком много, узреть на пороге своего магазинчика Шарли не ожидала, тем более в сопровождении такого представительного мужчины, который как раз-таки мог бы позволить себе относительно дорогое хобби – владение предметами старины. Кстати говоря о мужчине. Он показался Шарлотте смутно знакомым. Обладая прекрасной памятью на лица, между тем не очень интересующаяся политикой девушка не сочла нужным запоминать имя, искренне веря, что судьбоносных встреч с членами парламента не бывает. «Любовник? Дружок? Тянет больше на работодателя, правда, уж больно они официально держаться, но где ж это видано с боссом в воскресение вечером разгуливать? Так может этой чертовке так здорово подфортило? Эээх...». Зависть – плохое чувство, но именно укол зависти почувствовала мисс Роксфорд, когда подумала о чужом успехе. Не то чтобы её трогала любовная тема, но перспективность бойфренда для девушек как очередное соревнование и предмет гордости. По этому же принципу собачницы соревнуются на выставках, дабы показать всем, у кого питомец круче.
- Добрый вечер, - достаточно вежливо поприветствовала Шарлотта вошедших, поднимаясь с места и сопровождая свои слова очаровательной улыбкой под которой истинной стервозной и скандальной натуры девушки ещё никто не распознавал, - чем же моя скромная персона может вам помочь?

Отредактировано Charlotte Roxford (2014-02-05 16:20:24)

+2

8

Интересно, если он очень попросит, Патриция согласиться выйти на работу с завтрашнего дня, пусть политику и придется пару недель слушать за дверью скрип инвалидного кресла?..
Гилл, определенно, держала его за идиота. Это раздражало.
Впрочем, скептический взгляд оказался адресован стриженому затылку секретарши.

– Добрый вечер, – Джефф улыбнулся выглянувшей из-за компьютера женщине, вспоминая фразу из какого-то старого фильма. «Гони обаяние на полную катушку».
Та самая соседка?
И куда катится мир, когда торговцы… антиквариатом выглядят так, словно вчера закончили университет.
Эффектная блондинка. Даже слишком эффектная, чтобы стоять за прилавком магазина, пусть и своего собственного.

Насколько близко они с Гилл знакомы? Можно десять лет жить по-соседству и парой слов не обменяться – это Нортон знал как из адвокатской практики, так и по собственному опыту.
Что ж, если временной замене Пат удастся договориться со знакомой, он не станет звонить верному Церберу уже сегодня и рассуждать о том, что люди, которых невозможно заменить, все-таки существуют.
Загвоздка в том, что пари, заключенное с самим собой, подразумевало правильность предположения, что драгоценности Лекса попытаются сбыть именно через этот магазин.

+1

9

Некоторые сражаются с симптомами нервного срыва, зацикливаясь на чем-то одном. Видимо, новый начальник был из одной породы, потому как он даже не заметил вопроса про успокоительное за перспективой оказаться быстрее в антикварной лавке. Да, и ладно. Гилл честно предложила. Так что Три точно не сможет обвинить ее в безалаберности.
Мысленно поставив галочку "забота - выполнено" в воображаемый список дел, Джонс решила перейти к следующему пункту программы - золотой побрякушке.
К счастью, от необходимости допрашивать персонал и вызывать владелицу - судьба их избавила. Шарлотта - что-то свежее среди антиквариата - оказалась в лавке лично и одна. Великолепно. Теперь, главное, чтобы везение не кончилось и безделушка, действительно, была продана именно сюда, а мисс владелица находилась в настроении помогать.
- Привет, - улыбнувшись, поприветствовала соседку Гилл. - Достань мне хорошую копию "Рейн II" Гурски, я так о ней мечтаю, я буду ее в период творческого кризиса использовать как поле для дартса, -  полушутя, Джонс ответила на вопрос "скромной персоны". От такого поля для дротиков Гилл бы и впрямь не отказалась, но не сейчас.
- Но по этому поводу я лучше в другой раз зайду, сейчас история немного другая. Один знакомый, - начала рассказывать Гилл, сделав неопределенный жесть рукой в стиле "решай сама, годится мистер политик под слово знакомый, или речь о ком-то еще". В принципе, с учетом того, что с уважаемым банкиром им с утра довелось обменяться парой слов, на статус "одного знакомого" без уточнения степени близости, тот вполне тоже годился.
- Один знакомый потерял очень важную для него вещь, - продолжила рассказывать Гилл. - И от потери он страдает, - немного лирики никогда не лишние. - А у тебя, как я помню, ассортимент всегда был прекрасный, почти уникальный. Вот я и подумала, что возможно, ты сможешь найти что-то очень-очень похожее. И знакомый будет просто счастлив.

+1

10

«Гурски, Гурски, Гурски…», - нечто невообразимо знакомое, но вместе с тем непреодолимо далекое. Шарлотта никогда не изъявляла желание углубиться в творчество пейзажистов, поэтому изображение, этакая репродукция, в её воображении не вспылала при наименовании самого художника и его произведения как обычно бывало. И тут девушка хотела было уже прикинуть вероятность, накинуть цену под предлогом «исключительно по старой дружбе уступаю за полцены» или даже по доброте душевной от скуки произвести копию самой лично, однако весьма неблагородная цель отбила всякое желание. Пусть Шарли не была ценительницей пейзажей ровно настолько, что даже не могла сразу припомнить упомянутой картины, ей казалось вопиющей несправедливостью использовать пусть даже и копии подобным образом. Пожалуй, было видно не вооруженным глазом, что Гилл лишь изволила пошутить, но отвлеченная от работы мисс Роксфорд медленно переключалась с темы на тему, что включало в себя и временно отключенное чувство юмора. Так, не найдя, что ответить на это, блондинка лишь вежливо улыбнулась, мол, шутку оценила да и вообще рада видеть свою соседку.
- Потерял? – Несколько удивленно переспросила девушка. Шарли мысленно пробежалась по списку того, что можно найти в её лавочке, и пришла к неутешительному выводу, что немногое из этого можно потерять. Потеря ведь включала в себя ношение предмета и дальнейшее его выпадение/падение/забывание где-нибудь. По крайней мере, так думала сама госпожа Роксфорд. И единственно, что пришло ей на ум, - украшение, вернее даже аксессуар, если более обобщенно. Согласитесь, что весьма проблематично взять с собой подмышку и потерять картину, чей-нибудь бюстик или напольные часы. Конечно, было бы желание, а провернуть не проблема, но вот куда проще провернуть это все с тем же серебряным портсигаром или кольцом. Дальнейшие слова журналистки и вовсе ввели обделенную дедуктивными способностями Шарлотту в ступор. Как-то в её понимании не стыковалось то, что вещь была очень важна (бог с ней, что потеряли, с кем не бывает, но тоже весьма странно, ведь дорогие сердцу и карману вещи обычно хранили как зеницу ока), хозяин пропажи горюет, но готов получить взамен нечто очень-очень похожее. «Это чертовски странно,» - сказала интуиция блондинке, а её нижняя часть спины подтвердила. А вот разгорающееся любопытство теперь свербило похлеще внутреннего стержня, называемого шилом. «Но, дьявольщина, не мое это дело. Мое дело – найти и заработать. А дальше пускай делают с этим, что хотят.»
- У вас есть фотография этой вещи? Или надо будет работать со словесным описанием?

+2

11

В глаз у Шарлотты явственно загорелся интерес к вопросу. Гилл мысленно приписала пару нулей справа к той цифре, в которую она изначально оценивала возможность вернуть украденную неким Рафаэлем драгоценность. Банкиры ценят деньги и репутацию, - похоже, в любом случае, у мистера Холдера этим вечером по одну из компонентов явно убудет. Оставалось лишь верить, что имя он ценит все же выше, чем бумагу.
Гилл продолжала улыбаться соседке, похоже, у них сегодня танго голодных крокодилов для единственного зрителя:
- Найти копию один-в-один по одному лишь словесному описанию это, конечно, безумно круто и верх профессионализма, но зачем все так усложнять, фотография есть, даже несколько, с разных ракурсов, - ответила Гилл и принялась рыться в сумочке.
Распотрошив конверт с кадрами от мистера Холдера прямо в сумке, Гилл достала только снимки. Не высокой художественной ценности, надо сказать, кадры. Уникальные и особо редкие драгоценности, представляющие фамильную ценность, можно было бы и поприличнее снять. Но у банкиров с художественным вкусом было так себе, видимо, - золотые побрякушки просто положили на подушку и щелкнули пару раз чуть ли не на фоне задней стороны сейфовой двери. Не интересно. А, впрочем, по крайней мере опознать драгоценность по снимкам было реально, - а требовать чего-то большего от этих кадров не приходилось.
- Вот смотри, только сходство должно быть очень точное, вот просто как будто бы оригинал, - положив снимки на прилавок перед Шарлоттой, еще раз повторила просьбу Гилл. Высказываться совсем явно "продай ему подлинник как копию" девушка не хотела, в конце концов, они ведь все тут приличные люди.

+1

12

Конечно, вряд ли бы по словесному описанию можно было что-то сделать в достаточно короткие сроки, но мысль о собственном профессионализме заоблачного уровня грела скромной мисс Роксфорд душу лучше всякого жаркого пламени в камине, перед которым прекрасная мамзель любила сидеть холодными зимними вечерами. И тут уж Шарлотта готова была покрыться румянцем и потупить глазки в пол, шаркая ножкой по паркету, но все в итоге обернулось  не более и не менее чем крайне самодовольной ухмылкой, которая так и говорила: «Ну, это же я». Однако, работа с фотографией и в правду была гораздо легче. Девушка взяла фото в руки, бегло осмотрев каждую и лишь на одной заострив свое внимание более чем на 2 секунды. Как у несравненного Шерлока Холмса или Чарльза Огастеса Магнуссена перед глазами Шарлотты всплывала информация - это были вовсе не болевые точки или выводы о том, кто как провел вечер, а что-то более скромное и менее значительное для таких одухотворенных персон. Но мисс Роксфорд порой было крайне сложно отнести к таковым, особенно в такие моменты, как этот, когда в глазах горела откровенная алчность и почти что вылезали доллары как у Скруджа Макдака при одной мысли о том, сколько можно подзаработать на этой случайно халтурке. Да-да, девушка даже не воспринимала как настоящую, сложную и кропотливую работенку. Мыслительная деятельность Шарлотты всегда была выше понимая простых людей. Да и не простых тоже. Да и, может, вовсе не выше, а просто за гранью, ибо в большинстве своем не была, по мнению самой блондинки, чисто женской, хотя бы потому, что часто приводила к нужному результату с наименьшими потерями и без всяких окольничих путей, но и мужской, что автоматически приравнивалось к идеалу рационального мышления, тоже было сложно все это назвать. Размышления начинались стихийно, даже интуитивно, а потом вполне себе логично развивались, но лишь в том направлении, в котором подсказывало чутье. Шарлотта считала себя крайне везучей барышней с хорошо развитой интуицией. Быть может, кто-то опровергнет само существование шестого чувства за ненаучность, но вот барышня, отдававшая предпочтения расположениям звезд в момент рождения просто-таки не могла игнорировать тот факт, что по утрам чей-то голос в голове давал весьма дельные советы, ослушавшись которых дама очень жалела и громко кричала от досады. И сейчас то ли неведомая интуиция, то ли зародыш дедуктивных способностей говорили о том, что увиденные драгоценности явно не потеряны, а наглым образом украдены. И значит, кому-то надо будет их сбыть. И кому, как ни Шарлотте придут кланяться с такими дарами и просьбой спихнуть под шумок на черном рынке. А если изъявят желание сотрудничать с кем-то другим, то Роксфорд без проблем сможет перехватить побрякушки так, что потом даже вопросов ни у кого не возникнет. Оставалось лишь узнать то, как быстро стоит действовать.
- Наверное, глупый будет вопрос, но все же. Как давно были.. кхм, - девушка на мгновение замялась, словно в раздумье подбирала более уместное слово, - «утеряны»? И за сколько же вы хотите получить свою очень-очень точную «копию»?
Как не крути, а с идея с копией отпала у Шарлотты ещё в зародыше, ибо найти настолько прекрасного мастера, который бы искусно воссоздал украшения, было крайне проблематично и затратно. Хотя не без плюсов – можно было всучить копию господину банкиру, а потом найти оригинал и продать его какому-нибудь другому толстосуму.

+2

13

- "Потерялась" эта красота буквально этим утром, - ответила Гилл и, вновь вспомнив о нервном мальчике Рафаэле, добавила. - Но, думаю, что украшение уже "нашли", и более того "нашел" тот, кто из всех видов искусства больше всего ценит портреты королевы на банкнотах, а потому любоваться золотой безделушкой больше пары часов он вряд ли захочет, - пояснила Гилл, все еще, не обращая внимание на откровенную нелепость фраз, стараясь держаться в терминологии "оно потерялось". В конце концов, легкая абсурдность в условиях, когда все все понимают, - это мелочи по сравнению с резкой сменой линией поведения в середине разговора.
Когда детали "хронологии пропажи" более ли менее были озвучены, в воздухе повис самый главный вопрос - цена. Гилл прекрасно понимала, что за красивые глаза Шарлотта банкиру не продаст даже рисунок баллончиком на вчерашнем снегу. Никаких ограничений по сумме сделки ни банкир, ни уважаемый шеф так и не озвучили. Последний так и вовсе самоуверенно пообещал заставить Холдера очень дорого заплатить за ошибку и пока еще не успел забрать свои слова назад. Так что Гилл абсолютно не видела никакого смысла торговаться.
- За "очень-очень точную копию" потерявший готов заплатить ровно столько, сколько ты скажешь. А если "копия" объявиться сегодня, то он согласен на наценку за срочность, - легко пообещала Гилл, в конце концов, ей задача заинтересовать Шарлотту искать драгоценность, а экономит деньги банкира пусть кто-то другой.

0

14

Озарения – это то, чем частенько грешила Шарлотта. А случались такие озарения потому, что утром девушке нельзя было говорить что-то под руку. Утром вообще не рекомендовалось взаимодействовать с мисс Роксфорд, которая в процессе раскачивания от состояния «ещё сплю» к состоянию «пока бодрствую» имела жутко нестабильное эмоциональное состояние, легко обращаемое в отвратительное расположение духа на весь день одним неловким словом или действием. И именно сегодня утром небезызвестного Филиппа Гаоса угораздило дать краткую сводку новостей Шарлотте тогда, когда она ещё не дошла до кухни, где девушку ожидал крепкий и бодрящий черный чай. По статистике, вся информация как крошечка Ховрошечка в одно ухо влетала, а в другое беспрепятственно вылетало, но закоулочки (куда уж там до четогов-то!) девичьей памяти при необходимости изредка выдавали нужную информацию, прослушанную в неблагоприятное время. Так случилось и в это отвратительное, по скромному мнению нашей блондинки, ранее утро, начавшееся за несколько минут до того, как напольные часы отбили 12 ударов. Шарлотта, не говоря уже о восприятии сведений, даже не утруждалась кивать при мнимом осмыслении получаемой информации, которую заботливый Гаос попутно скрывал под слоем новых сплетен, скандалов и других новостей, щебеча безостановочно, к сожалению, не напоминая своим щебетом сладкоголосого соловья.
Но вот сейчас сознание заботливо пихнуло свою хозяйку под бок, указывая на нечто важное, за что можно было бы ухватиться. И вот это было очередное озарение. Слабоватое, с натяжкой сравнимой с громом среди ясного неба, но вместе с тем подарившее корыстной девушке надежду на светлое и безбедное ближайшее будущее. И к своему стыду, Шарлотта должна была признать, что несколько секунд мысленных потуг не должны были пройти незаметно. Поэтому машинально, спрятав подальше свой задумчивый вид и быстро моргнув несколько раз, Роксфорд вновь очаровательно улыбнулась и слащавым голоском изрекла:
- Думаю, я смогу вам помочь... Но сейчас, прошу лишь дать мне несколько минут.
С этими словами барышня устремилась в свою мастерскую, плотно и, пожалуй, излишне громко притворив за собой дверь, словно не желая, чтобы в её личное пространство врывались и вообще следили за её бесхитростными манипуляциями. Шарлотта ужасно любила напустить таинственности и заинтриговать, что отлично сочеталось с нежеланием делиться личным пространством. Хотя сейчас все крутилось вокруг одного – вышеупомянутых бесхитростных манипуляциях. Девушка лихорадочно размышляла о том, куда ей податься, если чаяния окажутся пустыми, кому можно позвонить. В голове Лотти уже прокручивала целое полчище цифр, складывающихся в номера полезных в таких делах лицах, попутно не слишком аккуратно разгребая завалы на своем столе. Но не стоит думать, что желание убираться двигало сейчас мисс Роксфорд, которая была готова варварски скидывать все ненужное прямо на пол в поисках одной единственной вещицы. Именно об этой вещице рассказывал по утру ей Филипп, в своей фамильярной манере называя драгоценности «цацки какого-то толстопуза», упомянув о том, что какой-то знакомый шурина мужа Клары, которая знавала Джона, который являлся шестеркой одного давнего партнера Шарлотты, принес и оставил хозяйке на оценку и последующую продажу нечто настолько свеженькое, что аромат охранников, бдящих за сейфом, ещё не выветрился. И именно в этих «цацках», которые ещё предстояло найти, Шарли так надеялась узнать пропажу. Но для начала надо было их найти, что было несколько проблематично в виду излишней захламленности мастерской и неизвестности объекта. Дав себе мысленного подзатыльника, девушка остановилась в своих метаниях и прикрыла глаза, сделав глубокий вдох. «Все хорошо, все прекрасно. Сейчас я сосредоточусь, окину все хозяйским взглядом и найду их… Они должны лежать где-то на виду… А если это не они… Придется звонить Энтони. Придется уступить несколько сот тысяч за срочность. Но не сейчас. Сейчас надо перерыть все…» Фууух, - шумно выдохнув, Шарлотта открыла глаза и сосредоточенно, медленно обвела взглядом комнату. Не прошло и нескольких минут, как некая черная коробочка на верхней полке выделилась на фоне всего остального тем, что златовласка не могла упомнить ничего о её появлении здесь и возможном содержимом. Проклиная высокого Гаоса, девушка кое-как благополучно достала необходимое и приземлилась. От мысли о том, что там искомые драгоценности, которые могут уйти за любую названную сумму, у Шарли подкашивались ноги, а в глазах темнело. Чувствуя себя не какой-нибудь звездой, вскрывающей конверт на Оскоре, а как минимум Пандорой, блондинка открыла коробочку и, затаив дыхание, опустила взгляд вниз. На отделанной бархатом подушке лежал предмет всеобщего переполоха. Но вместо радостных и громких визгов мисс Роксфорд лишь прикусила нижнюю губу, подавляя рвущиеся возгласы и желание расцеловать драгоценности как билет к лишним денежным накоплениям. Девушка светилась от счастья больше чем лампа накаливания. Тут как говорится, мелочь, а приятно. Сделав ещё один глубокий вдох и выдох, Шарлотта вернула себе самообладание и вид деловой дамы, которая чуть ли не каждый день имеет дело с такими дорогими предметами, и направилась к своим посетителям, которые должно быть заскучали в ожидании старушки-процентщицы, предварительно прикрыв коробочку.
- Приношу извинения за свою нерасторопность и то, что не удосужилась предложить вам выпить чего-нибудь, - с деланным сожалением произнесла Роксфорд, не слишком хорошо скрывая свою радость. После чего, обогнув стойку, она остановилась рядом с Гилл на пионерском расстоянии, дабы в любой непонятной ситуации прижать к себе заветные драгоценности и убежать подальше, аккуратно опустив коробочку на полированную столешницу.
- Но думаю, что смогу порадовать своей маленькой находкой, - деловитым тоном продолжила Шарлотта, открывая чужому взору содержимое «черного ящика».

+2

15

Гилл облизнула губы. Интуиция на счет соседки не подвела, путешествие ценной побрякушки завершилось именно в лавке Шарлотты. Конечно, до последнего оставался риск, что в Лондоне найдется кто-нибудь еще настолько уверенный в себе, но при этом склонный к авантюре, кто рискнет связаться с такой вещью. Большинство скупщиков, с которыми в поисках натуры для репортажа в разное время контактировала Гилл, предпочитали работать с классическими формами - вещь банальная, но золотая, с парой камней, зато форма обычная, - никто и не поймет, краденная ли безделушка или одна из сотен ее аналогов. А более сложные задачи перекупщики обычно не любили. Это ж требовалось не просто купить продать, а подумать над историей, над маскировкой, возможно над переплавкой или поискать того, кто готов платить не спрашивая, - а это почти рулетка, тут нужна либо безбашенная готовность ставить на "зеро", либо сочетания сообразительности и таланта. Шарлотта относилась явно ко второму случая. И сегодня это стало большой удачей для Гилл.
- Очень похоже, оно и правда точная-точная копия, - сверив взглядом фотоснимок и содержимое ларца, констатировала Гилл. - Ты превзошла саму себя, - не удержалась от комплимента Джонс. - Оно прекрасно, - вторая похвала была адресована уже драгоценности. - Я так понимаю нам осталось лишь уладить маленький пустячок, всего лишь вопрос цены, - Джонс выразительно покосилась на весь разговор прикидывающегося мебелью временного шефа.
При некоторой проницательности во взгляде Гилл очень четко читалось: "А вот теперь считайте сами, в бухгалтера ни вам, ни банкиру вашему я не нанималась."

+1

16

Увидев сияющую женщину, выходящую из подсобного помещения, политик достал телефон и набрал сообщение. Он мог сколько угодно обсуждать вопрос цены, но банковский перевод все равно делать Лексу.
Побрякушки нашлись.

В другой ситуации Джефф предложил бы их очаровательной спасительнице примерять бриллианты – в конце-концов те играют только на изящной шее, тонком запястье, в уложенных в сложную прическу волосах.
В другой ситуации Джефф бы предложил хозяйке магазинчика позвонить адвокату – продажа краденого уголовно наказуема. Но Холдер меньше всего хотел огласки.

– Восхитительно, – кажется, мисс так и не представилась. Назвал сумму более чем справедливую за товар подобного качества, полученный подобным образом. – И, пожалуйста, не уступайте дешевле.

Лекс приехал четверть часа спустя, словно ждал сообщения в машине, и не один – с немолодым сухеньким господином в очках с толстыми линзами. Ювелир.
Конечно, когда это банкир верит на слово, тем более людям, чья репутация позволяет выказать недоверие.
Золотых дел мастер пробежал пальцами по драгоценностям, выудил из портфеля инструменты и на пять минут выпал из реальности, прихватив с собой часть прилавка, на котором лежала пропажа этого дня.
– Превосходно, – наконец-то пробормотал он и кивнул Холдеру.
Последний, не споря, заплатил озвученную женщиной сумму.

+1

17

М: Эпизод завершен. Всем спасибо.

0


Вы здесь » Sherlock. Come and play » The end! » 01.05.2011 18:00 Trusted as a bank. Part II.