Sherlock. Come and play

Объявление

Великобритания, Лондон. Декабрь 2014 — январь 2015. Что-то приближается. 


«Единственный факт, который смущал Мэри, кроился в нахождении единственного в мире консультирующего детектива далеко не в главном городе всей британской нации. Шерлок, который пропустил бы что-то интересное? Шерлок, который не пошёл бы с Джоном на встречу с человеком, который так вежливо угрожал? Если младший Холмс ни о чём не знал, то, вероятно, и не должен был знать. »

Наш сюжет
Список ролей
Правила проекта
Занятые внешности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sherlock. Come and play » Time is now » 16.02.2015 - The offer


16.02.2015 - The offer

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Время и место: 16. 02. 2015 в местной забегаловке.

Участники: James Moriarty, Cyrus Lowe

Краткое описание: Сайрес, мечтая о своей будущей карьере, встречает человека, знакомого ему только благодаря скандальным новостям, который целеустремлённо направляется к актёру, чтобы обговорить одно дельце.

http://static.tumblr.com/66c046cd88afbc3a98f22764adf07cf3/gre4jti/VO5n0rh0j/tumblr_static_r2_cafe_cinemagraphs_gif_inspiration_photography-9019a3cef76ee41aa55a271b564a0f3b_h.jpg

Отредактировано Cyrus Lowe (2016-09-01 15:04:29)

+2

2

[indent] У Джима был опыт общения с актерами. Согласно гадким слухам, все еще бродящим за кулисами, неприлично тесного общения, но Клайн, храни создатель его затухающую карьеру, помог Мориарти лишь с проходным билетом на детское телевидение, а не в страну радужных единорогов и плотских удовольствий. Не то, чтобы Джим в достижении своих великих целей отрицал грязные методы — испостаси Брука попросту было не до этого, учитывая, как нещадно отвлекало от плана любопытное общество Китти Райли.
   Тоскливый июнь две тысячи одиннадцатого как нельзя лучше подходил для последнего рывка на тот свет и тратить время, отмеренное на расчеты, мимолетными романами, Мориарти стал бы разве что окончательно приуныв. В его оборвавшейся и возродившейся жизни была лишь одна женщина — работа, которую сам изобрел, и куча любовниц, к которым питал самые нежные чувства — Джим искренне и беззаветно влюблен в свои аферы, не особо затрачивая силы на каждую из них.
   Консультирующий преступник справедливо полагал, что отныне путь в киноиндустрию ему заказан, да и сказки Брук читал откровенно паршиво, однако серая действительность, на которой Мориарти давно поставил крест и забраковал, продолжала удивлять до сих пор. 
[indent]— Предлагаю опустить прелюдию и нудное знакомство, — поприветствовал Джим, застегивая выскользнувшую из петли пуговицу на пиджаке и вставая с места. Если внешний вид собеседника несколько выбил из колеи Мориарти, привыкшего, что каждое его появление на людях плохо заканчивается или происходит при полном параде, то это было выдано лишь улыбкой сжатых губ и вялым рукопожатием, тотчас отпуская чужую ладонь и опускаясь на место. — Полагаю, вы знаете, что я знаю, кто вы. А вы наслышаны обо мне. Половина из этого ложь и выдумки.
   Не так часто приходят сообщения с незнакомого номера с временем, датой, адресом и обещанием златых гор в обмен на пару услуг. Если мистер Лоуэ не помнил Джеймса, то узрев откровенное самодовольство в каждом жесте и бьющую в глаза самоуверенность, мгновенно вспомнит. Если нет — что ж, Мориарти не в новинку напоминать о себе.
   — Что делать со второй половиной решайте сами.

+2

3

Сайрес заметно нервничал. Ему никогда прежде не доводилось связываться с такими людьми, как он, Наполеон преступного мира. Возможно, Сайрес снимался в детективных сериалах, возможно, для не было не в новинку сыграть деловую беседу с главным злодеем, но играть в настоящую игру, в которой проигрыш был равен неприятностям или смерти… Тем не менее, Мориарти предложил ему выгодную для него сделку. Он попросту не смог отказаться от встречи, однако Лоуэ не спешил. Сайрес пока не знал, что точно от него требовалось. Злодей-консультант лишь напустил тумана, рассказал самые приятные подробности, следствия, исходящие из проделанной работы. Сайрес даже боялся предположить, что попросит Мориарти. Заложить бомбу? Не в театре же сыграть. Но почему он обратился именно к нему, Сайресу Лоуэ, начинающему актёру, который только ступил на карьерную лестницу?
Несмотря на то, что Сай ожидал прихода Мориарти, он вздрогнул, когда тот вскочил с места и заговорил с ним. Сайрес вовсе не боялся этого человека. Он боялся за себя. Возможно, это было эгоистично со стороны Лоуэ, но разве существует хотя бы один человек, который никогда не боялся бы за свою шкуру? И всё же Сайрес встретил Мориарти с улыбкой, лёгкой и даже приветливой. В этом была его особенность: улыбаться в любой ситуации, но в то же время Сай не мог, да и не желал скрыть свой страх. Едва ли можно стыдиться этого чувства. Оно по сути своей естественнее, чем любовь.

- А вы знаете, что я знаю то, что знают СМИ, - насмешливо фыркнул Сайрес. – Но я не сужу по человеку только из сплетен.

«Зато ты его боишься, печенька,» - пискнуло что-то в ухе, но Лоуэ предпочёл сделать вид, что не слышал этого назойливого голоска.

- Так это правда? То, что вы говорили по телефону? – к концу фразы голос Сайреса стал на полтона тише, и актёр сделал над собой усилие, чтобы заговорить как прежде. На его лице большими буквами были написаны сомнения.

- Вы действительно готовы сделать меня знаменитым в обмен на услугу? Какого она рода?

Отредактировано Cyrus Lowe (2016-09-03 17:58:36)

+2

4

[indent] Все эти люди являлись приманкой, мишенью, проблемой. Изредка — средством, которым Джим не гнушался в достижении цели. Например сейчас. Если среди методов Мориарти и были откровенно грязные, то и связаны они непосредственно с хомо сапиенс — довольно говорящий пример, раз уж Джим пустился в мысленные философские рассуждения, с улыбкой глядя, как Сайрес опускается следом, открывает рот и выталкивает порцию очевидных вопросов, что каждый раз звучали одинаково. Ничего нового, ничего любопытного, очередной речевой шаблон, на который ответят очередным речевым шаблоном. Раз за разом — одно и то же. Монотонщина.
   Скука.
   — Похвально, мистер. Нечасто встречаешь людей с незамутненным восприятием истинного положения вещей.
   Любезность за любезность. Достаточно на сегодня.

[indent] — Это слабость всех талантливых особей человеческого рода — страсть к вниманию, нужда в зрителях... и неприятие негативных оценок, что скрывать, — не сдержал смешка, чуть подавшись вперед. — Поверьте, я могу это понять.
   Блеск в глазах стал чуть раздраженнее, когда начало оборвал негромкий стук двух чашек, опустившихся на столик. Близится вечер и кофе в самый раз — Джим привычно взял на себя смелость решить самостоятельно. В большинстве случаев это устраивало всех. Мориарти, чей запланированный душераздирающий монолог был прерван, разом утратил вдохновение на продолжение оного, и подался обратно, цепко стягивая свой кофе с блестящей протертой поверхности.
   — Не совсем услуга, — дернул уголками губ, — скорее помощь. Один человек похитил кое-что мое и в ближайшее время эта вещь станет доступной для торгов на одном из крупнейших аукционов города. Хочу вернуть.
   Для большинства это такой тонкий и сложный процесс — называть вещи своими именами — что волей-неволей, но Мориарти осторожничает, оценивая мистера Лоуэ; попробовал на зуб, если бы мог. Насколько сложен для того пресловутый механизм. И какой винтик следует ослабить в чужой точке зрения, чтобы она совпала с точкой зрения Джима и, что важнее, совпала с его планами.
   — Я слышал, что вы обладаете неплохими умениями в области каскадерского мастерства, это правда?
   Тон в тон, имитируя первый вопрос — заболтать, пока не очнулся и не начал задавать такие лишние сейчас вопросы.

+2

5

Несмотря на белозубую улыбку Мориарти, несмотря на его непринужлённый вид, который был не маской прикрытия, а скорее чем-то обычным, свойственным ему, Сайрес понимал, что его собеседник начинает скучать. Действительно, он выдавал крайне обычное зрелище, разве что полезное. И именно поэтому Джим обратил на него внимание. Поэтому он здесь. Сайрес не первый раз видел, как зритель, глядя на него, начинает скучать, отчего внутри закипало негодование. Самолюбие и тщеславие не позволяли Лоуэ терпеть пренебрежение со стороны окружающих, но он никогда не слыл безрассудным, что давало ему какой-то своеобразный плюс. Бонус. Сайрес нередко, даже часто встречался с представителями молодёжи именно такого типа. Сорви-голова. "Лечу прямо в пропасть". Сайрес же всегда взвешивал прежде, чем сделать шаг. Чем сейчас он и занимался. Риск - это одно. Он каждый день с ним сталкивался. Но в этом случае могли быть жертвы. Мориарти - король преступного мира. Такие люди, как он были способны манипулировать людьми так же легко, как Сайрес мог сыграть роль в пьесе. Как Питон, соблазнивший Еву. Что, если это обман? Он потеряет положение, статус в обществе и окажется в тюрьме за каких-то полсекунды, где уже мечтать о большой карьере не придётся. Да, Сайрес выйдет в свет через сколько-то годиков, но кто его тогда возьмёт? Разве что убогие театры, которые не в состоянии нанять настоящих актёров, или, Боже упаси, цирк. Но Мориарти не производил впечатление афериста. К тому же, Сайрес испытывал к нему какую-то лёгкую тень симпатии. Что-то было в этом человеке, что-то, заставляющее задуматься. Несмотря на свои сомнения, Сайрес отчётливо слышал в каждом его слове, каждом слоге, вырывающимся с уст, истину, но она была настолько неправдоподобна, что кружилась голова.

- Да, если не ошибаюсь, я обучался каскадёрству больше семи лет, - кивнул Сайрес, не сводя пристального взгляда с Джима. Это был поезд в один конец. Обратного пути не будет, и случая, наверняка, больше не представится. Нужно решать всё сейчас же.

О, ну, конечно, большинство родных и друзей на его месте бы немедленно отказались и, вероятнее всего, подались бы в полицию рассказывать историю скептетичным разнорабочим. Но Сайрес... Он всегда действовал ради своей выгоды, всегда в его приорете были собственные цели. Сайрес уже тогда догадывался о том, что даст своё согласие. Риск велик, ох, как велик. И в то же время именно это привлекало его. Бурлящая в жилах кровь. Незабываемые впечатления. Адреналин. В кино такого не встретишь.

- Не уверен, что сходу могу решить, как вам ответить, - осторожно заметил Сайрес, наконец-то опустив взгляд и встретив его в отражении поверхности тёмного ароматного напитка. Он не выглядел неуверенным или напуганным, хотя, несомненно, Сайрес очень многое испытывал в эти мгновения. Скорее напряжённым. И уязвлённым. А Сай не любил показывать себя со слабой стороны, очень не любил.

- Могу я попросить у вам времени на размышления? Скажем, один день. Завтра вечером я вам позвоню, - обронил Лоуэ. - Надеюсь, вас устраивает?

В голове роились слова и образы, настолько реальные, что их сложно было отличить от действительности. Зрители. Внимание. Талант.

"Поверьте, я могу это понять"

"Змей," - подумал Сайрес и наконец-то улыбнулся, дав знать о настоящем Сайресе. Ему понадобилось время, чтобы оградить себя от наваждения, слишком приятного и лестного, чтобы было возможно расстаться с ним так скоро.

Отредактировано Cyrus Lowe (2016-09-14 09:28:32)

+2

6

[indent] Сайрес выглядел растерявшимся, как бы ни пытался это скрыть. Или уязвленным, не суть. Быть может, некоторые правы, и Джиму не стоит действовать в неизящной, но такой действенной манере — с разбегу и в лоб, выкладывая планы и чаяния, Джим понимает весь риск такого подхода и Джиму традиционно все равно, пока он уверен, что это приносит пользу. Никто — никто! — до сей пор поры не отказывал ему или не пытался отказать.
   — О, разумеется, — Мориарти издал тихий смешок, — раздумья перед принятием решения — это мудро, очень мудро, но по своему опыту могу сказать, что первый порыв, как правило, самый верный.
   А первая пуля всегда мимо.
   Если Джим что и умел столь же хорошо, как и стрелять, так это сохранять хорошую мину при потенциально неудачном раскладе. Сайрес сомневался и даже выказывал сомнения, но в этих сомнениях не было главного препятствия, обходить которое довольно долгое и нудное занятие.
   В них не было морали.
   Одно уяснил почти сразу: давить нельзя. Потому самые любимые методы убеждения вида "взорвать лучшего друга, если не...", соблазнение той единственной, кому объект доверял; угрозы; шантаж; имитация самоубийства на месте переговоров и прочая прочая прочая с Сайресом могут и не сработать. Однако, отпускать этого милого молодого человека со знаниями, кои Мориарти позволил себе сказать, а актер — услышать, было бы... недальновидно.
[indent] — Что вас останавливает?
   Кроме ладони Джеймса, резко накрывшей чужую и улыбки практикующего психиатра, не спуская с Сайреса пристального взгляда. Губы растянуты, но глаза не улыбаются.
   — Кроме страха за свое будущее, конечно же.
   Пока Сайрес не консультирующий детектив-псевдосоциопат, не его лучший друг или не жена его лучшего друга, ему нечего опасаться, а Джиму нет резона размышлять о том, какой именно несчастный случай может произойти с мистером Лоуэ. Следуй Джим абсолютно всем техникам безопасности, вся криминальная элита Лондона давно была бы на том свете или за решеткой, но в подобных ситуациях Мориарти не разбрасывается людьми понапрасну.

+1

7

Сайрес не сильно удивился поставленному вопросу. Ну, конечно, он заметил. Его собеседник просто не мог не заметить колебаний Сая. Кривая улыбка озарила лицо актёра, хотя её с трудом можно было назвать весёлой. Обдумав свой ответ, Сайрес заговорил хорошо поставленным голосом:

- Меня смущает, что вы обратились ко мне. Насколько я понимаю от меня требуются услуги именно каскадёра и ваше возвращение вашей же вещи, да не будет сказано в желании кого-то оскорбить, подразумевает воровство. Почему вы просите об этом меня, а не, скажем, профессионального вора, который бы смог с большей вероятностью успешно выполнить работу - уж ему-то это ничего не стоило? Ни за что не поверю, что таковых не найдётся в Лондоне.

Говоря это, Сайрес всё же понимал, насколько ему льстило такое внимание со стороны Мориарти, и он не мог сдержать лёгкой, не слишком широкой, улыбки, которая больше походила на её тень.

Проницательность Джима удивила Сайреса. Приятно удивила. Он был наслышан о нём, и о том, кто некогда считался погибшим - десятки людей видели, как он спрыгнул с крыши больницы Святого Варфоломея. Беседуя с Мориарти, находясь от него всего лишь на расстоянии протянутой руки, Лоуэ находил непередоваемое удовольствие в этом. С точки зрения нравственности Сайресу стоило бы немедля отказаться от предложения, но с точки зрения... как это сказать?... веселья? желания пощекотать нервы? Сейчас Сай как никогда понимал тех людей, которым непременно нужно было упасть с тарзанкой в пропасть, высотой превосходящей человеческое воображение. Но он не мог просто так согласиться, броситься вниз головой в неизвестность. Сайрес был слишком опасливым, слишком осторожным, чтобы так поступить. В отличие от многих его знакомых и друзей.

Кофе давно остыл, став ледяным. Это было легко понять - достаточно осторожно коснуться пальцами белой чашечки.

Интересно, Шерлок Холмс также любил "играть в игры" вместе с Мориарти? Одного взгляда на последнего хватило, чтобы узнать на этот вопрос.

Сайрес не мог избавиться от окутавшего его волнения, наверное, даже не особенно пытался это сделать. Он уже знал, что скажет завтра. Несомненно, знал и его работодатель - бесцветная улыбка говорила об этом яснее всяческих слов. С одной стороны, соглашайся сейчас, к чему тратить драгоценнное время? С другой, Сайрес не мог поспорить с самим собой...

- Завтра я вам позвоню на тот же номер, - сказал Сай прежде, чем поднятся и уйти, оставив на блюдце деньги за невыпитый кофе - уж заплатить за себя он был в состоянии. Закутавшись в пальто, Сайрес направился в свою квартиру на седьмом этаже, обустроенной его собственной рукой благодаря своим же трудам и успехам, растущим в гору.

Уже завтра он мог достигнуть вершины.. Всего один звонок. Одно слово.

Ранним утром Сайрес позвонил, как и было обещано, и произнёс слово, которое вертелось на языке все те восемь часов.

- Согласен.

+1

8

[indent] Хороший мальчик. Очень хороший мальчик, мысленно ответствовал Джим, нажимая кнопку отбоя вызова и приподнялся, привычно застегивая верхнюю пуговицу костюма (нижняя расстегнута, плотный запАх рубашки, легкие темные рукава надежно скрыты под плотной тканью рукавов костюма).
     А далее были не менее привычные сборы: звонок, еще один, и еще. Временами телефон в руках Мориарти пострашнее пистолета.
     Надвигались сумерки. Темза под льдом беззвучно выбрасывала на берег грязно-серую пену. Джеймс вяло пнул невидимый камешек, легко поднимаясь со скамейки, с которой открывался вид на небезызвестный мост, и резковато развернулся на каблуках, глядя в противоположную сторону.
     — Много лет вокруг него разводят шумиху, — Мориарти дернул краешком улыбающихся губ спустя несколько часов, коротким зябким движением размяв плечи. — Должен признаться, я утаил кое-что.
     Ничего такого, что может нанести больше вреда, нежели сам факт задуманного. Сокровищница считается неприкосновенной, набор персонала, стало быть, теперь производится куда более тщательно, ну, а Джим ограбит и чебуречную, если кто-то пустит слух, что их священную выпечку невозможно просто взять и стащить. Ради интереса. Не ради денег. И ради последствий.
[indent] — Похищение организовано не одним человеком и едва ли они потащат это на аукцион. Много лет добропорядочные граждане Англии и остальных стран платят за то, чтобы просто посмотреть на это, разве не дикость?
     Иные скажут — нет, обычная практика музеев.
     — Полагаю, тебе известно о камне под названием Кохинор? — спросил, переходя с дистанции на откровенную фамильярность.
     Едва ли в Англии найдется хоть один человек, не знающий о знаменитой драгоценности, ныне украшающей одну из королевских корон, хотя бы понаслышке.
     — Несколько стран, в том числе те, кто проповедуют довольно агрессивный вид религии, справедливо полагают, что он присвоен Англией незаконно, — Мориарти слегка прищурился в сторону крепости, умело скрыв в скачущих интонационных перепадах невербальные «теракт» и «международный скандал». — Можешь считать, что меня наняли восстанавливать историческую справедливость, а я, в свою очередь, нанимаю тебя.
     Мгновенная смена образа: Мориарти говорит как деловой человек, не вредящий медийным лицам, если между ними нет ничего глубоко интимного и личного — соперничества, например.
     — На тебе проект, на мне вся ответственность и все последствия. Я стал известным на телевидении за несколько дней, используя несуществующую личность, которую признали моим измышлением много позже: это широко освещалось в прессе, можешь проверить, — Джеймс выбил из груди мелодичный смешок, устраивая руки в карманах демисезонного пальто. — Представь, что можно сделать с твоим послужным списком, никому даже не придется создавать легенду. Один звонок — и послезавтра ты проснешься востребованным актером. Это и будет оплатой, — Мориарти дернул бровью, мягко качнувшись на каблуках и с тщательно подавляемой улыбкой глядя на молодого мужчину, — разумеется, если ты не захочешь чего-то большего.

0


Вы здесь » Sherlock. Come and play » Time is now » 16.02.2015 - The offer